ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Неужели еще совсем недавно она считалась образцом добродетели, превозносимым как родителями, так и департаментом образования? Неужели именно она получила предложение работать в самой престижной в округе частной школе?.. Грейс казалось, что это было совсем в другой жизни! Как она оказалась в такой ситуации? Ей приходилось слышать, что любовь называют одной из форм сумасшествия.

Любовь! Вот теперь она действительно утратила чувство реальности! Ни в коем случае ей нельзя считать, будто она любит Кена Эдвардса. Ни в коем случае!

Кен взглянул на часы. Весь день он провел, встречаясь с разнообразными людьми, но теперь наконец освободился.

Он чувствовал острую необходимость сообщить Грейс об их «помолвке». Но, прекрасно помня, каким образом они последний раз расстались, Кен сомневался, что удастся сделать это по телефону. Дневные занятия в школе, наверное, уже закончились. Он может поехать к ней домой, объяснить, что случилось, сказать, что, как только страсти улягутся, они могут тут же объявить о расторжении помолвки.

При одном воспоминании о гаденьком взгляде Грегори Купера, издевательски сообщившего Кену о сплетнях, которые ходят о Грейс, ему захотелось убить его. И он очень жалел, что не имеет права защитить Грейс тем способом, которым больше всего хотел бы. С его точки зрения, лучшей зашитой для нее стало бы кольцо на левой руке — его кольцо!

Нет, во мне определенно гораздо больше от чопорного швейцарца, чем я всегда думал, мрачно признал Кен, направляясь к машине. Что напомнило ему о необходимости позвонить родителям. Он обещал матери вскоре приехать, но теперь этот визит придется отложить — по крайней мере до тех пор, пока он не убедится, что с Грейс все в порядке.

— Насколько я понимаю, вы собираетесь прийти на сегодняшнее собрание?

Грейс напряглась, когда Джина Орвелл отделилась от группы родителей у школьных ворот и подошла к ней.

— Вот только мне трудно представить, что теперь, когда у вас появился богатый жених, вас может особенно волновать будущее школы и ее учеников.

Богатый жених? У нее? О чем там толкует Джина? — устало подумала Грейс.

Еще никогда она не чувствовала себя такой изможденной к концу учебного дня. Но, разумеется, это был не обычный день, и только этим объясняется ее непреодолимое желание упасть на постель и заснуть. Однако только после того как она съест несколько восхитительных анчоусов… По необъяснимой причине Грейс мечтала о них весь день! Что было в высшей степени странно, потому что она никогда особенно их не любила.

Джина теперь стояла к ней вплотную. Ее злые глазки враждебно щурились.

— Надеюсь, вы не думаете, что только потому, что вы помолвлены с Кеном Эдвард-сом, вам не будут заданы вопросы, ответы на которые очень важны… для родителей, если не для департамента образования, — бросила она с нескрываемым презрением. — И…

— Минутку, — прервала ее Грейс, — что именно вы имеете в виду, говоря, что я помолвлена с Кеном Эдвардсом?

У Грейс опять закружилась голова, кровь сначала прилила к ее щекам, а потом опять отхлынула. Как могла, недоумевала она, Джине прийти в голову подобная нелепая мысль? Мысль, которую она, вне всякого сомнения, уже донесла до всех и каждого, с ужасом догадалась Грейс, заметив, с каким жадным любопытством наблюдают за ними другие родители.

— Немного поздновато для вас теперь изображать негодование или невинность, — с пренебрежением заявила Джина. — Однако, как мать, должна сказать, что в вашей ситуации вам обоим следовало бы больше блюсти себя и не совершать поступки, которые вредят репутации школы.

— Джина… — мрачно начала Грейс, но остановилась, заметив, что горстка матерей у ворот школы расступилась, пропуская подкативший к ним джип.

— Вот и ваш жених прикатил, — сварливо произнесла Джина, когда Кен вышел из машины. — Надеюсь, он не думает, что, купив пайнвудскую фабрику по бросовой цене, завоюет какое-нибудь положение или авторитет в местном обществе! Судя по тому, что говорил нам Грегори, эту семью против воли заставили продать бизнес. А всем известно, что Грегори, как никто другой, заботился о своих рабочих, — продолжала она, так нагло искажая правду, что Грейс не могла поверить собственным ушам.

