ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Ну, ты разденешь меня? — переспросил он голосом глухим и хриплым от страсти.

Пока она снимала с Джейка одежду, руки и губы его безостановочно снова и снова ласкали ее. Тело его оказалось точно таким, каким она его помнила, — бронзово-загорелым, мужественным, мускулистым, поросшим жесткими волосами, а бесстыдно восставшая плоть лучше всяких слов свидетельствовала о степени возбуждения Джейка.

Припав головой к бедрам Кейт, Джейк осыпал ее ноги поцелуями, медленно опускаясь к лодыжкам. Неудержимое, огненное желание пронзило Кейт насквозь. Откинувшись головой на подушку, она открылась ему, желая одного — принадлежать Джейку, сейчас, здесь, окончательно и бесповоротно. Чувство невероятной легкости и свободы овладело ею. Жадно и без смущения она чертила язычком огненные узоры на его влажной от страсти коже.

— Кейт, — содрогнувшись всем телом, пробормотал он, пальцами лаская средоточие ее женственности, — не прикасайся ко мне так, если не уверена, что действительно готова идти до конца.

Первобытный, неудержимый инстинкт овладел ею.

— Кейт! — слетел с губ Джейка хриплый стон. — Кейт, как я жаждал увидеть тебя такой, страстной и неудержимой, изнемогающей от желания так же, как изнемогаю я!

Джейк припал ко рту Кейт, проник влажным языком через преграду ее губ, что-то невнятно и жарко бормоча. И вот уже он сладостно медленно вошел в нее и начал двигаться, переходя на все более учащенный и неистовый ритм.

Кейт и раньше наслаждалась тем, как Джейк занимался с ней любовью, даже тогда, когда обижалась на него, но никогда ничего подобного она не переживала.

Не чувствовала этой беззаветной готовности отдаться и получить все, этой совершенной открытости друг для друга, этой необоримой и взаимной тяги двух тел. Джейк не был терпелив и осторожен, как прежде, страсть его перехлестнула через все границы, рождая в ней небывалый по силе и глубине переживания отклик.

Словно издалека Кейт услышала свой крик, и они соединились в единой судороге. Волны блаженства, восстав из самых недр их существа, вознесли обоих туда, где были только они и ничего больше и где ее возглас и стон Джейка слились во всепобеждающий гимн любви.

Кейт не смогла бы вспомнить, когда к ней вернулось ощущение реальности, но каким-то образом это произошло, потому что она лежала в объятиях Джейка, совершенно насытившаяся и расслабленная, вдыхала мускусный аромат его тела… Кейт готова была кричать от счастья, ведь именно она довела его до высшей степени возбуждения, рядом с ней он забыл обо всем на свете!

— Полагаю, теперь ты не против того, чтобы выпить чашку чаю? — спросил он сонно, и Кейт покраснела, потому что в их прошлой жизни они любили пить чай после того, как занимались любовью.

— Я пойду и приготовлю, — предложила она, но он покачал головой, шутливо толкнув ее обратно на подушки.

— Нет, тебе придется провести в моей постели всю ночь, ведь если я тебя отпущу, ты, чего доброго, больше не вернешься. Оставайся здесь.

Кейт смежила веки, сонно прислушиваясь к его шагам по лестнице. Никогда прежде она не переживала такого чувства удовлетворения. Странно было подумать, что она пришла сюда для того, чтобы…

Кейт похолодела от ужаса. Она совершенно забыла, для чего она пришла в дом Джейка. Должно быть, было что-то фрейдистское в ее поведении, в той легкости, с которой она выкинула из памяти то, о чем не хотела думать.

Внизу, в гостиной, Джейк остановился, и от наступившей тишины по спине Кейт поползли мурашки. Выскользнув из кровати, Кейт набросила на себя рубашку Джейка и поспешила на лестницу.

Джейк стоял посреди гостиной и читал газету. Кейт закрыла глаза, чувствуя, как к горлу подступает тошнота, и словно шестым чувством уловив ее присутствие, он обернулся. Лицо у него окаменело, глаза источали величайшее презрение.

— Ах ты, сучка! — глухо выругался он. — Ты понимаешь, что натворила? А сегодня ты явилась, чтобы вытянуть из меня еще пару-другую секретов. — Джейк рассмеялся, и смех его был ужасен. — Тебе следовало бы вспомнить, что я не разговариваю на посторонние темы, когда занимаюсь любовью.

