ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Возвращение на грешную землю оказалось ошеломляюще быстрым и мерзким.

При виде подъезжающего к дому «роллс-ройса», Агнес почувствовала, как тело ее сладко заныло в предвкушении свидания с Гордоном, но вместо него из автомобиля выплыла Лора.

Подавив свое разочарование, Агнес спустилась вниз, чтобы встретить секретаршу Гордона. Та, как всегда, была одета в дорогой и элегантный костюм, в то время как на Агнес, помогавшей миссис Тайлер примерить вновь сшитые чехлы к мебели, были джинсы и спортивная куртка.

Как и обещала Джейн, эта одежда оказалась одновременно практичной и привлекательной, но под презрительным взглядом Лоры Агнес почувствовала себя нищенкой.

— Гордон поручил заказать вам кредитную карту, и мне необходимо получить вашу подпись, — сухо сказала Лора.

Агнес жестом предложила ей пройти в библиотеку и, не проронив ни слова, быстро подписала документы.

— Бедный Гордон, — с еле заметной усмешкой заметила Лора. — После минувшей ночи он, видимо, до смерти боится свидания с вами.

Агнес подумала, что ослышалась. Но Лора, указав на графу, где тоже следовало поставить подпись, продолжила:

— Бедняжка! Всего одна ночь — и его не узнать. Я посоветовала ему расслабиться, в конце концов, мало ли в его жизни было женщин…

Это было чересчур! Агнес резко поднялась, швырнула бумаги Лоре и, задыхаясь, сказала:

— Вы выполнили поручение. Если это все, попрошу вас удалиться!

Она нажала на кнопку звонка и, когда появился Стентон, сказала:

— Стентон, эта леди просит показать ей выход.

Вытянувшееся лицо секретарши немного утешило Агнес, но, оставшись одна, она почувствовала себя оплеванной.

У нее не укладывалось в голове, что Гордон мог запросто делиться с секретаршей своими впечатлениями о прошедшей ночи. Он уверял, что Лора ему не любовница. Возможно и так, но любой заметит, что она относится к нему, как к своей собственности. Может быть, Гордон выдал Лоре их секрет, сам того не заметив? Это было бы еще хуже. На такое, по мнению Агнес, мог быть способен только безвольный человек.

Этой ночью она увидела в его глазах если не любовь, то желание. Хотя ведь он предупреждал, что берет ее в жены только ради титула и прав на имение. И только доверчивая дурочка могла принять зов тела за голос души.

Но как, как мог он обсуждать с Лорой такие вещи? Как мог сообщать секретарше о близости с другой женщиной?

Нет, теперь не могло идти и речи о том, чтобы выйти за Гордона замуж! Не могло?.. Агнес тут же вспомнила про обещание, данное деду, а рука ее непроизвольно легла на живот. Что, если она уже носит ребенка Гордона? Аборт был невозможен, а воспитывать ребенка одной, не имея законного мужа, Агнес не хотела, памятуя о своем собственном детстве. Она восхищалась теми женщинами, которые шли на это, но не находила в себе мужества для такого шага.

В полдень в Спрингхолл приехал инженер-теплотехник, которому Гордон поручил осмотреть усадьбу на предмет подключения ее к центральному отоплению. И хотя Агнес терпеть не могла промозглую сырость комнат и не разделяла убеждения тетушки, что природный холод полезен для здоровья, ее рассердило то, что Гордон снова принимал решения, не посоветовавшись с ней.

Поручив Стентону показать теплотехнику дом, она снова принялась за чистку ножей и вилок. Для заказных свадеб в парке она брала столовые приборы и сервизы напрокат, но для своей собственной приказала достать с антресолей ящики с серебром, которыми последний раз пользовались на свадьбе деда.

Едва уехал инженер, как прибыл агент из магазина антиквариата. Агнес, с нетерпением ожидавшая его появления, сразу же провела гостя в столовую, где давно уже был выставлен фарфоровый сервиз, и стояла, терпеливо ожидая, пока он не проверит каждый предмет.

— Изумительно, — объявил наконец антиквар. — Моя клиентка будет в восхищении. Я уполномочен предложить вам… — он назвал совершенно умопомрачительную сумму. — Это, разумеется, цена полного сервиза, — предупредил он. — Крайне редко удается найти его целиком, да еще в таком превосходном состоянии. Такое впечатление, что вы ни разу им не пользовались.

