ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Собаки Европы
Тобол. Мало избранных
Что ты как маленький? Лайфхаки для взрослых, готовых к счастью
Ведьма огненного ветра. Ответный визит
Земля мертвых
Как готовили предателей. Начальник политической контрразведки свидетельствует…
Vae victis (Горе побеждённым)
Теория игр в комиксах
Японский метод развития интеллекта. Улучшаем память за месяц
A
A

А во-вторых… во-вторых, ему было так хорошо с ней! В глубине души он давно простил ее, и ему хотелось сказать:

– Давай забудем прошлое. Мы нужны друг другу.

Но каждый раз уязвленное самолюбие останавливало его. И еще безумная ревность… И вот теперь ее нет.

Тишина в опустевшем доме угнетала Джеффри. Как ни мало пробыла здесь Чармиан, он привык слышать ее легкие шаги, голос – такой спокойный и решительный, когда она говорила о делах, и такой срывающийся и дрожащий, когда она обращалась к нему. Наконец, не в силах выносить эту тишину и устремленный на него из подсознания молящий взгляд, он ударил кулаком по столу, тяжело поднялся и прошел в рабочую комнату Чармиан. Здесь царил идеальный порядок. Ни листа бумаги на столе. Наверное, готовясь к разговору с ним, она все разложила по местам. Джеффри постоял немного, засунув руки в карманы и все так же напряженно глядя перед собой. Затем он решительно направился к выходу, пересек двор и поднялся к помещениям над гаражом.

В дверях квартиры Чармиан торчал ключ. Хотя Джеффри сам слышал, как отъехала ее машина, в голове у него мелькнула сумасшедшая мысль: может быть, она там, у себя? Он войдет и увидит ее. Чуть помешкав, он повернул ключ, вошел и…

Разумеется, в квартире не было никого. Все вещи Чармиан исчезли, словно ее тут никогда и не было. На камине не стояла фотография в серебряной рамке. Но что-то было в этой комнате, что-то связанное с Чармиан… Джеффри огляделся и заметил на камине вазу с поникшими лилиями, источавшими горький пряный аромат. Джеффри облокотился о каминную полку и постоял секунду, вдыхая этот запах. Внезапно перед ним так ясно, будто это было вчера, возникла картина темного сада. Там тогда тоже горько и нежно пахли лилии. Джеффри, словно наяву, увидел темный летний домик. Ему казалось, что он снова сжимает в объятиях худенькие, полудетские плечи, упивается сладостью мягких губ. Он не знал тогда, что обнимает и целует не ту, которую ждал. Он не мог рассмотреть в темноте ее глаза, видел только, что они широко раскрыты и загадочно мерцают. И еще чувствовал, что она ужасно испугана. И хотя он был тогда довольно бесшабашным парнем и знал цену той, что назначила ему свидание, на мгновение ему почудилось: эта, которую он отчаянно хотел, очень беззащитна. Может быть, поэтому он и отпустил ее так легко?

Джеффри стоял, погруженный в воспоминания. Он даже не сразу понял, почему так защипало глаза. Только когда горячая, жгучая капля скатилась по щеке, он сообразил, что плачет. Его это раздосадовало и удивило. Когда он плакал в последний раз и плакал ли вообще когда-нибудь? Он не пытался сдержать слезы, и тут ему сжало горло, а плечи содрогнулись от рвущихся наружу рыданий.

Джеффри обхватил руками голову и хрипло простонал:

– О Господи, я же не могу без нее жить!

Приступ горя миновал. Джеффри заметался по комнате, лихорадочно думая, что же ему делать. Он, разумеется, мог отправиться в коттедж, где однажды поцеловал ее, а она его оттолкнула. Наверное, она там. Но он опасался, что, испуганная его настойчивостью, Чармиан просто уедет из городка. И тогда исчезнет… исчезнет из его жизни навсегда!.. Впрочем, она не может уехать, пока миссис Риверс, ее бабушка, лечится в санатории.

Внезапно Джеффри замер и поднял голову. Ее бабушка… Миссис Риверс… Решение пришло мгновенно. Джеффри торопливо вышел из квартиры и почти бегом, перешагивая через три ступеньки, бросился в гараж.

Спустя десять минут машина Джеффри стремительно вырвалась на шоссе, повернула и помчалась к санаторию.

Чармиан хмурилась, проверяя свой банковский счет. Ее беспокоило, что Хокинз до сих пор не обменял на деньги чек, выписанный взамен того, который он порвал.

Недели через три бабушка должна вернуться домой. Лиззи, которая на две недели уехала погостить к дочери, тоже собиралась вернуться, чтобы присматривать за бабушкой, пока врачи не разрешат ей жить одной. Чармиан вполне могла позвонить своим бывшим хозяевам и сказать, что готова приступить к прежней работе.

