ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Бренда, родная моя, желанная! – бормотал он, осыпая ее жадными поцелуями.

После таких объятий на моей коже, наверное, останутся синяки, промелькнуло в голове у девушки, но на это ей было уже наплевать. Она радовалась тому, что Гриффин желает ее с такой неистовой силой.

А он все целовал ее, словно никак не мог насытиться. Руки его неустанно скользили по ее телу, сминая нежную плоть, как скульптор – глину.

– Господи, как я хочу тебя!.. Бренда, желанная моя…

Гриффин обхватил ладонями ее бедра, и девушка чувствовала, как сильно он возбужден. Грудь ее набухла и заныла, внизу живота возникла уже знакомая сладкая тяжесть…

Вдруг со двора донесся какой-то звук.

***

Бренда оцепенела, потрясенно осознав, что слышит рокот мотора, а Гриффин разжал объятия и отступил на шаг, озадаченно хмурясь.

В кухонное окно девушка увидела потрепанный «лендровер» – почти точную копию того, который принадлежал Гриффину. Водитель резко, с визгом затормозил, выключил зажигание и, хлопнув дверцей, выскочил из машины.

Девушка тотчас узнала его. Этот человек был с Гриффином при их первой встрече у входа в отель. Шатаясь, он направился к двери и замолотил по ней кулаками.

– Я лучше пойду… – начала Бренда, но Гриффин покачал головой.

– Нет, останься, – сказал он и распахнул дверь.

От гостя ощутимо несло перегаром. Пошатываясь, он вошел в кухню, тяжело оперся на стол и во все глаза уставился на девушку, явно не узнавая. Она похолодела под его откровенно раздевающим взглядом.

– А-а, опять новенькая, – невнятно пробормотал мужчина. – У тебя, Гриффин, губа не дура. Хотел бы я оказаться на твоем месте. Зашибать звонкую монету, да еще бесплатно спать с такими роскошными девками… Здорово ты устроился, приятель! Трахаешься, а тебе за это еще и платят… Мне бы так! У меня-то в жизни никаких радостей, да еще бывшая женушка так и норовит меня разорить. Знаешь, что удумала эта стерва? Заявила, что я, мол, нарочно разорил ферму, и теперь требует половину ее прежней цены! А ведь это было, Боже правый, десять лет назад! Я тогда влез в долги, чтобы купить ее! Эта сучка решила меня разорить! Вот что она задумала, да…

Он осекся и, круто развернувшись, снова вперил мутный взгляд в Бренду.

– А куда делась та рыженькая? Вот была красотка, доложу я вам!.. Заметь, ведь я и Кэролайн считал когда-то недурной штучкой. Когда мы познакомились, она была от меня без ума. Как же она меня надула! Не-ет, Гриффин, ты это здорово придумал. Всякий раз новенькая, свеженькая, сладенькая, а главное, ненадолго… Ведь стоит какой-нибудь сучке запустить в тебя коготки – и готово! Представляешь, меня вышвырнули из пивной! Сказали, что я надрался. Вранье! Словом, я решил заглянуть к тебе на огонек. Ты всегда был мне хорошим другом, Гриффин… Помнишь старые добрые времена?

Пьяный оторвался от стола и, шатаясь, как матрос во время качки, нетвердым шагом направился к Гриффину.

Бренда смотрела на него с ужасом и отвращением. Его откровения потрясли ее до глубины души. Слезы закипали в глазах у девушки, едкие и жгучие, словно кислота, но эту боль нельзя было сравнить с той, что терзала ее сердце. Бренду не утешало даже то, что она вовремя узнала правду и не успела совершить глупость, попавшись на тот же крючок, что и другие женщины, о которых лопотал пьяница.

Какой же надо было быть наивной дурой, чтобы поверить всему, что плел Гриффин! – ругала себя Бренда. Ведь все это уже было в твоей жизни. Неужели гибель Сандры тебя ничему не научила?!

Гриффин ничем не отличается от Клайда Фостера.

– Черт, да не хочу я домой! – между тем вырывался из его рук пьяница, изрыгая ругательства. – Нет у меня дома, понимаешь? Эта стерва вывезла оттуда половину мебели… Я выпить хочу!

Шатаясь, он направился было в гостиную, но Гриффин вовремя перехватил его и решительно развернул лицом к входной двери.

– Извини, что так вышло, – сказал он Бренде. – Похоже, наши планы на сегодня откладываются. Но это не надолго, честное слово.

