ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

У Кейт пересохло в горле, кожа запылала при воспоминании о том, как он прикасался к ней. В эти мгновения она просто переставала принадлежать себе. Но сейчас все это стало всего лишь воспоминанием… Два долгих года она изо всех сил старалась не думать о Джейке, но и не позволяла себе физической близости ни с одним из мужчин, да и не собиралась делать этого.

Кейт не сомневалась, что инстинкт обладания женщиной и подавления ее преобладает в мужчинах над всеми остальными устремлениями и чувствами. Оказавшись в постели, они желают видеть в партнерше всего лишь прислужницу своего вожделения. Кейт была не в силах забыть, как Джейк отметал ее мысли и воззрения в сторону, будто это был сор, а ведь разница в возрасте у них не такая уж и большая — всего десять лет. Он испугал ее при первой же встрече. Окружавшая его аура силы и мужского начала всегда пугала ее, но, уступая сексуальному влечению, она подавляла свои страхи, пока дело не кончилось полным крахом.

Какого черта я позволю себе думать о нем? — раздраженно подумала Кейт, рывком отодвинув в сторону эскизы и запустив пальцы в каштановую гриву волос, густой волной ниспадающую на плечи. В то лето, когда она познакомилась с Джейком, Норма настаивала, чтобы Кейт постриглась совсем коротко. Присутствовавший при одном из таких разговоров Джейк, взглянув на Кейт, резко сказал Норме: “Не надо, оставь ее в покое! — А потом добавил вполголоса: — Однажды кто-то возблагодарит небо, когда увидит эти волосы, разметавшиеся по подушке!” И она тогда отчетливо поняла, что “кто-то” — это сам Джейк, ни больше ни меньше. В какое возбуждение привело ее тогда это открытие!..

Кейт прикусила губу, пытаясь остановить волну воспоминаний. На часах было всего лишь девять утра. Слишком рано, чтобы идти спать. И тут на счастье зазвонил телефон.

— Кейт? — Это был Кевин Харгривс. Он звонил ей, как непременно отметила бы Мэг, седьмой раз за неделю. — Кейт, думаю, тебе интересно будет знать, что на АЭС назначен новый начальник. Я узнал об этом только сегодня. Будем надеяться, диалог у нас ним получится лучше, чем с прежним.

Кевин, возможно, возможно, в силу профессии, проявил неравнодушие к проблемам безопасного неядерной энергии. Вот и сейчас он сказал, что хоть и не располагает подробной информацией об этом новом назначении, но все же надеется убедить, нового начальника АЭС принять дополнительные меры предосторожности.

— Ах. меры предосторожности! — взорвалась Кейт. — По-настоящему существует одна мера предосторожности — закрыть все действующие атомные электростанции.

С другого конца послышался смешок Кевина:

— Боюсь, это невозможно, Кейт! Атомная электростанция здесь прочно и надолго, и это — факт. Не знаю, как ты, но если бы нам удалось наладить с ними цивилизованные отношения, я был бы вполне удовлетворен. Мне пришла в голову отличная идея. Как только я узнаю, кто этот новый начальник, немедленно приглашу его на ужин. Надеюсь, ты поможешь мне принять гостя, — подлащиваясь, сказал он. — Миссис Маккарти, моя домоправительница, в своем роде очень хороша, но с тобой не идет ни в какое сравнение. Кроме того, у тебя будет возможность изложить свои взгляды непосредственно оппоненту.

Без труда добившись от Кейт согласия, Кевин поблагодарил ее и торопливо попрощался, пояснив, что у него сегодня день вызовов на дом, и он не может занимать линию слишком долго.

Кевин — это, конечно, не Джейк, подумала Кейт, вешая трубку. Он, хоть и мужчина, признает за тобой право иметь собственную точку зрения и всегда готов прислушаться к ней. Впрочем, каким бы приятным человеком Кевин не был, сексуально он для Кейт ничего не значил и оставался всего лишь близким, задушевным другом, не более. В его присутствии она не ощущала и намека на то электризующее воздействие, которое в свое время производил на нее Джейк.

Когда она познакомилась, Джейку было тридцать, и уже тогда ее пугал и возбуждал в нем переизбыток грубой мужской силы. Тогда Кейт по молодости и глупости поддалась искушению спрятаться от жизни за Джейком, который всю ответственность брал на себя и все вопросы решал единолично. Значительно позже она научилась презирать в нем эту потребность преобладать и навязывать свою волю, а саму себя возненавидела за инфантилизм и мягкотелость.