Кен подошел к ним, и по какой-то причине, которую ей совсем не хотелось сейчас анализировать, Грейс обнаружила, что радуется, что он оказался здесь. Хотя он еще больше ухудшил и без того тяжелую ситуацию, собственнически положив руку ей на плечо, а затем, склонившись, коснулся губами ее щеки и пробормотал на ухо:

— Я все объясню, когда мы останемся наедине. — После чего немного отстранился и громко произнес: — Прости, что опоздал, дорогая. Мне пришлось задержаться.

И не дав ей возможности даже слово сказать, он подвел ее к машине, заботливо усадил на пассажирское сиденье и, обойдя вокруг капота, занял место водителя.

Подождав, пока исчезнут из виду собравшиеся наблюдатели, Грейс срывающимся голосом спросила:

— Не будешь ли ты так добр объяснить мне, что происходит и почему Джина Орвелл считает, будто мы помолвлены?

— Джина Орвелл? — озадаченно переспросил Кен.

— Женщина, которая стояла рядом со мной, когда ты подъехал, — нетерпеливо объяснила Грейс.

Она была измученна, сердита и очень голодна. Глупое желание попросить Кена, чтобы он остановился, позволил ей положить голову ему на плечо и разразиться очистительными слезами, было так велико, что она едва сдерживала его.

— Она близкая подруга Грегори Купера, — заметила Грейс. — И…

— Вот как? — прорычал Кен. — Что ж, тогда мне ясно, откуда она узнала о нашей помолвке.

— Нашей помолвке? — недоуменно выпалила Грейс. — Какой помолвке? Мы не помолвлены…

— Не официально…

— Вообще никак! — с яростью перебила его Грейс.

— Грейс, у меня не оставалось выхода, — спокойно сказал Кен. — Купер заявил, что тебя видели выходящей из моего номера рано утром… — Он замолчал, не желая рассказывать об омерзительном поведении и нападках Грегори.

— Я знаю, что ты хочешь сказать, — с жаром остановила его Грейс. — Меня видели выходящей из твоего номера — следовательно, я падшая женщина и не имею права учить маленьких невинных детей. Черт возьми, все, что я сделала, — это дважды переспала с тобой! Однако это не означает…

К ужасу Грейс, ее глаза наполнились слезами, а голос прервался от избытка чувств.

— Грейс, уж я-то знаю, что это означает и чего не означает, — попытался успокоить ее Кен. — Но это известно только нам двоим. Ты понимаешь, что я хочу сказать, не так ли? — мягко спросил он.

Грейс не ответила, и, взглянув на нее, Кен увидел, что она пристально смотрит в окно, а ее щеки горят. У Кена сердце разрывалось от желания как-то помочь ей.

— Вряд ли тебе стало бы легче, если бы я дал в местной газете объявление на всю полосу о том, что до ночи, проведенной в моем номере, ты была девственницей.

— Но это вовсе не означает, что ты должен был объявлять, что мы помолвлены, — возразила Грейс.

— Я сделал это, чтобы защитить тебя, — сказал Кен.

Защитить ее! Как он смеет сидеть здесь и заявлять о том, что хочет защитить ее, после того как уже сказал, что не хочет, чтобы она сохранила их ребенка? Или именно поэтому он так делает? — чувствуя себя глубоко несчастной, подумала Грейс. Может, это просто циничная уловка, направленная на то, чтобы внушить ей доверие к себе, держать всегда под рукой и иметь возможность действовать быстро, если возникнет такая необходимость?..

— Ты вовсе не обязан защищать меня, — прошептала Грейс.

— С твоей точки зрения, может быть, и нет, — возразил Кен, ставший вдруг очень серьезным.

Сердце Грейс глухо заколотилось в чисто женском признании его удивительной мужественности и силы. Ей ужасно захотелось опереться на эту силу, почувствовать, что она может рассчитывать на Кена, на его поддержку, на его любовь…

Но она не могла этого делать! Не должна…

24
{"b":"3332","o":1}