ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Инферно
45 татуировок менеджера. Правила российского руководителя
Города под парусами. Рифы Времени
Арктическое торнадо
Золото Аида
После
Загадка воскресшей царевны
Миф. Греческие мифы в пересказе
Ghost Recon. Дикие Воды
A
A

Однако гостем оказался не Кен, а ее кузен Фил. Когда Грейс впустила его в дом, он помахал у нее перед носом газетой.

— Ты попала на первую полосу, — сообщил он. — Ты еще не видела газету?

На первую полосу! Грейс выхватила у него газету и с покрасневшим от смущения и ужаса лицом уставилась на фотографию, где был запечатлен момент ее ареста.

— Я уж было собрался вызволять мою праведницу кузину из тюрьмы, — пошутил Фил, проходя в маленькую кухню. — Но, похоже, Кен меня опередил.

— Кто тебе это сказал? — подозрительно прищурившись, спросила Грейс.

Он с удивлением посмотрел на нее.

— Я позвонил в участок, — объяснил Фил. — А потом, читая между строк, догадался, что Кен, очевидно, оказал недюжинное давление на Грегори Купера, если тот решил забрать свое заявление обратно.

Забрать?

— Но Кен сказал, что Грегори сам раздумал его подавать, — дрожащим голосом возразила Грейс.

— Да, но только после того, как Кен сказал ему, что в противном случае это обернется против него же… если мои догадки верны, — насмешливо проговорил Фил. — По-видимому, Кен сегодня утром провел не меньше получаса у телефона, доказывая полицейским, что не собирается выдвигать обвинений ни против тебя, ни против кого-либо из демонстрантов. Сдается мне, Кен очень высокого мнения о тебе, сестренка, если пошел ради тебя на такие хлопоты, — подмигнул ей Фил. — Это, случайно, не начало классической истории о любви двух врагов, а? — Он усмехнулся, но усмешка поблекла, когда он заметил, с каким отчаянием посмотрела на него побледневшая Грейс. — Ты в порядке? — обеспокоенно спросил Фил.

— Все отлично, — солгала Грейс.

— Не хочешь пойти вечером куда-нибудь пообедать? — предложил Фил.

Грейс покачала головой.

— Нет, у меня есть работа, которую нужно закончить к понедельнику. Но спасибо за приглашение.

Уже в дверях Фил обернулся и сказал:

— Кен должен был встретиться с представителями фабрики сегодня утром. Он не упоминал, о чем собирается с ними говорить?

— Нет, с какой стати? — недоуменно пожала плечами Грейс.

Она заметила, что кузен смотрит на нее с тревогой.

— Что-то случилось, ты сама на себя не похожа, Грейс. Что…

— Ничего не случилось, — сквозь зубы процедила она. — Просто устала — вот и все.

Грейс чувствовала себя виноватой, обманывая Фила, который был практически ее единственным другом, а не только кузеном. Но разве у нее был выбор?

Воцарилось неловкое молчание, а затем Фил повернулся и открыл дверь.

Грейс смотрела, как он уходит. Она была неоправданно резка с ним, и в конечном итоге ей придется извиниться и все объяснить… Но только не сейчас. Сейчас она просто не способна была на столь рациональные действия!

Узнав, что Кен надавил на власти, чтобы решить ее проблемы, Грейс растерялась. Ведь он позволил ей думать, будто полицейские сами связались с ним, а не наоборот, как уверял Фил.

Она невыносимо страдала, сознавая, что стала должницей Кена… Но это, конечно, ничуть не меняло ее отношения к сказанному им утром. Ничуть! Этих слов они никогда и ни за что не простит ему. И все-таки ей казалось, что нужно поблагодарить Кена за то, что он сделал, и чем скорее, тем лучше! Стиснув зубы, Грейс поднялась наверх, чтобы принять душ и переодеться.

Кен увидел Грейс, шедшую по подъездной дорожке к дому, из окна комнаты, которую использовал в качестве кабинета. Он только что закончил говорить по телефону со своим новым партнером, занимающимся транспортировкой и распространением.

Как Кен сообщил рабочим из Пайнвуда раньше, он решил не закрывать их фабрику. Но подчеркнул, что им придется доказать, что он принял верное решение, увеличив выпуск продукции, чтобы его бизнес и впредь оставался конкурентоспособным.

Несмотря на жаркий летний день, на Грейс был официальный черный брючный костюм с белой блузкой под ним.

