ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— По-моему, Рэндалл, уже достаточно, — ядовито произнесла Джессика, когда они тоже сошли на берег.

— Что — достаточно? — решил уточнить он, настороженно взглянув на молодую женщину, которую по-прежнему держал под руку.

— Изображать сиамских близнецов, потому что за влюбленную парочку нас точно никто не примет. Большинство гостей твоего кузена либо уже видели тебя сегодня с мадемуазель Бланш, причем вы оба вели себя достаточно откровенно, либо и так знают о вашей связи.

— Мои отношения с Бланш… — Рэндалл резко оборвал себя и мрачно нахмурился.

— Меня не касаются, не так ли? — вкрадчиво докончила за него Джессика. — Чистая правда! Рада заверить, что мне до твоих романов и впрямь дела нет, поскольку ты для меня давно ничего не значишь!

О, сколько победного торжества звучало в ее словах! До чего же отрадно было иметь возможность их произнести, особенно после того, что произошло в гостиной дома Мюира на острове!

Сев в лимузин, Джессика нарочно отодвинулась от Рэндалла на противоположный край сиденья и демонстративно уставилась в окно. Вот “роллс-ройс” выехал на петляющую дорогу, что вела вверх по холму, и вскоре далеко внизу замерцали огоньки гавани.

— Если хочешь попросить шофера завернуть в поместье, где гостит мадемуазель Бланш, ты только скажи, — не выдержала и съязвила молодая женщина, поворачиваясь к своему спутнику. — Меня можешь не стесняться. Или тебя останавливает мысль о том, что прелестная француженка уже утешилась в объятиях телемагната и просто не пустит тебя на порог? Неужели все шотландские графы так легко сдаются? Может, стоит рискнуть, а?

— Я бы предпочел, чтобы ты больше не упоминала имени мадемуазель Корбьер в моем присутствии, — сдержанно произнес Рэндалл.

— Как тебе будет угодно, — ответила Джессика, втайне весьма довольная собой.

Нет, мазохистских тенденций она за собой не замечала и не для того говорила о любовнице Рэндалла, чтобы причинить себе новую боль. Напротив, Джессика всего лишь напоминала себе о том, что за человек этот Рэндалл Макаллен, чтобы окончательно подавить в душе тревожное, необъяснимое чувство, всколыхнувшееся в ней, когда он поцеловал ее в губы.

Если не питать на его счет несбыточных иллюзий, то я в полной безопасности, убеждала себя Джессика. А если Рэндаллу не по душе мои слова — а, похоже, что так, судя по гневному блеску в глазах и поджатым губам, — то это его проблемы…

“Роллс-ройс”, миновав подъемный мост, плавно въехал в ворота замка. Но, к некоторому удивлению Джессики, лимузин затормозил не у внушительного парадного входа, а чуть дальше, у боковых дверей, ведущих в личные апартаменты Рэндалла. Мрачный как туча, он вышел из машины, опередив шофера, и сам открыл дверцу перед своей спутницей. Затем, не говоря ни, слова, довел ее до дверей.

Личные покои графов Марри уже несколько столетий не перестраивались, чтобы не лишать их художественной и исторической ценности. И Рэндалл как-то жаловался Джессике, что мечтает хоть раз в жизни поспать в комнате с белым, гладким потолком. Она отлично помнила, как поразило ее тогда это замечание из уст владельца столь древнего замка и столь роскошных апартаментов. Теперь, повзрослев, она хорошо понимала, каково это — когда в жизни недостает простоты и удобства современного интерьера. Так после прихотливой французской кухни вдруг потянет на гамбургер.

Если ты влюблена в мужчину вроде Рэндалла и любима им, то постоянное присутствие других людей — слуг, родственников — очень скоро наверняка заставило бы затосковать по уединению, размышляла Джессика. Но в создавшихся обстоятельствах она только радовалась, что остаться с глазу на глаз с Рэндаллом ей явно не придется.

В другое время, в другом мире она бы втайне мечтала о том, чтобы Рэндалл ласково, но настойчиво увлек ее в тень безлюдных коридоров и лестниц и жадно целовал, не в силах дождаться момента, когда они окажутся в тишине супружеской спальни. Но сейчас Джессика содрогалась от ужаса при одной этой мысли…

— Здесь я с тобой распрощаюсь, — сказал Рэндалл, когда достиг того места, где коридор разветвлялся. Как невесте графа, Джессике отвели покои вдали от личных апартаментов владельца замка. — Но, разумеется, как только поженимся, мы переберемся в супружеские апартаменты, что некогда принадлежали моим дедушке и бабушке, а потом — родителям.

