ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Вы давно работаете здесь? – поинтересовался новый босс. – Ах, пять лет… Пять лет – приличный срок. Вы наверняка знаете людей, в курсе текущих проблем. Я рассчитываю на вашу помощь на начальном этапе нашего сотрудничества. Ну и в дальнейшем, надеюсь, тоже. Должен вас предупредить: для меня референт – прежде всего очень ответственный человек.

Тут из кабинета вышел Айсбрандт, за ним Норма, которая сменила дежурную улыбку на улыбку ослепительную, увидев Филипа Уиллиса. Он очень приветливо поздоровался с директором по персоналу и напомнил ей о том, что еще совсем недавно они встречались в Бирмингеме.

Вдруг Маргарет охватило чувство, которого она никогда не испытывала. Она едва не вскрикнула, пораженная острым приступом душевной боли. Маргарет ощутила, как к горлу подступил тяжелый ком, а глаза заволокло мутной пеленой. Слезы? У нее? Да она не плакала с тех самых пор, как… Последний раз рыдала лет в восемнадцать. Но в этом возрасте она была глупой, неуверенной в себе девчонкой. Именно девчонкой, потому что не считала себя привлекательной женщиной. Ей казалось, что она так и останется до старости гадким утенком.

Маргарет отвернулась, сцепила пальцы и сжала зубы, заставляя себя из последних сил не выпускать эмоции на волю. Что за нелепая реакция?

Подумать только, она готова пуститься в рев из-за того, что этот человек обращается с ней холодно, не проявляет никакого интереса, в то время как Норме он улыбается более чем доброжелательно…

Почему это так ее задело? Потому что Филип Уиллис не какой-нибудь обычный мужчина, он именно тот мужчина… Ну и что? Зачем так себя вести? Неужели она не сделала никаких выводов из прошлого печального опыта? Неужели все эти годы мучений ничему не научили ее?

– Уже почти два часа. Думаю, нам надо идти на собрание.

Какой же у него равнодушный и замороженный голос! Словно говорит автомат, обученный произносить дежурные фразы суконным, бесчувственным тоном железной машины!

Маргарет молча направилась к двери. Ноги у нее были как ватные, в голове гудело, уши словно заложило. Когда она уже взялась за ручку, подоспел Филип Уиллис и открыл перед ней дверь. Маргарет заставила себя пройти мимо него. У нее просто мурашки побежали по спине, когда она оказалась так близко от Филипа. Он смотрел на нее. Потом явно глядел вслед…

Она от напряжения одеревенела, ей с большим трудом удалось не поддаться искушению, оглянуться и проверить – догадался ли он все-таки, кто она, узнал ли…

Но мисс Гринслэйд продолжала идти, не оборачиваясь, боясь, что в противном случае увидит ледяной равнодушный взгляд, и это унизит ее больше, чем если бы он растрезвонил, что пять лет назад они были близки.

Она шла по коридору за Нормой.

Во время церемонии представления нового хозяина фирмы Маргарет никак не могла сосредоточиться на том, что происходит, не слушала речь Айсбрандта, не вдумывалась в слова ответного слова мистера Уиллиса. Он что-то говорил о необходимости изменить имидж компании.

Одна только мысль сверлила ее мозг: Филип Уиллис теперь ее новый начальник!

Есть от чего сойти с ума.

Даже сейчас, видя его перед собой, она никак не могла поверить, что Уиллис, ее босс, тот самый человек, который…

– Слушай, ты здорова? – спросила Норма. – Ты так ужасно бледна.

– Все в порядке, – соврала Маргарет. – Все хорошо.

Примерно так же она, вернувшись вечером с работы, ответила матери, которая, естественно, поинтересовалась, как прошло собрание, и потом, внимательно поглядев на дочь, спросила, не случилось ли чего.

– Ничего, все нормально…

Неправда. Все время Маргарет думала только о Филипе. Ей казалось, что он постоянно за ней наблюдает. Так что все было плохо, и чувствовала она себя ужасно. Судя по тем вопросам, которые он задавал ей сегодня, Маргарет показалось, что Уиллис не слишком одобряет ее инициативность, считает, будто она очень много на себя берет. Вероятно, Филип собирается навести свои порядки, взять под контроль все даже самое незначительное в их пошатнувшемся хозяйстве.

