ЛитМир - Электронная Библиотека

Микеле с презрением фыркнул.

— Ну и что из этого? Ее мать и все двоюродные сестры тоже в этом выросли. Однако им не лезут в голову дурацкие мысли. Я всегда говорил, что ей зря позволили учиться в колледже!

Ну и мракобес! Рик покачал головой. Нет, это уму непостижимо!

— А все ты! — Микеле уставил в него указательный палец. — Ведь я говорил тебе, что не хочу, чтобы она лезла в дела. Я тебе доверился, а ты? Нанес мне удар в спину.

— Минуточку. — При слове «доверился» Рик чуть не поперхнулся и угрызения совести начали мучить его с новой силой. — Ну, при чем тут я? Микеле, ей-богу, вы несколько преувеличиваете мое значение.

— Преувеличиваю? Нет уж, мой дорогой, позволь мне самому судить.

Рик опустил глаза. Босс в скверном расположении духа. Видно, опять перебрал вчера спиртного. Лучше помолчать. Пусть себе выпускает пар, а он посидит и послушает. Глядишь, настроение у Микеле и улучшится.

— Ну что молчишь? Нечего возразить? — Микеле пробурчал что-то на итальянском, зажег сигару и сделал глубокую затяжку. — Сам знаешь, что я прав. — И он выдохнул омерзительно вонючий дым. — Рик, ты меня разочаровал. Очень разочаровал.

Вот оно, волшебное слово «разочаровал»! Рик почувствовал тяжесть в груди.

— Микеле, и все-таки вы преувеличиваете, — тихо сказал он.

— Хватит. — Босс поднял руку. — Не надо усугублять. Прошу тебя, больше не забивай Монике голову глупостями, и забудем об этом.

Беда в том, что Рик не собирался забывать об этом. Однако по-прежнему считал, что убеждать Микеле в чем бы то ни было пока не время. Пожалуй, стоит дождаться возвращения Артура: он-то знает все отцовские причуды. Кто знает, может, совместными усилиями им удастся втолковать Микеле, что Моника умная женщина и должна занять достойное место в компании.

— А что это ты сделал такую кислую физиономию? — Микеле нахмурился. — Думаешь, я буду точить на тебя зубы? Нет, я человек широких взглядов. Заметь, ведь я ни единым словом не обмолвился насчет этого твоего… — он покрутил пальцами, — нового увлечения, о котором я недавно узнал.

— Какого увлечения?

— Брось, Рик. Говорю же тебе: я все знаю, но это не мое дело.

— Да что «все»? О чем это вы?

— Ну ладно, для тебя это не новость, а я узнал об этом совсем недавно.

Рик начал беспокоиться. Микеле жутко выглядит. И несет какую-то околесицу. Хорошо, что Артур сегодня вечером будет дома.

— Микеле, я понятия не имею, о чем вы говорите.

Босс прокашлялся и, бросив на него пристальный взгляд, пробормотал:

— О твоей личной жизни.

Рик молчал. Дело дрянь. Неужели старик что-то пронюхал?

Микеле опустил глаза и смущенно буркнул:

— Зря я завел этот разговор.

— Ну, раз уж начали… — Рику стало любопытно. — Ну и что там с моей личной жизнью?

— А то ты сам не знаешь. — Микеле пожал плечами и снова отвел глаза в сторону. — Ну ладно. Я имею в виду твою, как теперь выражаются, нетрадиционную сексуальную ориентацию.

— Что? — Рик все прекрасно слышал, но не верил своим ушам.

— Извини. Я обещал Артуру не затрагивать этой темы.

Рик покачал головой. Так вот почему Моника подумала, будто он голубой. Микеле на самом деле так ей сказал. И никакого недоразумения и недопонимания из-за языкового барьера не было и нет. Непонятно одно: какого черта Микеле ей это ляпнул? А ему сказал Артур? С чего это вдруг?

— И что именно сказал Артур? Микеле вздохнул.

— Дернуло меня за язык!

— Раз уж начали, то…

— Неважно! — перебил его босс. — Мы говорили о моей племяннице. И не пытайся сбить меня с толку.

— Микеле, но ведь вы сами сказали, что я… — Рик запнулся и покачал головой. Нет, не стоит. Поговорит с Артуром и выяснит, откуда тут ноги растут. — Итак, поговорим о Монике. Если откровенно, то я думаю так. Поскольку она совершеннолетняя, вы не можете за нее решать, какую карьеру ей выбрать.