Господи, какая наглость, какое бесстыдство!.. – возмущенно думала она. Неужели этот человек не понимает, что пьяный дружок выдал его с головой? Или он верит, что я настолько сильно влюбилась в него, что не восприму эту болтовню всерьез?

Бренде хотелось закричать, завизжать, выплеснуть всю свою ярость и боль… но гордость вынуждала ее молчать.

– Пойдем, Джош, – говорил между тем Гриффин приятелю. – Пойдем, я отвезу тебя домой…

– Не хочу домой! – упрямо твердил тот.

Наконец Гриффину удалось распахнуть входную дверь и буквально вытолкать незваного гостя во двор.

В полном оцепенении Бренда слушала, как заурчал мотор «лендровера». Даже когда габаритные огни прочертили темноту двора и исчезли, она не пошевелилась.

Теперь она знала, что такое превратиться в соляной столп… Нет, не так. Ей казалось, что она стала статуей и навсегда приросла к полу.

Почему я не прислушалась к голосу разума? – проклинала себя Бренда. Зачем так глупо и безоглядно поверила своим чувствам?

Казалось, ее сердце сейчас разорвется от боли.

Что мне теперь делать? Бежать? – задумалась она. Нет! Один раз я уже поддалась эмоциям, но больше этой ошибки не совершу. Но и не уеду отсюда. Пока.

«Ты и представить себе не можешь, как долго я жил аскетом», вспомнились ей слова Гриффина. И ты, дурочка, поверила ему, потому что хотела поверить! – обвиняюще говорил ей внутренний голос.

Как, должно быть, он веселился, как смеялся над твоим легковерием! Что ж, так тебе и надо! – с ненавистью кляла себя Бренда.

И ведь он ни капельки не смутился, когда пьяный дружок разоблачил его!

***

Когда же он вернется? Бренда глянула на часы. Не то чтобы меня это заботило, торопливо уточнила она для себя самой. По мне, так пускай хоть и вовсе не возвращается!

В бешенстве она расхаживала по кухне, вновь и вновь воскрешая в памяти все, что говорил Гриффин, и, дивясь тому, как ловко он обманывал ее. Впрочем, таким людям и положено быть искусными лжецами… А сейчас он рассчитывал одним выстрелом убить двух зайцев! Сначала влюбить ее в себя, а потом… Вне сомнения, он полагал, что, как только затащит Бренду в постель, та так захмелеет от счастья, что с радостью станет вторить каждому его слову. Мол, луна из сыра, а его хваленый центр – чудо из чудес, и она готова публично отречься от своих взглядов…

Бренда изо всех сил пыталась сдержать слезы, а когда они все же хлынули из глаз, стиснула кулаки и гневно велела себе прекратить эти глупости.

Человека, по которому я плачу, убеждала себя девушка, попросту не существует в природе. Чем реветь без толку, лучше упасть на колени и вознести хвалу Господу за то, что я узнала правду вовремя, ведь могла бы…

Прозреть только завтра? Или послезавтра? Чтобы еще одну ночь прожить, веря Гриффину, а потом всю жизнь терзаться из-за этой ошибки?

Как поведет себя он, когда вернется? Хватит ли у него наглости сделать вид, что ничего не случилось, и продолжить то, на чем так некстати прервал их незваный гость? И что тогда делать?

Конечно, сопротивляться, решила Бренда. Как же иначе? Но, пожалуй, лучше всего просто уйти в свою комнату. Это не трусость, не позорное бегство, а всего лишь разумное отступление.

7

Гриффин устало вошел в пустую кухню. Ему пришлось провозиться с Джошем дольше, чем он рассчитывал. Тот с пьяным упорством вновь и вновь излагал историю своего неудачного брака, и Гриффин боялся, что он может наделать глупостей.

Развод с женой стал для Джоша настоящей катастрофой. Гриффин был уверен, что он до сих пор любит бывшую супругу, а финансовые проблемы, связанные с разводом, стали для него лишь поводом выразить те чувства, которые он обычно предпочитал скрывать. Человеку с его характером и воспитанием проще было проклинать алчность бывшей жены, чем признаться самому себе, что ее уход оставил в его сердце незаживающую рану.

21
{"b":"3326","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Квази
Пассажир своей судьбы
Судьба на выбор
Волшебная сумка Гермионы
Моя жирная логика. Как выбросить из головы мусор, мешающий похудеть
#Selfmama. Лайфхаки для работающей мамы
Тихий уголок
Пятизвездочный теремок