ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Слова Рэндалла, как и его взгляд, граничили с оскорблением, но Джессика непостижимым образом сдержала поток бранных слов, что так и рвались с языка.

И этим человеком она некогда восхищалась! Да что там восхищалась, поклонялась ему как кумиру, обожествляла его, едва ли ниц перед ним не падала… Что за горькая ирония судьбы?..

5

Тихо зашуршали отодвигаемые шторы — и комнату залил яркий утренний свет. Джессика тут же открыла глаза, хотя заснула каких-то пару часов назад. Большую часть ночи она беспокойно металась в постели, вся во власти душевных мук. В итоге сестринская любовь и стремление защитить младшего брата одержали верх над инстинктом самосохранения, и молодая женщина наконец задремала. Последней ее мыслью было, что она ни за что не допустит, чтобы Джастин стал жертвой дьявольской жестокости Рэндалла.

Горничная, раздвинувшая шторы, застыла на почтительном расстоянии от кровати.

— Меня зовут Хетти. Я буду вам прислуживать. Если вы предпочтете завтракать здесь, в спальне…

По-английски девушка говорила безупречно, разве что с легким шотландским акцентом. Рэндалл, еще не достигнув совершеннолетия, добился, чтобы в местных школах в обязательном порядке преподавали английский язык, а в придачу еще и английскую литературу, английскую историю и ряд сопутствующих предметов. Это стало возможным отчасти благодаря щедрым пожертвованиям графов Марри на нужды образования.

— Графство Марри не некий изолированный от всего света островок, — объяснял он властям. — Многие здешние жители, окончив школу, захотят посмотреть большой мир, возможно, получить высшее образование и высокооплачиваемую работу. Я хочу, чтобы перед ними открылись двери не только шотландских, но и английских университетов. Хочу, чтобы мои соплеменники чувствовали себя комфортно и за пределами графства.

Джессика вспомнила, в какой восторг пришла, когда отец в подробностях пересказал ей этот эпизод. Впрочем, в ту пору она безоговорочно восторгалась всем, что бы Рэндалл ни говорил или делал.

— Спасибо, Хетти. Что до завтрака… — начала Джессика, но тут дверь распахнулась и на пороге возник Рэндалл.

Горничная, трогательно зарумянившись, поспешно покинула спальню.

Джессика одарила вошедшего недружелюбным взглядом, ругая себя за то, что не взяла ночной сорочки или пижамы. Роскошный махровый халат, который она вчера обнаружила в ванной и, ложась спать, оставила на кресле рядом с кроватью, куда-то исчез — видимо, заботливая горничная убрала!

На Рэндалле, как ни странно, была белая футболка, спортивные штаны и кроссовки. Как если бы он только что поучаствовал в забеге на длинную дистанцию. Ну конечно, молодой граф Марри на ее памяти всегда придерживался здорового образа жизни! В замке был оборудован тренажерный зал и плавательный бассейн, а в Оксфорде Рэндалл играл в университетской команде по регби и не раз побеждал в соревнованиях по гребле.

При этом безупречной фигурой и железными мускулами наделила его матушка-природа. А значит, именно природа и несет ответственность за мое бедственное положение, мысленно усмехнулась Джессика, вспомнив, как подпала под неодолимое обаяние этого красавца и супермена!

В любой одежде, даже самой затрапезной, и в любых декорациях, даже самых невзрачных, Рэндалл будет выделяться из толпы, привлекать восхищенные женские взоры и играючи разбивать сердца!

Разумеется, в придачу к внешним данным на наивную семнадцатилетнюю простушку произвели неизгладимое впечатление аристократическая надменность Рэндалла, его неистребимое чувство превосходства, уверенность в себе… А как хорош он был в национальном костюме графов Марри! У Джессики просто дух захватывало.

Но дни, когда при одном только взгляде на Рэндалла Макаллена у нее замирало сердце и пересыхало в горле, канули в прошлое. Помнится, тогда он поддразнивал ее, предлагая примерить килт и воинские регалии…

Сейчас, впрочем, голос его звучал бесстрастно и резко. Дразнить ее Рэндалл явно не собирался.