Джейк, все вовсе не так, как ты думаешь, — дрожащим голосом сказала она. — Пожалуйста, дай мне все объяснить.

— Объяснить? И как же ты, черт возьми, собираешься делать это? — с издевкой спросил он. — Дело твоих рук красноречивее всяких слов, Кейт. Господи, подумать только, что я тебе доверял! Мне следовало лучше думать своей пустой головой. Ты всего лишь безумная фанатичка, которой глубоко наплевать на то, что ты способна принести вред людям. Мне следовало усвоить это гораздо раньше, ведь не зря говорится: как волка ни корми, он все равно в лес смотрит. Твои чертовы идеи всегда значили для тебя гораздо больше, чем я, и ничего за это время не изменилось!

— Джейк, пожалуйста, выслушай меня! Все вовсе не так, как ты думаешь! Я пришла сюда, чтобы объясниться с тобой. Кевин сегодня принес мне эту статью. Я никогда…

— Что никогда? Не ожидала, что ее опубликуют? А может быть, ты хочешь сказать мне, что никогда ничего подобного не говорила? — Он злобно отшвырнул газету в сторону. — Здесь каждое слово выдает тебя с головой, слава Богу, я наслушался твоих речей за время нашей совместной жизни. Ладно, что было, то прошло, Кейт! Я думал, ты повзрослела, начала осознавать…

Зазвонил телефон, и Джейк, выругавшись сквозь зубы, схватил трубку. Лицо его вдруг переменилось.

— Разговор придется отложить! — бросил он Кейт, опустив трубку. — На станции что-то вроде кризиса. Надо полагать, это результат моих неумелых действий по обеспечению безопасности ее работы. По крайней мере, именно в этом твой дружок Гарольд Бернс пытается убедить читателей. Полагаю, тебе не стоит бежать к нему с очередной жареной новостью, — проговорил он с глубочайшим презрением. — Господи, подумать только, сколько вреда ты нам причинила!.. Неужели ты настолько слепа, что не пожелала увидеть, как я пытаюсь…

Он осекся, скривил губы, затем посмотрел на Кейт долгим взглядом и продолжал:

— Господи, какой смысл вообще говорить с тобой? Ты же все равно меня не услышишь! Так вот почему ты с таким энтузиазмом отдавалась мне! Он хорошо заплатил тебе за предыдущую информацию, Кейт? Должно быть, хорошо, если судить по рвению, с которым ты занималась со мной любовью! Что ж, по крайней мере я хоть что-то получил в обмен — давно уже тело мое не испытывало такого удовлетворения! Ты стала на редкость чувственной женщиной, Кейт. Помню времена, когда ты сжималась в комок от одной мысли о близости со мной, не говоря уже о том, чтобы первой прикоснуться ко мне.

На лице Кейт выступил болезненный румянец, и Джейк резко рассмеялся.

— Как долго… как долго тебя не будет? — потухшим голосом спросила Кейт, из последних сил пытаясь сохранить самообладание.

Она не могла уйти из этого дома, не заставив Джейка поверить ей, но сейчас, когда ему надо было срочно уезжать, о серьезном разговоре не могло быть и речи.

Тело Кейт все еще сладко ныло от близости с Джейком, и она не могла до конца понять смысл происходящего. Пять минут назад они были любовниками, а сейчас снова стали смертельными врагами.

— Я буду там столько, сколько потребуют обстоятельства, — холодно бросил Джейк. — А что?

— Нет, это бессмысленно…

Если бы она не уснула у огня, все сейчас могло быть совсем иначе…

Но если бы она не уснула, то, возможно, они не занялись бы любовью, напомнила себе Кейт и память об этих минутах показалась ей слишком дорогой, чтобы сожалеть о происшедшем.

— Мне нужно уходить.

Она нарочито долго одевалась, дрожащими пальцами застегивая пуговицы на блузке, когда Джейк большими шагами вошел в спальню. Он уже был в джинсах и свитере.

— Я не хочу тебя задерживать, — покорно сказала Кейт. — Если тебя это устроит, я уйду сама и закрою дом.

Он исподлобья посмотрел на нее, но тут же кивнул.

— Отлично!

Он не сказал, что может подождать ее, не предложил подбросить на машине до дома. Ему, вероятно, была непереносима сама мысль о том, что он проведет еще какое-то время вместе с ней. И стоило ли его за это осуждать? Он не знал истинного положения дел, и на его месте…

26
{"b":"3323","o":1}