ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Алхимия трав. Специи и травы на вашей кухне: от приправ до лекарства
Асфиксия
Всё та же я
Темный паладин
Чужая сила
Путешествие врача по Homo Sapiens
Венчанные огнем
Записки из подвала, или Дневник практичной женщины. Повести, рассказы, притчи
Во славу Отечества!
A
A

— Он меня не любит,-с горечью возразила она.-Он любит Хосефину.

— Вам нужно время, чтобы все спокойно обдумать,-стояла на своем графиня.-Как я поняла, вы хотите увидеться с адвокатом. Хорошо. Но сначала давайте вместе покатаемся по городу. Меня всегда успокаивает езда в машине. Может быть, вам это тоже поможет.

Как ни странно, но графиня оказалась права. Неторопливая поездка по живописным улицам действительно помогла Линн прийти в себя. Во всяком случае, до того момента, когда она увидела на улице мужчину, который со спины напоминал Хуана. Она совершенно забыла о том, что сегодня муж надел темный костюм. А мужчина был в светло-сером. Линн напряглась, глядя в окно с какой-то отчаянной жадностью. Когда они проехали мимо мужчины, оказалось, что тот совсем не похож на ее мужа. Ни капельки не похож.

К удивлению Линн, шофер подвез их к шикарному отелю.

— Сейчас мы зайдем в бар и выпьем чаю,-сказала графиня.-А потом вернемся домой и немножко отдохнем. После обеда, если вы не передумаете, я устрою вам встречу с адвокатом. Но все-таки я вам советую сначала поговорить с Хуаном.

Ну уж нет!-решила Линн. Больше она никому не позволит диктовать ей, что делать.

Но она все-таки послушно вышла из машины и направилась следом за свекровью в холл отеля, где ноги едва ли не по щиколотку утопали в мягком ворсе ковра.

— Нам сюда.

В роскошно, но со вкусом обставленном баре половина столиков уже была занята в основном женщинами в элегантных платьях, которые пили чай и мило беседовали. В углу за пианино сидела девушка и наигрывала приятную тихую мелодию.

Приветливая официантка провела их к столику, расположенному почти напротив открытых двойных дверей, что вели в холл. Линн с ее места была хорошо видна стойка регистрации, у которой как раз столпились мужчины в строгих деловых костюмах. Они все старались привлечь внимание девушки-портье, причем одновременно.

Официантка принесла им чай, сандвичи и аппетитные пирожные с кремом. Пока графиня разливала чай, Линн рассеянно наблюдала за тем, что происходит в холле.

Вдруг она вся напряглась. К стойке подошел Хуан. На этот раз это был именно он. Кто-то прошел мимо двери, на мгновение загородив Хуана от Линн. А когда она снова увидела мужа, внутри у нее все перевернулось. Рядом с ним стояла Хосефина, положив руку ему на плечо. Лучезарно улыбаясь, девушка-портье протянула им ключ, и Хосефина взяла его.

У Линн было такое чувство, как будто она сейчас умрет. Вернее, даже не так: ей хотелось умереть, чтобы не видеть, как Хуан под руку с Хосефиной направляется к лифту. Она не хотела на это смотреть и в то же время была , просто не в силах отвести взгляд.

Графиня заметила, как побледнела и напряглась ее спутница.

— Дорогая, что с вами?-Она обернулась через плечо и буквально подавилась словами, увидев, на что смотрит Линн.-Это еще ничего не значит,-быстро проговорила она.-Должно быть какое-то объяснение…

— Портье дала им ключ,-безо всякого выражения произнесла Линн. Она резко поднялась из-за стола, едва не опрокинув его. Глаза застилали слезы.-Мне надо уйти. Прошу прощения, но я не могу здесь оставаться…

К счастью, у Линн остались ключи от виллы, которые дал ей Хуан. Она вернулась в поместье на такси. И хотя прислуга была явно удивлена тем, что молодая хозяйка приехала так рано и без супруга, никто не сделал попытки остановить ее. когда она упаковала чемоданы и погрузила их в свою машину.

Пока Линн собиралась, ее терзал панический страх. Хуан мог вернуться любую минуту. Что, если он попытается не дать ей уехать? Что, если сыграет на влечении к нему и подчинит себе ее волю?

Ему это будет совсем не сложно. Стоит лишь прикоснуться к ней, и Линн растает. Она это знала. И это было хуже любой психологической пытки-сознавать, насколько она беспомощна перед ним. Несмотря на все то, что сказала Хосефина Линн, она по-прежнему любила и желала Хуана.

Она задавалась вопросом: что было бы, если бы в тот злополучный вечер графиня не вошла бы к ней в комнату и они с Хуаном занялись бы любовью? Хватило бы у нее сил уйти от него сейчас?

