ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Прочь от одиночества
Создать совершенство. Через тернии к звездам: как рождаются виртуозы
Метро 2035: Приют забытых душ
Нетленный
Эгоист
Хранители волшебства
Никогда не сдавайтесь
Моя любимая сестра
Ничего не возьму с собой
A
A

— Мод…

— О, не смею тебя задерживать, — едко перебила она. — Да, пожалуйста. Кайл, будь добр запомнить, что мне уже не тринадцать и я не нуждаюсь в старшем брате и блюстителе моей нравственности.

С этими словами Мод швырнула трубку. Все ее добрые намерения улетучились без следа. Как смеет он осуждать Дэвида, если сам недалеко ушел от него? Что это за женщина, которая так интимно называет его «дорогой мой»?

Не твое дело, одернула себя Мод. А эта девица наверняка такая же умопомрачительная красотка, как и все подружки Кайла.

Отправившись спать, она запретила себе думать о Кайле. Но тщетно. Голос Кайла привел ее в смятение, напомнив, что теперь как-никак она живет в его доме. Одна эта мысль взбудоражила Мод, а уж без этого она вполне могла обойтись. Вполне!

Мод проснулась ни свет ни заря. Она была так взвинчена мыслями о предстоящей операции, что ни на чем другом не могла сосредоточиться. В то же время она хорошо понимала, что так рано звонить в больницу бессмысленно. Отца, скорее всего еще даже не увезли в операционную.

Вчера Мод отправила ему цветы и телеграмму, и как бы мучительно ни хотелось ей быть сейчас рядом с ним, она понимала, что в такой момент эти двое хотят побыть только друг с другом.

Они всегда были необыкновенно близки — чудесный пример того, какими нежными и долговечными могут быть отношения между мужем и женой.

В десять часов утра, когда Мод готовила себе четвертую чашку кофе за утро, она услышала звук мотора и тотчас же бросилась к двери черного хода. На подъездную аллею въезжал небольшой «форд». Модно одетая дама, которая выбралась из машины, была по годам почти ровесницей матери Мод; но если мамино лицо почти всегда светилось радостным оживлением, то черты этой женщины словно навсегда закаменели в жесткой неодобрительной гримасе.

Увидев Мод, она деланно улыбнулась и представилась:

— Вера Хартли. Вы уже знакомы с моим сыном.

В свое время Мод встречала достаточно матерей-собственниц, чтобы с первого взгляда распознать еще одну представительницу этого малоприятного племени; и, хотя она понимала, что несправедлива к Дэвиду, все же помимо воли мысленно сравнила его с Кайлом. Как бы сильно Кайл ни любил свою мать, он никогда не позволил бы ей управлять его жизнью, в то время как Дэвид… Впрочем, нет, это всего лишь домыслы, основанные только на словах Кайла. Быть может, Мод и вправду несправедлива, но ее первое впечатление о Дэвиде как о привлекательном и добросердечном юноше оказалось изрядно подпорченным сообщением Кайла насчет внебрачного ребенка.

Она хорошо знала, что Кайл ни за что не стал бы обманывать ее в таком деле, и тем неприятнее было сознавать, что за открытой дружелюбностью молодого фермера скрываются мрачные и непривлекательные свойства. Конечно, вряд ли Мод могла ожидать, что за столь краткое время знакомства Дэвид будет с ней откровенен, но все же с досадой признала, что разочаровалась в нем.

Поступку, о котором рассказал Кайл, мог быть десяток оправдательных объяснений, но Мод с её старомодными взглядами не по душе пришлось, то Дэвид, как оказалось, может столь легко пренебречь своими обязательствами.

И теперь, похоже, она поняла, почему это лучилось. Вера Хартли явно принадлежала к той разновидности матерей, которые предпочитают сами выбрать жену для единственного сыночка, во все времена слабохарактерные мужчины, подобные Дэвиду, неизменно вступали в связь женщинами, не удостоившимися материнского одобрения.

— Дэвид сказал, что у вас сломалась машина, вот я и решила заглянуть и проверить, не нужно ли вам чего.

Вернее, заглянуть и проверить, что я за птица, мрачно подумала Мод.

— Спасибо, у меня все в порядке. Прошу в дом. — У отца Мод научилась управляться с самыми трудными клиентами и сейчас успешно применила эти знания, пряча истинные чувства под маской невозмутимого добродушия.

— Ваш отец, как я понимаю, в больнице, —заметила Вера, когда Мод поставила перед ней кофе.

— Да, сегодня у него операция. Разумеется, все мы очень беспокоимся за него.