Вот только сердце ее изнывало от горя. По ночам она просыпалась в слезах, шепча имя Джеффри. Она пыталась разобраться в своих переживаниях, но это ей не удавалось. Да, она знала цену этому человеку, она не простила ему ни оскорблений, ни унижения. И она наслаждалась свободой от него. Днем. Но ночью… ночью ее тело тосковало без его ласк, и ничего она не могла с этим поделать.

– Днем со мной все в порядке… – дрожащим голосом жаловалась она Лиззи, которая, озабоченная состоянием Чармиан, как-то навестила ее. – А ночью, когда я вспоминаю, я мечтаю… Словно ничего и не было, словно он для меня тот же незнакомец, которого я повстречала в шестнадцать лет.

– Любить всегда нелегко, а плохого человека – особенно, – утешала ее Лиззи. – Только время залечит ваше горе, Чармиан. Ведь он столько лет был вашим идеалом, возлюбленным из вашей мечты.

Чармиан грустно кивнула.

– Вот что я вам посоветую, – продолжала Лиззи. – Когда мой муж умер, я была ужасно потрясена. Злилась на себя – за то, что не понимала до конца, как он болен, на больницу – за то, что там не смогли спасти его, и на него – за то, что он умер и оставил меня одну… Я не была готова к потере. Мне пришлось обратиться к психоаналитику. Он порекомендовал мне изложить все, что случилось, на бумаге и особенно подробно рассказать о своих чувствах до смерти мужа и после. Сначала я не думала, что это поможет, но, оказалось, я ошибалась. Попробуйте и вы.

Чармиан долго колебалась, стоит ли ворошить прошлое, но потом все-таки последовала совету Лиззи. Подробно она описывала все, что случилось за десять лет: почему ей пришлось пойти на свидание вместо Рейчел, что она испытала при первой встрече с Джеффри, что пережила потом и как волновалась о его судьбе. Она пыталась объяснить себе самой, как он стал ее мечтой, идеалом мужчины для нее. С наивностью в вопросах секса она связывала свою уверенность в том, что если мужчина спит с ней, значит, любит. Заливаясь слезами, она без утайки писала о том, как любила и ненавидела Джеффри одновременно, как страдала от стыда и оскорблений и как до сих пор не может забыть этого человека.

Нисколько это ей не помогло. Наоборот, без конца думая о Джеффри, она все больше тосковала о нем.

Дни, между тем, становились все короче. Лето заканчивалось, наступала осень. По утрам лужайку перед домом иногда покрывал седой иней. Уже в девять часов становилось темно.

Вечера были самым плохим временем для Чармиан. Днем она старалась как можно больше занять себя. Начала убирать, отмывать и даже кое-где подновлять дом, готовя его к возвращению бабушки. Бабушка действительно была очень мудрой. Уборка и в самом деле успокаивала Чармиан. Хотя за эти несколько дней свободы она немного окрепла, порозовела и поправилась, все же к концу дня очень уставала. Кроме того, она заранее боялась долгих ночей, когда ничто не отвлекало ее от воспоминаний, сердце изнывало от тоски, а тело – от неутоленной страсти.

Однажды вечером ей захотелось разжечь камин. Захватив корзину для дров, она вышла через черный ход. Сарай был рядом с домом, и ей потребовалось минут пять. Корзина была очень тяжелой, и Чармиан с трудом тащила ее обеими руками. Толкнув дверь в гостиную бедром, она вошла, с облегчением опустила тяжелую ношу на пол и выпрямилась, чтобы отдышаться. В этот момент она заметила, что не одна. Мужчина, скрестив руки на груди, стоял, прислонившись к каминной полке, и невесело смотрел на нее.

Словно ледяная рука сжала горло Чармиан.

– Джеффри? – прошептала она. – Что ты… что ты здесь делаешь?

– Дверь была открыта. Я хотел… я должен был увидеть тебя…

Он изменился. Слегка похудел… Казался уставшим и немного постаревшим.

– Я не вернусь… Ты… ты не можешь заставить меня!..

Чармиан отшатнулась и вытянула перед собой руки, словно преграждая ему путь.

Если бы на его месте был другой человек, Чармиан могла бы поклясться, что в его глазах была боль.

– Да, заставить тебя я не могу, – с трудом произнес Джеффри. – Миссис Риверс, твоя бабушка, сказала мне, что скоро вернется домой.

28
{"b":"3350","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Жгучая клятва сицилийца
Академия магии Трех Королевств
Зенит затмения
Красотка
Шаманизм. Мост между мирами
Похищенная страсть
Теория невероятностей
Убийство Командора. Книга 2. Ускользающая метафора
Не сходите с ума на работе