ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Ты уверена, что с тобой все в порядке? Ты кажешься такой бледной…

— Я… Меня немного тошнит, — вынуждена была признать Валери, а затем неловко добавила: — Должно быть, рыбный пирог, который я ела за ужином…

Теперь уже Лесли нахмурилась по-настоящему.

— Вот как? В таком случае я его лучше выброшу…

— Думаю, мне нужно подышать свежим воздухом, — сказала невестке Валери, виновато осознавая, что причина ее недомогания не имеет ничего общего с рыбным пирогом Лесли.

Оказавшись во дворе, Валери направилась к мастерской, но даже не удосужилась взглянуть на машину, которой ей полагалось бы сейчас заняться.

Как она могла до такой степени поддаться страсти… потребности… желанию, чтобы хотеть… Валери нервно сглотнула, припомнив, какая паника поначалу охватила ее прошлой ночью, когда она поняла, что Стивена нет, а она так хотела, чтобы он был рядом… и продолжала этого хотеть, проснувшись сегодня утром.

В мыслях и чувствах царил хаос. Ей просто необходимо было поговорить с кем-нибудь! Но к кому обратиться за поддержкой и советом? Кто поможет распутать клубок тревожных чувств и убедить ее, что случившееся… то, что она сделала, совсем не означает… Не означает — что?

Валери всегда считала, что такая близость, какую она испытала прошлой ночью, возможна лишь с человеком, в которого женщина по-настоящему влюблена и который не менее сильно любит ее. Но мужчина, по которому она теперь тосковала, которого жаждала, хотела каждой клеточкой своего тела, был почему-то не Роберт, кого она вроде бы любила, а Стивен… Стивен, о котором она никогда, даже в самых потаенных и диких сновидениях и фантазиях, не мечтала. Впрочем…

Валери поспешно открыла капот ожидавшей ее машины, отчаянно пытаясь отвлечься и не думать ни о чем, боясь посмотреть правде в лицо.

Ее моральный кодекс не позволял ей лгать себе… Даже в целях самозащиты. В недавнем прошлом было несколько моментов — коротких, пугающих, запомнившихся, — когда в присутствии Стивена она испытывала какие-то незнакомые тревожные ощущения, а их, в свою очередь, сопровождали такие мысленные образы, при воспоминании о которых Валери покраснела не меньше, чем тогда, когда впервые открыла прошлой ночью глаза и осознала, что случилось.

Она замерла, услышав, как открылась кухонная дверь на другом конце двора, и увидела Майкла, направлявшегося к ней. Она догадывалась, что он хочет ей сказать. Он собирается снова напомнить, что Стивен хочет ее видеть. Отпустив капот, Валери зацепилась за что-то, и металл обрушился на ее пальцы, прежде чем она успела их отдернуть.

Кожа не была повреждена, но ушибы будут болеть не один день, решила она, невольно посасывая больное место. И тут же вспомнила, как Стивен посасывал ее беззащитное и отзывчивое тело прошлой ночью и что она при этом чувствовала. К тому моменту, когда подошел Майкл, вся ее кожа горела от жарких, нескромных мыслей. Не потому, что она сожалела о случившемся, а потому… потому…

— Ты ведь знаешь, что Стивен хотел, чтобы ты приехала в Вэлли именно утром? — как и ожидалось, спросил брат.

— Да, я знаю. — Валери запиналась на каждом слоге, краска то заливала ее лицо, то совсем оставляла его.

Не имело смысла обманывать себя дальше. Она просто не смогла бы испытать того, что испытала прошлой ночью, если бы ничего не чувствовала по отношению к Стивену. Но как сейчас, при ярком свете дня, увязать эти чувства, эту страсть с той враждебностью, которую, как Валери совсем недавно считала, она испытывала к Стивену Элсуорту?

Признав, что мысли ее далеки от работы и что, если она не хочет, чтобы Майкл пилил ее весь день, лучше просто сдаться и отправиться к Стивену, Валери машинально обтерла руки мягкой тряпкой, поморщившись от боли в распухшем пальце, в пошла к дому, чтобы принять душ и переодеться.

Внезапно она остановилась. Помыться и переодеться? А что плохого в том, если она явится к Стивену в том, что на ней? В конце концов, она поступала так несчетное количество раз! Почему она вдруг почувствовала потребность предстать пред ним в лучшем виде?