Кен, наоборот, вернувшись с собрания, переоделся в широкие свободные белые хлопчатобумажные брюки и майку. Однако это не помешало Грейс отметить, каким грозным он кажется. Кен открыл дверь, как только она потянулась к кнопке звонка.

Грозно мужественным, уточнила она для себя, когда он пригласил ее войти в дом.

Ну почему, почему она должна чувствовать все это по отношению к нему? Боль, вызываемая любовью, переплелась в ней со злостью на невероятно бездушные слова, сказанные им сегодня утром.

Возможно, для него, всесильного бизнесмена, незапланированный ребенок был всего лишь помехой, которую следовало устранить. Но она вовсе не намерена разделять его точку зрения.

Если хоть на мгновение представить, что существует малейший шанс того, что она беременна… Ведь она солгала Кену, косвенно дав ему понять, что приняла меры предосторожности.

Ну вот, теперь я запугиваю себя, досадливо поморщилась Грейс и постаралась прогнать мучившую ее тревогу. Она не беременна. Совершенно определенно не беременна. И вообще, разве ей не о чем больше беспокоиться?

Пройдя вслед за Кеном в дом, она решительно произнесла:

— Ко мне заезжал Фил. Он сказал, что именно тебе я должна быть благодарна за то, что мне не пришлось возвращаться в полицейский участок.

Подбор слов и воинственное выражение ее лица заставили Кена мысленно обругать ее кузена.

— Грейс… — начал он, но она покачала головой, не давая ему продолжить.

— Это правда? — натянуто спросила она.

— В полиции согласились со мной, что нет причин для дальнейшего преследования замешанных в том, что поначалу было мирной демонстрацией, — уклончиво ответил Кен.

— Значит, правда, — мрачно заключила Грейс. — Зачем ты сделал это? — с горечью спросила она. — Чтобы я всегда чувствовала себя чем-то обязанной тебе? Для чего тебе это? Или мне нужно самой догадаться? — саркастически усмехнулась она. — Чтобы ты мог потребовать от меня…

— Прекрати немедленно!

Кен кипел негодованием. Неужели она действительно считает, что он может так низко пасть, чтобы заставить ее заниматься любовью с ним? Но гораздо глубже, чем злость и негодование, которые он испытывал, его терзали незримые коготки боли.

Грейс повторяла себе, что не отступит, не позволит ему заставить ее чувствовать себя виноватой. После того, что он сказал сегодня утром, казалось вполне логичным, что он ставит ее в такую зависимость от себя, для того чтобы быть вправе потребовать от нее принять меры в случае нежеланной беременности.

Вся накопившаяся в ней мука стремилась наружу. Не обращая внимания на невыносимое напряжение, возникшее между ними, на злость в глазах Кена, она спросила:

— Тебе это просто безразлично, не так ли? Чувства, человеческая жизнь — все это не имеет для тебя значения. Ты способен спать спокойно, закрыв фабрику и оставив людей без работы…

И не менее спокойно спать, отказав своему ребенку в праве на жизнь, добавила про себя Грейс. Эта мысль обожгла ее словно кислота — и не только из-за ребенка, которого, совершенно определенно, она не зачала, но и из-за крушения глупых мечтаний.

Где-то глубоко в душе она считала его героем, по-настоящему удивительным мужчиной, наделенным всеми добродетелями, о которых мечтают женщины, особенно инстинктивным стремлением защитить тех, кто слабее и беспомощнее него. Грейс больно было видеть, насколько жестоко она ошибалась.

С Кена было достаточно. Как она смеет обвинять его в бесчувственности? Если бы он был таким жестоким и бездушным, как она считает, тo уже лежала бы под ним, а он…

Борясь с охватившим его неистовым желанием, Кен все же не удержался и грубо бросил:

— Если это твой способ убедить меня не закрывать фабрику, позволь заметить, что тот, который ты использовала в моем гостиничном номере, был намного эффективнее.

Кен понял, что совершил ошибку, едва слова слетели с его языка.

Грейс смотрела на него с выражением презрительного отвращения, в то время как ее губы… Кену пришлось проглотить застрявший в горле комок, когда он заметил легкое дрожание плотно сжатых губ. Тех губ, которые не так давно он дразнил языком, требуя, чтобы они раскрылись…

21
{"b":"3332","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Пилигримы спирали
Бумажная принцесса
Пропащие души
Небо в алмазах
Страсть под турецким небом
Девушка, которая лгала
Принц Дома Ночи
Под струной
Ненавижу босса!