— Сегодня в полдень будет объявлено о нашей помолвке и о дате свадьбы… Да, мой кузен Мюир приглашает нас отпраздновать событие в семейном кругу. Прессе сообщат, что, учитывая пылкость наших чувств после долгой разлуки, больше ждать мы не желаем, поэтому свадьба состоится в самое ближайшее время.

— Так ты и впрямь намерен продолжать этот фарс? — недоуменно осведомилась Джессика. — А я-то надеялась, что по зрелом размышлении ты поймешь…

Рэндалл шагнул к кровати, и молодая женщина смущенно притихла.

— А ты ни капельки не изменилась, верно, Джессика? По-прежнему любишь играть в опасные игры. Когда ты была подростком, я понимал, что тобою движет, но в толк взять не могу, чего ради ты “заводишь” меня сейчас. Разве что…

Джессика вспыхнула до корней волос. Действительно, в семнадцать лет она и впрямь пыталась пробудить в нем желание — по-детски неосознанно и наивно, — но упрекать ее в этом сейчас…

— Что ты за мерзавец, Рэндалл! — возмутилась она. — Циничный мерзавец!

И хотя он намеренно пропустил ее оскорбления мимо ушей, глаза его подозрительно вспыхнули.

— Надеюсь, у тебя есть что надеть. Эффектный деловой костюм, например, ведь я, как-никак, женюсь на преуспевающей бизнес-леди. А знаешь, Джессика, должен признаться, что я был немало удивлен, узнав, что университет ты окончила с блеском, учитывая образ жизни, который ты там вела. Ты явно унаследовала отцовские таланты, хотя статьи у тебя довольно… гмм… вызывающие… Нуда ты всегда была девушкой темпераментной.

— Нет, Рэндалл, — горько поправила она, — я была увлекающейся, глупой, наивной школьницей. Но, по счастью, у меня хватило здравого смысла осознать всю пустоту и бесперспективность наших отношений.

Интересно, откуда он столько всего про меня знает? — гадала Джессика. Наверное, отец рассказывал…

— Ты поосторожнее, — вкрадчиво предостерег Рэндалл. — А то я, чего доброго, поддамся искушению продемонстрировать тебе, что есть некие аспекты наших отношений, от которых даже ты…

— Ни за что! Никогда! — яростно запротестовала Джессика. — Да, я была непроходимой дурой… но очень быстро исцелилась от своих заблуждений.

— В объятиях и в постелях других мужчин, с которыми крутила романы в университете?

— Да как ты смеешь читать мне мораль? Ханжество какое! Между прочим, чуть ли не в каждом модном журнале печатаются статьи про твое очередное “увлечение” — фотомодели, актрисы, модные певички!

— Те, о ком ты говоришь так пренебрежительно, считают небезвыгодным вкладывать деньги в развитие местного региона. А “желтая пресса”, разумеется, каждый такой случай интерпретирует в своем любимом ключе. Надо же этим писакам состряпать пикантную сплетню-другую! Кроме того, это…

— Не мое дело? — вызывающе докончила Джессика. — Разумеется, не мое. Равно как и мое сексуальное прошлое никоим образом не касается тебя!

Ни за что на свете она не призналась бы, как жадно прочитывала глянцевые журналы от корки до корки, выискивая статьи, в красках описывающие красоту и обаяние рэндалловских подружек и его увлеченность очередной пассией. Зачем? Да чтобы укрепиться в мысли, какой негодяй этот Рэндалл и как повезло ей от него избавиться!

— Твое сексуальное прошлое меня и в самом деле нимало не касается, а вот настоящее и будущее — это как раз мое дело, Джессика. И предупреждаю тебя заранее…

— Ты предупреждаешь меня! По-твоему, ты вправе вытворять, что хочешь, в этом твоем опереточном графстве… — негодующе начала Джессика, резко садясь на кровати.

Одеяло поползло вниз, и молодой женщине стало уже не до гневных отповедей. Она попыталась подхватить его, но Рэндалл успел раньше. Он рывком сдернул одеяло и отшвырнул в сторону.

Под неотрывным взглядом серых глаз Джессика оцепенела, утратила способность двигаться и говорить. Щеки ее заполыхали точно маков цвет.

— Девочка, которую я помню, спала в ситцевой ночной рубашечке с изображением котят и бантиков. Только отъявленная распутница уляжется спать нагишом в чужом доме.

8
{"b":"3353","o":1}