— Гм… А вы и Кайл действительно выросли вместе? — Вопросы Веры понемногу расшатывали наигранное спокойствие Мод.

— Мои родители усыновили Кайла, и он много лет жил в нашем доме.

— Так вы, стало быть, все же не в кровном родстве? Должна сказать; я очень удивилась, узнав, что вы будете жить в доме Кайла, но, в конце концов, ваши родители знают что делают. Кайл определенно не из тех мужчин, с кем я согласилась бы поселить свою дочку.

Прежде чем Мод сообразила, что происходит, она вскочила на ноги и, дрожа всем телом от ярости, в упор взглянула на непрошеную гостью.

~ Не имею чести знать, миссис Хартли, на что вы намекаете, — голос Мод зазвенел от едва сдерживаемого бешенства, — но, по правде говоря, лучше вам уйти, пока я не сказала ничего такого, о чем потом пожалею!

Ее так и подмывало бросить в лицо этой женщине, что Кайл при всех своих грехах по крайней мере не оставил ни одну женщину с ребенком, однако Мод сумела прикусить язык.

Уничтожающий взгляд Веры Хартли недвусмысленно сказал ей, что сегодня она нажила лютого врага, но на это Мод было наплевать. Ее все еще трясло от такого приступа смелости, и, лишь когда «форд» миссис Хартли отъехал от дома. Мод наконец в полной мере осознала, что натворила.

Какая злая шутка — чтобы она, именно она так рьяно бросилась на защиту Кайла! В свое время Мод думала о нем веши и похуже, чем гнусные намеки Веры Хартли, и все же, услыхав, как чернит его эта женщина, она пришла в такую непритворную ярость, словно Кайл и вправду был ее братом.

Мод не хотелось далеко уходить от дома — вдруг позвонят из больницы, — и все же она выкроила полчаса, чтобы обойти чудесный сад в елизаветинском духе с самшитовыми изгородями, которые сейчас были покрыты снегом.

Весной здесь, должно быть, замечательно, подумала Мод и осеклась, поймав себя на робком желании увидеть этот весенний сад собственными глазами.

На обратном пути она вынуждена была признаться себе, что влюбилась по уши в старый дом и его окрестности. Здесь царила на редкость теплая и уютная атмосфера места, где крепко любили друг друга, и это ощущение казалось почти таким же осязаемым, как стойкий запах ароматических смол и пчелиного воска, царивший во всем доме.

Минуло уже три часа пополудни, когда наконец раздался долгожданный звонок, и Мод, едва услышав голос матери, поняла, что операция прошла благополучно. Мама плакала, и Мод разрыдалась вместе с ней. То были слезы благодарной радости.

— Врач говорит, что, если все пойдет как надо, через неделю твой отец уже сможет вылететь в Португалию. Сейчас он еще очень слаб, а я пока возвращаюсь в гостиницу, так что увидимся позже, когда встретишь Кайла в аэропорту.

Они еще немного поболтали. Мод рассказала матери, какой прекрасный дом у Кайла, и ее явную невнимательность отнесла на счет того, что та слишком переволновалась. И все равно, думала Мод, мать могла бы проявить к дому Кайла больший интерес, а она слушала рассказ Мод рассеянно, словно не услышала от нее ничего нового.

В половине четвертого Мод повесила трубку, и почти сразу же раздался новый звонок.

Услышав голос Кайла, она растерялась. Он ведь так скоро должен вернуться, и Мод никак не ожидала, что он станет звонить.

— Как отец? — безо всяких предисловий напряженно спросил он. — Как операция?

— Закончилась и прошла успешно, — ответила Мод, и голос ее дрогнул, когда она, в который уже раз, осознала, как сильно любит Кайл ее родителей.

— Слава Богу!

Мод и сама могла бы сказать то же самое, и все же отчего-то при этих словах, произнесенных с огромным облегчением, на глаза у нее навернулись слезы.

— Ты будешь меня встречать? — спросил Кайл.

— Да, и прямо из аэропорта мы поедем в больницу.

Мод не хотелось впервые вести «ягуар» Кайла в темноте, а потому, повесив трубку, последние полчаса дневного света использовала на то, чтобы освоить машину. Управлять «ягуаром» оказалось восхитительно легко, он с готовностью подчинялся малейшему движению. К тому времени, когда Мод несколько раз проехала вдоль подъездной аллеи и безупречно совершила поворот, она почувствовала себя достаточно уверенно и, выключив зажигание, вернулась в дом.

18
{"b":"3330","o":1}