ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
45 татуировок продавана. Правила для тех, кто продает и управляет продажами
Тарас Бульба. Миргород (сборник)
Дар слова (сборник)
Бабий ветер
Сказки на ночь для юных бунтарок 2
Спорим, ты влюбишься?
Еврейская энциклопедия
Собибор. Взгляд по обе стороны колючей проволоки
Монсики. Что такое эмоции и как с ними дружить. Важная книга для занятий с детьми
A
A

— Я бы хотел, чтобы сегодня ты вернулась со мной в поместье,-продолжал Хуан, как будто не услышав ее замечания.-Нам нужно решить кое-какие дела, прежде… прежде чем я тебя отпущу.

Хуан поставил чашку на стол, и Линн показалось, что у него дрожат руки. Интересно, а если сейчас она подойдет к нему и станет ласкать, как он отреагирует? Линн уже убедилась, что физически привлекает его. Но этого ей было мало. Ей нужна его любовь… Погруженная в свои мысли, Линн не сразу поняла, что сказал ей Хуан. Он хочет ее отпустить? Куда отпустить? О чем он вообще говорит?

— Теперь я понял свою ошибку. Я не должен был торопить тебя с замужеством. Мне надо было подождать, пока ты привыкнешь ко мне, узнаешь меня лучше и научишься мне доверять. Просто я недооценил того пагубного влияния, которое оказала на тебя твоя бабушка, и переоценил… твои чувства ко мне.

— Но вчера вечером…

— Вчера вечером мы оба были слегка не в себе. Между нами столько всего произошло, и нам обоим нужна была разрядка. Но хороший секс-это еще не все. На нем не построишь семью. Во всяком случае, такую семью, которая мне нужна.

— Но мы же не можем развестись, — выдавила Линн.

— Почему? Более того, вчера вечером я как раз собирался обсудить с тобой возможность аннулировать наш брак, но…

Изумленная Линн уставилась на мужа. Как он может так спокойно говорить об этом? Да, еще накануне она сама хотела встретиться с адвокатом, чтобы обсудить условия развода. Но теперь поняла, что ей нужен этот мужчина и та предельная близость с ним, которую она испытала вчера, которую она могла бы испытать еще в самом начале их супружеской жизни, если бы ей достало мужества поверить в любимого.

Доверие к человеку-это не слабость, как Линн считала всегда. Это великое мужество, которое требует душевных сил. Она же смалодушничала. И теперь наказана по заслугам. Вот она, великая ирония судьбы! Выходит, Хосефина все-таки добилась своего-разрушила их брак.

Но Линн отказывалась верить, что все потеряно. Должен был быть какой-то выход. Да, нельзя повернуть время вспять. Нельзя вычеркнуть что-то из прожитой жизни. Но исправить ошибки, совершенные в прошлом, все-таки можно. Надо только подумать, как это сделать.

— Хуан, а если… а если у нас будет ребенок?

Лицо Хуана сделалось абсолютно непроницаемым, точно гипсовая маска.

— Меньше всего я хочу, чтобы мой ребенок пережил все то, что мне самому довелось испытать в детстве. Нельзя, чтобы дети росли в семье, где нет любви и тепла. Но ты, безусловно, всегда можешь рассчитывать на мою финансовую поддержку. Независимо от того, будет ребенок или нет.

Все это он произнес таким будничным равнодушным тоном, будто они обсуждали покупку нового дивана. У Линн заныло сердце. Хотелось сказать, что она его любит. Что он ей нужен. Но она не смогла выдавить из себя ни слова. У нее уже не было никакого права говорить ему о своих чувствах. Скорее всего, он просто ей не поверит. Да и нужны ли ему теперь ее чувства? Вчера он буквально сгорал от страсти. А сегодня был холоден и равнодушен, точно каменное изваяние.

— Оформление документов займет какое-то время. А пока я тебе предлагаю вернуться в поместье и жить там как раньше. Моя мама… Я попрошу ее оставаться в Мадриде, пока все не закончится.

— А сколько времени…-У Линн вдруг пересохло во рту.

Что-то странное промелькнуло в глазах Хуана. Ярость? Боль?

— Не больше, чем необходимо, — сухо проговорил он.

— Хуан…

— Нет, Линн. Я не хочу ни о чем говорить,

Я тебя очень подвел. Я создал себе воображаемый мир и едва ли не силой затащил в него тебя, не имея на то права.

— А теперь, когда оказалось, что я не та девушка из мечты, которую рисовал мой отец, ты понял, что я тебе не нужна,-с горечью проговорила Линн, вложив в слова всю свою боль. Но Хуан лишь молча взглянул на нее и вышел из спальни, тихо прикрыв за собой дверь.