Робко и неуверенно Валери изучала свое отражение в зеркале спальни. Ее светло-каштановые волосы, рассыпавшиеся по плечам, шелковисто блестели, косметика, которую она так старательно накладывала, оттеняла цвет ее глаз и чистоту кожи, а помада…

Валери взяла было салфетку, чтобы все стереть, но остановилась. В конце концов, продавщица уверяла ее, что косметика мягких тонов годится для любого времени суток. Возможно, из-за того, что она не привыкла видеть помаду на своих губах, они казались ей более полными, даже чуть припухшими, или это… Ее рука слегка дрожала, когда она отложила неиспользованную салфетку.

Какую-то часть Валери ужасала сама перспектива увидеть Стивена, но вторая часть… Ее сердце пропустило один удар, потом другой. Возможно ли, что она, сама о том не подозревая, влюбилась в Элсуорта? И не потому ли? Должно быть, Стивен знает, автоматически успокаивала она себя. Должно быть, он понимает… и объяснит… Стивен мог бы…

Горячий румянец окрасил ее щеки, когда она поняла, куда завели ее грешные мысли. Стивен мог бы… Что? Стивен мог бы заключить ее в объятия: зацеловать до бесчувствия, а затем…

Джинсы и клетчатая рубашка, в которые она была одета, показались ей тяжелыми и жаркими. Все ее тело пронзила сладкая боль, сродни той, которую она испытывала прошлой ночью.

Так Валери обнаружила, что с нетерпением ждет встречи со Стивеном. Ей хотелось быть с ним, хотелось, чтобы он ее утешил, помог ей понять и облечь в слова то, что с ней приключилось.

Стивен, она знала, он понимает, что она чувствует, какую робость и неуверенность испытывает… как нуждается в его понимании, его… его… любви!

Стивен хмурился, стараясь сосредоточить внимание на бумагах, лежавших перед ним на столе. Голова болела, а в глаза, казалось, насыпали песку. Это, несомненно, результат недосыпания, но разве он мог уснуть после того, что случилось? Что подумала, почувствовала Валери, проснувшись сегодня утром? Возненавидела ли его сильнее прежнего или…

Разумеется, это так! Тот факт, что он любит ее, ни в коей мере не служит оправданием — ни в его, ни тем более в ее глазах — тому, что он потерял голову. И все же, лежа без сна в своей постели прошлой ночью, думая о Валери, вспоминая, как она вела себя в его объятиях, вспоминая ее тепло, ее ничем не замутненную доверчивость, Стивен в той части своей души, которая была бесстыдно и всецело мужской, не сожалел о случившемся.

Он не мог сожалеть о том, что был первым и единственным, кто слышал ее страстные крики, ее непроизвольные, необдуманные слова женского возбуждения. Прошлой ночью на короткое время, возможно, даже и не любя его, она полностью принадлежала ему, и он мог любить ее и ласкать, мог показать истинную глубину ее страсти и желания, равно как и своих собственных…

Но в трезвом свете наступившего утра он был обязан посмотреть в лицо реальности — и в лицо Валери — и поэтому позвонил Майклу и добился от него заверений в том, что сестра зайдет к нему.

То, что он собирался ей сказать, требовало уединения и времени. Она должна до конца выслушать его и до конца понять: за случившееся между ними она сама никакой ответственности не несет. По крайней мере, от этой ноши он может ее избавить. В иных обстоятельствах и при иных отношениях, с другой женщиной он, возможно, вынужден был бы спросить: почему, заявляя о том, что искренне любишь другого мужчину, ты так страстно, так охотно, так инстинктивно отвечаешь мне? Но в данном случае он, как ему казалось, уже знал ответ: просто потому, что он оказался рядом, потому что одолел ее, подавил собственным желанием.

Стивен нахмурился, увидев незнакомый «бьюик», подъезжавший к его дому. Отвернувшись от окна, он направился к парадной двери. Возможно, Валери приехала на машине своей клиентки?

Молодая женщина, вышедшая из автомобиля, была вряд ли знакома ему, а вот язык ее телодвижений — несомненно. Ему хватило одного взгляда, чтобы распознать утонченную провокацию в походке посетительницы, в том, как она приостановилась, чтобы разгладить совершенно безукоризненную юбку, проведя руками вниз по бедрам и одарив его при этом долгим взглядом и медленной улыбкой.

21
{"b":"3349","o":1}