Но в тот вечер они не занимались любовью. Очень настойчиво, умело Хуан возбудил ее до такой степени, что она уже не могла думать ни о чем другом, кроме как отдаться ему. Он использовал ее жгучее неудовлетворенное желание, чтобы поработить разум и волю Линн…

Она завела двигатель, тронула машину с места и попыталась заставить себя сосредоточиться на дороге. Но не тут-то было. Мысли упрямо возвращались к увиденному в отеле. Может быть, в эту минуту Хуан и Хосефина еще вместе? Может, спят, утомленные страстью и насытившиеся друг другом? Интересно, а что бы сказал ей Хуан, когда вернулся? Какую мифическую деловую встречу придумал бы на сей раз? Или просто замкнулся бы в ледяном молчании, к которому Линн уже начала привыкать за последние дни?

Поначалу она даже находила какое-то извращенное удовольствие в том, что сказала мужу, будто Хосефина приходила поздравить их с бракосочетанием. Линн представляла себе, как он мучается, пытаясь решить, что именно произошло во время встречи двух соперниц. Но теперь она горько жалела, что не поговорила с мужем начистоту, когда у нее была такая возможность. Слезы застилали глаза, так что Линн пришлось даже остановить машину. Ей не стоило вообще приезжать сюда, в Испанию. Но если бы она не приехала, то никогда не узнала бы о том, как сильно папа ее любил. Зато ей не довелось бы изведать, что значит безумно полюбить человека, который расчетливо использует тебя в своих целях.

Линн собралась было вновь завести машину, как вспомнила о том, что сказала ей графиня. В словах свекрови была доля правды. Линн действительно искала поводы для того, чтобы не верить в любовь Хуана. Потому что в глубине души боялась ему доверять. Боялась боли, которую он может причинить, предав ее. Но в конце концов оказалось, что Линн была права в своих опасениях. Хуан действительно не любит ее.

Здравый смысл подсказывал, что надо было остаться в Мадриде. Но когда Линн увидела Хуана с Хосефиной, то испытала настолько сильное эмоциональное потрясение, что уже не могла мыслить здраво. Ей хотелось одного: убежать и спрятаться от всех. И прежде всего от Хуана. А вилла манила ее, точно яркий маяк в бесконечной тьме. Там, в доме, который достался Линн от папы, она обретет убежище… Или нет? Что, если Хуан приедет за ней? Вдруг он настолько одержим идеей заполучить виллу и землю, что способен… Способен на что? Принудить отдать ему виллу? Вряд ли. Хотя теперь ей придется писать адвокату вместо того, чтобы встретиться с ним лично. Линн уже ругала себя за глупость. Надо было остаться в Мадриде. Но она уезжала в расстроенных чувствах и была просто не в состоянии думать о каких-то делах.

Интересно, графиня расскажет сыну о том, что случилось? Не думай о нем. Не думай, твердила себе Линн. Если бы у нее была возможность вытравить этого человека из своего сердца и памяти, она бы не раздумывала ни секунды. Но к сожалению, такой возможности у нее не было. Она по-прежнему любила Хуана. Господи, как же ей было противно в этом признаваться даже себе самой. Что случилось с ее хвалеными хладнокровием и спокойствием? Куда подевалась способность защитить себя от любой боли? Когда Линн встретила Хуана, она стала совсем другой: ранимой, нервной. Линн не обманывала себя. Если бы Хуан сейчас оказался рядом, если бы обнял ее, прижал к себе, она не могла бы утверждать, что устоит. Пусть даже потом-она знала это-стала бы себя презирать и ненавидеть. И его она тоже будет ненавидеть. Она уже его ненавидит. Но все-таки ненависть была не настолько сильна, чтобы победить любовь…

Когда Линн подъехала к вилле, уже смеркалось. Физически она себя чувствовала совершенно разбитой-сказались все волнения дня. Линн прошла по дому, проверяя, надежно ли закрыты двери и ставни. Даже если Хуан приедет, он не сможет войти в дом. Линн понимала, что сейчас ей лучше всего лечь спать. Но она была слишком возбуждена, чтобы заснуть. В первый раз в жизни она пожалела о том, что не пользуется снотворным. Сейчас бы оно пришлось очень кстати. Но снотворного с собой не было. Вместо этого Линн решила принять горячую ванну и выпить молока. Однако это не помогло ей расслабиться. Стоило лишь закрыть глаза, как ее сразу же одолевали болезненные воспоминания. О Хуане. Как он ласкал ее в тот злополучный вечер когда графиня застала их в постели. О Хосефине. Каким презрением и злобой горели ее глаза. О графине, которая казалась вдруг постаревшей, как будто сломленной болью. И снова о Хуане. Как он смотрел на нее, обнаженную. Как искусно притворялся, что хочет ее… Именно это притворство было самым жестоким его предательством…

26
{"b":"3354","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Флористика
Поцелуй предателя
Игра (СИ)
Клинсмер
Долги тают на глазах
Навсегда с тобой
Российский крафт. Великая крафтовая революция
Искусство натурального сыроделия
Крушение