Агнес не стала объяснять гостю, что сервиз сохранился так хорошо, потому что она его терпеть не может. Действительно, какое значение имели чьи-либо симпатии или антипатии, когда речь шла о такой сумме.

Миссис Хокс помогла агенту упаковать сервиз, а долгожданный чек перекочевал в верхний ящик письменного стола.

Агнес, стоя на коленях, заворачивала последний из предметов, когда в столовую вошел Гордон.

Она была совершенно не готова к его появлению, и тело ее пронзила волна желания. Стоя на коленях, она с трепетом ждала, как он отреагирует на царящий в комнате хаос.

— Что тут происходит? Срочная эвакуация? Бегство?

Агнес смешалась, а агент, деловито подхватив последнюю из упакованных коробок, сказал на прощание:

— Еще раз благодарю вас! А если вы пожелаете предложить нам что-нибудь еще… — Он положил на стол визитную карточку, улыбнулся Гордону, официально потряс руку Агнес и удалился в сопровождении миссис Хокс.

— Кто этот человек и что именно ты собираешься ему предложить? — спросил Гордон. — Боишься, что муж будет держать тебя на голодном пайке? Или откладываешь деньги на случай, если я разорюсь? Делаешь запасы на черный день? Отчего ты не отвечаешь, Агнес?

Гордон был в бешенстве, хотя, на взгляд Агнес, не имел на это никакого права.

— Тебе не кажется, что с любой точки зрения — моральной или юридической — этот дом со всем его содержимым наполовину мой? — бушевал Гордон. — Уж не потому ли ты с такой поспешностью распродаешь свои пожитки до того, как мы официально поженимся? Интересно, что еще ты предполагаешь продать или заложить?.. Может быть, мне стоит провести предварительную инвентаризацию имущества?

Агнес молчала, возмущенная несправедливостью его обвинений.

— Ты и в самом деле думаешь, что я буду спокойно стоять и смотреть, как ты распродаешь наследство нашего сына? — не унимался Гордон. — Если тебе нужны деньги, можешь сказать об этом мне!

Агнес уже не могла больше сдерживаться.

— Как ты смеешь диктовать мне, что я должна делать со своим имуществом? — в ярости вскричала она, сверкнув глазами. — А потом…

Сейчас она просто ненавидела этого человека. Он презирает ее, не отвечает ей взаимностью, он присвоил себе право командовать ею, наконец, он предал ее, обсуждая их близость с Лорой. Ей хотелось уязвить его, сделать ему больно, и в порыве гнева она ухватилась за самое сильное оружие, которое было под рукой:

— …А потом, любой мало-мальски грамотный человек знает, что проданный сервиз не имеет абсолютно никакой исторической ценности. По сути дела, это вульгарная позолоченная поделка, товар широкого потребления, который мог себе позволить любой в меру зажиточный англичанин того времени. Если бы ты хотя бы немного…

— …Если бы я хотя бы немного? — зловеще спросил Гордон, и Агнес почувствовала, что зашла слишком далеко. — Если бы я хотя бы немного? — тихо повторил он. — Продолжай, Агнес! .

— Если бы ты хотя бы немного разбирался в фарфоре, — снова вспыхнув, закончила Агнес, — то не устраивал бы этой сцены.

Она не стала уточнять, что фарфор, помимо исторической, может иметь коммерческую ценность и что свои нынешние знания она почерпнула из закончившейся полчаса назад беседы с агентом. Стремясь хоть как-то смягчить свои слова, она хрипло добавила:

— Гордон, этот сервиз был просто уродлив. Если бы я продавала севрский фарфор, я бы еще могла понять твои эмоции…

Он словно врос в землю, и только желваки играли на лице.

— Поняла бы мои эмоции? Куда уж плебею вроде меня видеть эту разницу! Хорошо, что ты сказала мне, что сервиз уродлив, а то бы я невзначай ляпнул при людях, что он восхитителен. Что делать, если обычные, ординарные люди вроде меня, без многовековой родословной, привыкли думать, что все старинное обладает ценностью.

Агнес было больно наблюдать это показное смирение, скрывающее под собой оскорбительный цинизм. Гордон смотрел на нее, как на существо, недостойное презрения. Но она не могла простить ему откровенности с Лорой. Этому поступку не могло быть оправдания.

27
{"b":"3345","o":1}