Переберемся в супружеские апартаменты? То есть им предстоит спать в одной комнате? Джессика почувствовала, как сердце ее разом ухнуло куда-то в пятки.

Рэндалл же, словно прочитав ее мысли, поспешил успокоить невесту:

— Конечно, в создавшейся ситуации мы будем проводить ночь в разных спальнях. — Он пожал плечами. — Надеюсь, что наличие у супругов отдельных комнат никого не удивит и не породит ненужных слухов. Безусловно, — холодно добавил ее будущий супруг, — только ты и я будем знать, что двери между спальнями на ночь накрепко запираются, а не стоят открытыми настежь.

Сказав это, Рэндалл повернулся и зашагал прочь.

Джессика потрясенно смотрела ему вслед, вся во власти эмоций весьма противоречивых и бурных.

Заверения Рэндалла насчет отдельных спален должны были бы успокоить ее, а на самом-то деле задели за живое. Она почувствовала себя отвергнутой, ненужной, нежеланной — и это причинило ей неизъяснимую боль, заглушая все доводы рассудка…

* * *

Хотя день выдался на редкость утомительный, Джессика была слишком возбуждена, чтобы уснуть. Она переоделась, сменив вечернее платье на халат, и присела на край кровати, снова и снова проигрывая в голове происшедшее за вечер, лихорадочно изыскивая способ справиться с ситуацией и обрести желанную свободу.

А ситуация и впрямь опасная, убито признала Джессика. Инстинкт самосохранения и здравый смысл подсказывали: у нее есть полное право ненавидеть и презирать Рэндалла. А вот тело отказывалось признавать это право. Приходилось смириться с горькой истиной: физически ее по-прежнему неодолимо влечет к негодяю.

С “браком по расчету” на месяц-другой Джессика отлично бы справилась — стиснула зубы и вытерпела, — ведь речь идет о судьбе ее младшего брата. Но теперь ситуация невероятно усложнилась, приобрела нежелательный сексуальный подтекст. Сумеет ли она сохранить самообладание и не потерять головы?

Надо поговорить с Рэндаллом начистоту, решила Джессика. Надо сказать ему, что я передумала! Если нужно, я стану на коленях умолять его не вредить Джастину!

Часы показывали далеко за полночь, но она знала, что Рэндалл обычно засиживается в кабинете допоздна.

Она вышла из спальни и решительно зашагала по коридору. Дойдя до нужной двери, мгновение помедлила, вдохнула поглубже — и постучалась. Тишина. Джессика нахмурилась и постучала громче. А что, если его нет в замке? Что, если он решил доказать ей, что шотландские графы так просто не сдаются?..

9

Дверь резко распахнулась — и на пороге возник Рэндалл. Волосы его были влажными после душа — он, видимо, вышел на стук прямо из ванной. Крохотный ручеек струился от впадинки у основания шеи по широкой, поросшей шелковистыми завитками волос груди и впитывался в белое махровое полотенце, обмотанное вокруг бедер.

— Джесс!

— А ты кого ждал? Мадемуазель Бланш? — резче, чем собиралась, ответила Джессика в тщетной попытке скрыть свои чувства. И тут же испуганно охнула: Рэндалл сомкнул пальцы на ее запястье и рывком втащил в комнату.

— Мне нужно кое-что сказать тебе… — поспешно начала Джессика.

Словно не слыша ее, Рэндалл захлопнул дверь и повернул в замке ключ. С замирающим сердцем молодая женщина поняла, что оказалась в ловушке.

От Рэндалла пахло мылом, и свежестью, и мужчиной. И… и, к своему стыду, Джессика осознала, что, прикрыв глаза, жадно вдыхает насыщенный феромонами теплый воздух, окружающий его этаким сексуальным ореолом.

— Что? — саркастически осведомился он. — Неужели нельзя было подождать до утра?

— Нельзя, — буркнула Джессика, радуясь уже тому, что благодаря нарочитой грубости Рэндалла страх и паника в ее душе уступают место гневу.

17
{"b":"3353","o":1}