Маргарет могла бы объяснить ему, как далека она от тщеславия. И что бралась за многие дела вовсе не для того, чтобы демонстрировать собственную незаменимость, а совсем по иным причинам: она поступала так в интересах дела, а также сочувствуя Айсбрандту. И то, и другое для нее было в равной степени важно. И как для сотрудника фирмы, и как для человека.

Но из гордости промолчала. Гордости и упрямства. Пусть думает что хочет. Интересно ли ему, какая она на самом деле? Вряд ли. Когда-то он уже составил о ней определенное мнение, теперь повторяет свою ошибку. Правда, не осознавая этого, что говорит о постоянстве и неизменности его натуры.

Филип сказал, что скоро приедет новый управляющий, он и будет вести все дела. А пока Ай-сбрандт останется в качестве консультанта. Значит, Уиллис будет здесь наездами.

Затем мистер Уиллис настоятельно посоветовал Маргарет в этот переходный период как можно чаще общаться с Нормой Линтон, внедряющей на фирме стратегию компании «Руководить Так, Чтобы Каждый Почувствовал Свою Ценность» и имеющей большой опыт работы с людьми.

Он пробыл на фирме всего несколько часов, а когда уехал, Маргарет почувствовала себя такой измотанной, будто проработала сутками напролет целую неделю. Отчаянно болели глаза, словно в них бросили горсть песка.

Вне сомнения, Уиллис – настоящий профессионал, современный руководитель очень высокого уровня, с ходу вникающий в самую суть проблемы. Общаясь с ним, Маргарет поняла причины его успеха как бизнесмена.

Но не его карьера, не профессиональные качества так впечатлили ее. Она была взволнована совсем не по этим причинам…

Маргарет даже матери не могла признаться, что же на самом деле мучило и беспокоило ее, когда она думала об этом человеке. Не могла признаться по вполне понятным причинам.

– Кстати, звонил Эдвард, – сообщила мать. – Он просил передать, что не может встретиться с тобой сегодня вечером. У него очень много работы. Я опасаюсь за его здоровье. Ты должна больше заботиться о нем.

Матери удалось скрыть иронию, она не стала даже комментировать это сообщение. Но разве Маргарет не известно мнение ее родителей об Эдварде? Она в курсе того, что они оба думают по поводу их отношений. Только говорить с ними об этом не желает.

А что касается Эдварда… Они с ним сегодня собирались пойти поиграть в теннис. Игра отменяется, и это очень, очень кстати. У Маргарет нет никакого желания именно сейчас встречаться со своим занудным приятелем. Тем более что даже в теннисе он как партнер не представлял никакого интереса.

– Думаю, я лягу спать пораньше, – сказала она матери. – Я ужасно устала. Был трудный день.

– Лучше всего в таком случае пойти погулять. Прогулка снимает усталость, поверь. А если слишком много спать, можно впасть в депрессию.

Все мамы об одном и том же. Преувеличивают ценность свежего воздуха и преуменьшают значение сна.

– Возможно, ты права, – согласилась Маргарет. – Конечно. Как всегда. Иди прогуляйся и возьми с собой эту толстую ленивую собаку.

Они обе глянули на рыжую колли, развалившуюся у камина. Маргарет рассмеялась. Большущая груда рыжей шерсти зашевелилась при звуке знакомого голоса, из нее высунулась острая собачья морда и заинтересованно уставилась на Маргарет добрыми глазами. Против такого взгляда не устоит никто.

– Все ясно. Это не мне надо гулять, а Джес.

– Вам обеим полезно, – заметила мать.

Через два часа, стоя у ворот, Маргарет подумала, что прогулка, возможно, для здоровья и полезна, но душевное состояние не улучшила… Она взглянула на Джес, усевшуюся передохнуть у ее ног.

Собака поднялась, лизнула руку хозяйке и заскулила, словно давая понять – если не собираешься больше гулять, пошли домой. Непонятно, кто кого больше жалел: собака хозяйку или наоборот.

– Хорошо прогулялись? – спросила мать, когда они с Джес вошли в дом. – Мы скоро сядем ужинать. О, чуть не забыла. Звонила Кэтти и просила напомнить тебе, что вы с Эдвардом приглашены к ним в субботу.

8
{"b":"3343","o":1}