Мэг вернулась поздно. Кейт была уже в кровати, но слышала, как подруга вошла. И тут Кейт поразила внезапная мысль: может быть, Мэг, как и ей, тоже не хватало жарких мужских объятий и любви — по крайней мере, до знакомства с Мэттом?

* * *

— Так когда же свадьба?

Они разбирали джемперы, привезенные Кейт накануне. На пальце левой руки Мэг, как одинокая звезда, сверкал бриллиант.

— Ну, не раньше следующего лета. Где-то в промежутке между тем временем, когда овцы будут ягниться, и стрижкой шерсти, — сказала Мэг, чуть покраснела и робко добавила: — Я все еще не верю в свое счастье, Кейт. Мы с Дэвидом поженились совсем молодыми и замечательно жили. Мне казалось, я никогда не оправлюсь после его смерти. Я даже не мечтала о том, чтобы вновь обрести счастье, но Мэтт подарил мне его.

— Значит, мне надо искать кого-то, кто смог бы работать в магазине после Рождества, — подытожила Кейт. — У тебя есть какие-нибудь соображения по этому поводу?

— Как насчет Люси? — Миленькая, пухленькая семнадцатилетняя Люси была дочерью Мэг, — Она мечтает о работе, а мы с Мэттом думаем, что она еще слишком молода для того, чтобы уехать и начать самостоятельную жизнь. Она подумывает о секретарской работе и ищет место на АЭС, но она замечательная вязальщица и скорее из тихонь. — Мэг задумчиво посмотрела на Кейт. — Кстати, Кейт, девочки из молодежного клуба мечтают получить у тебя несколько уроков по дизайну трикотажных изделий. Много судачат по поводу твоих выступлений против атомной электростанции. Многие здесь относятся к АЭС положительно. С одной стороны, это какая-никакая, но работа…

Они относятся к ней положительно потому, что у них нет выбора, — яростно фыркнула Кейт. — Думаешь, они были бы так же благодушны, если бы понимали, что эти штуки способны уничтожить их детей, что само существование ракетных баз, вроде Гринэм-Коммона, означает, что русские ракеты постоянно нацелены на нашу страну?..

— В Эббдейле нет ракетных баз, — кротко заметила Мэг. — Есть атомная электростанция, а что касается ракет, то они не только делают нас мишенью, но и защищают.

— В условиях многостороннего разоружения ракеты не понадобятся, — завелась Кейт, но Мэг лишь устало вздохнула.

— Дорогая моя, — сказала она мягко, — человек не так миролюбив, как хотелось бы. Не ужели ты не видишь? Достаточно взглянуть на детей, на любую их компанию, чтобы увидеть, как каждый стремится занять главенствующее положение. Было бы чудом, если бы люди за жили в мире и согласии. Но для этого нам всем надо, во-первых, целиком и полностью доверять друг другу, открыть друг другу все свои слабости, а на это люди не способны в принципе. Таков уж жребий человечества, что делать!

Хотя частью своей души Кейт осознавала правоту Мэг, упрямство мешало ей признаться в этом. Доводы, которые приводила Мэг, были стары как мир, но от этого они, по мнению Кейт, не становились верными. Ей вдруг опять пришли на память споры с Джейком о том, должны они заводить ребенка или нет. Ребенка, который бы жил и рос под угрозой ядерного Холокоста, приближению которого всеми силами способствовал его отец. И если бы эту угрозу не удалось предотвратить, если бы началась война, сколько будущих поколений были бы искалечены ею? Об этом Кейт невыносимо было даже думать.

Размышления Кейт опять прервал телефон. Звонила вязальщица с дальней горной фермы, и Кейт немедленно села в свою маленькую машину и поехала за джемперами. Через час она уже была на ферме, где у ворот дома ее душев но приветствовала Бет Кэрр. Войдя в кухню, Кейт почувствовала запах свежеиспеченного хлеба и встрепенулась. Кулинария стала вторым искусством, которым она овладела после переезда в долину. Именно после переезда, потому что во время совместной жизни с Джейком они предпочитали ужинать в ресторанах или обходились полуфабрикатами.

3
{"b":"3323","o":1}