Если Линн считала себя несчастной в первую неделю замужества, то во вторую она узнала, что несчастье может быть беспредельным. Хуан держался холодно и отстраненно, так что Линн боялась лишний раз с ним заговорить. Почти все время он проводил в кабинете и не выходил даже к обеду и ужину. Линн не знала, что делать. Ее разрывали самые противоречивые побуждения. Например, пойти к мужу и попробовать поговорить с ним, постараться все исправить. Или уехать подальше отсюда, потому что жить так дальше было невыносимо. Боль, которая терзала ее теперь, была не в пример сильнее той, что причиняла ей ревность к Хосефине.

И горше всего было осознавать, что она виновата во всем сама. Что сама, своими руками, разрушила свое счастье…

В конце недели Хуан сказал ей, что в поместье приедет адвокат.

— Он прибудет сегодня ближе к вечеру. Но мне обязательно надо быть на заседании ассоциации виноделов. Может быть, сделаешь мне одолжение и займешь его, если я не успею вернуться вовремя?

Встретить человека, который подскажет, как лучше аннулировать их брак! Не слишком ли многого он у нее просит?! Но Линн лишь вымученно улыбнулась мужу и согласно кивнула. В последнее время она уже свыклась с болью, так что бездушная холодность Хуана уже перестала ее задевать.

Сеньор Фолгейра приехал в четыре часа. Линн пригласила его в гостиную и предложила прохладительные напитки. Она видела, с каким беспокойством поглядывает на нее адвокат. Да уж, сейчас она вряд ли похожа на цветущую молодую женщину, безмерно счастливую в замужестве. Интересно, а Хуан сообщил, зачем он его пригласил? Впрочем, какая разница? Все равно Хуан сейчас придет и все ему скажет. Но сначала Линн решит один важный вопрос. Она заявила, что хочет отдать виллу и землю в полное владение Хуану.

— Прекрасно,-заметил адвокат.-Хоть малая часть побережья Андалусии не достанется алчным дельцам из Мадрида, которые только и думают о своей выгоде.

При упоминании об алчных дельцах Линн нахмурилась.

— Насколько я знаю, мой отец не собирался продавать принадлежащую ему землю под новое строительство.

— И ваш отец и Хуан. Они оба хотели сохранить этот уголок побережья в первозданном виде. Ваш отец намеревался разбить там виноградники. Такие же, как у Хуана в поместье. Но умер, не воплотив планы в жизнь. Когда он составлял завещание, то хотел оставлять виллу и землю Хуану. Но тот предложил завещать ее вам.

Адвокат подтвердил то, о чем Линн уже догадывалась. Но, по иронии судьбы, подтвердил слишком поздно. И ей некого было в этом винить, кроме себя самой. Если бы она тогда не пошла на поводу у Хосефины, если бы нашла в себе мужество поверить Хуану, когда он говорил, что любит ее… А теперь уже поздно.

Желание Линн передать виллу мужу адвокат принял как должное. Он только предупредил, что подготовка необходимых документов займет какое-то время, но все будет готово к концу следующей недели. Из дальнейшего разговора с сеньором Фолгейрой Линн поняла, что адвокат пребывает в полной уверенности, что Хуан пригласил его, чтобы обсудить некоторые вопросы касательно поместья и покупки земель, прилегающих к виноградникам. Лини не стала его разубеждать.

Вскоре вернулся Хуан, и она оставила мужчин одних. Поднявшись к себе, чтобы привести себя в порядок к ужину, Линн вымыла голову и собралась высушить волосы феном. Но тут увидела в зеркале, как дверь открылась и в комнату вошел Хуан. Сердце ее забилось так, что, казалось, сейчас выскочит из груди. Хуан был хмурым. Жесткие складки вокруг рта стали глубже. И вообще выглядел он неважно. Как будто в последнее время мучился бессонницей. И он, кажется, похудел. Странно, подумала Линн, почему же она раньше этого не замечала? .

— Сеньор Фолгейра сказал, что ты собираешься переписать виллу на меня. Не объяснишь мне, что все это значит?

Линн отвела взгляд, чтобы невольно не выдать свою боль.

— Так будет лучше, Хуан… Расстанемся по-хорошему.

— То есть так, чтобы тебе ничто уже не напоминало обо мне… о нашем браке.-В его холодном и жестком голосе сквозила такая ярость, что Линн пробрала дрожь.-А если ты забеременела… От моего ребенка ты тоже избавишься?

31
{"b":"3354","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Жена из другого мира
Хорги
Капля памяти
Ангел без головы
Смерть Первого Мстителя
Я слежу за тобой
Язык шипов
Виртуальная история: альтернативы и предположения
Свобода