— Карьеру? — Микеле не то хохотнул, не то зарычал. — Ты что, совсем сбрендил? — И он постучал пальцем по виску. — Применительно к Монике это слово неуместно. Ясно?

Яснее некуда. Правило номер один: босс всегда прав. Правило номер два: если босс не прав, смотри правило номер один. Когда босс в таком настроении, лучше не подливать масла в огонь. Сейчас главное придумать, как бы поскорее ретироваться.

— Рик, имей в виду: повторять не стану. — Микеле поднял палец. — С этого момента я запрещаю тебе приводить Монику к себе в кабинет. И чтобы никаких компьютеров, никаких вопросов и ответов, никаких игр в бизнес.

— Послушайте, но ведь я разрешил ей пользоваться компьютером, чтобы ей не было скучно. Это совершенно безобидное занятие. — Рик встал. — Не волнуйтесь. А что касается бизнеса, думаю, это несерьезно. — Лгать было противно, и он поморщился.

Выпустив очередную порцию едкого дыма, Микеле недовольно пробурчал:

— И чтобы больше никаких костюмов. Пусть ходит в платьях. Неужели нельзя накупить ей побольше платьев? Лучше розовых.

— Хорошо. — Рик сдерживался из последних сил. — Как скажете.

Значит, Ричард на самом деле не считает ее умной и способной освоить семейный бизнес? И всего-навсего развлекал ее?

Чуть не плача от обиды, Моника стояла за дверью дядиного кабинета и слушала. Она хотела разыскать Ричарда и, услышав из кабинета Микеле возбужденные голоса, решила, что дядя ругает его из-за нее.

Ей и в голову не могло прийти, что Ричард ей лгал. Зачем?!

Значит, он не считает ее особенной. Просто выполняет поручение дяди Микеле — присматривает за ней. Только и всего.

Монике вдруг стало зябко, и, пытаясь унять дрожь, она обхватила себя руками. Ну почему Ричард так сказал? Судя по тону, дядя Микеле страшно зол. Может, у Ричарда не было другого выхода?

Нет, она не станет искать для него оправдания. И не станет делать вид, будто…

Внезапно голос Ричарда приблизился, и Моника, отскочив от двери, бегом вернулась к нему в кабинет и снова уселась за компьютер. На экране монитора мерцало звездное небо, но она тупо в него смотрела. Что же сказать Ричарду? Не хочется его обвинять без оснований, но ведь она слышала своими собственными ушами. Значит, он просто делал вид, а она, дура, поверила, что он не такой, как мужчины у них в семье.

Конечно, не такой: Ричард намного хуже. Ее отец и дяди хотя бы не скрывают своих убеждений.

В кабинет вошел Рик и, взглянув на мигающий экран, удивился:

— Что ты делаешь?

Проглотив комок, застрявший в горле, Моника спросила:

— А где ты был?

— В холле, — буркнул он и отвел глаза.

— Где?

Он молча смотрел на нее.

— А ты не заходил к дяде Микеле?

— Заходил, только ненадолго, — не сразу ответил он. — А что?

Моника пожала плечами и снова уставилась на мерцающий экран.

— Моника, я на него работаю. Иной раз я хожу к чему в кабинет раз по пять в день. Что случилось?

— Ничего, — буркнула она, не глядя на него. — Просто подумала, может, он хотел поговорить обо мне?

И она подняла глаза как раз в тот момент, когда Ричард нервно покосился на дверь.

— Нет, мы говорили о делах. — Он вымученно улыбнулся.

Моника не нашла в себе сил ответить на улыбку.

— А ты не пригласил его на ужин?

Рик откинул со лба прядь. Раньше ей очень нравился этот жест, а сейчас он показался ей фальшивым.

— Нет. Если честно, мне не хотелось бы ужинать втроем.

— Ах вот как?!

Наверное, Моника не сумела скрыть свою боль, и Ричард, с тревогой заглянув ей в лицо, произнес:

— В любом случае сегодня не получится. Вечером прилетает Артур, а я совсем забыл, что обещал заехать за ним в аэропорт. Может, поужинаешь с дядей вдвоем?

Надо поскорее уйти. Вернуться к дяде и побыть немного одной.

— Пожалуй. — Она поднялась и, чтобы уяснить все до конца, спросила: — Может, рассказать ему про нас? Или ты хочешь при этом присутствовать?

В глазах Ричарда промелькнул страх.

— Ради Бога, Моника, не говори ему пока ничего. Хотя бы сегодня. Хорошо?

41
{"b":"3351","o":1}