ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Ну, – подхватывает Ким, – это ненадолго.

– Пожалуй.

Ким с неохотой передает саквояж, в котором содержится его чумной плащ, сандалии, нож и ножны – как они и договаривались с Тони, хотя об этом Ким уже сожалеет. Он встает и уходит, ощущая на плечах тяжелый груз потерь и утрат… в его кармане лежит клочок бумаги… отель «Императрица», Лилли-роуд, 23, неподалеку от станции метро «Глостер-роуд», номер забронирован на имя Джерома Уэнтуорта… забронирован, но не оплачен. Ким обнаруживает, что у него осталось всего десять фунтов, как раз хватит, чтобы купить дешевый чемодан и кое-какие туалетные принадлежности. … Нет, у аптекаря нет бритвенного набора, но он нехотя продает Киму бритву, мыло для бритья, зубные щетку и пасту.

– Больше ничего не желаете, сэр?

(Джентльмены не покупают бритвенные наборы.) Отель «Императрица» расположен в пришедшем в упадок районе, где в лавках продают заливное из угрей и кровяную колбасу.

Женщина материнского вида встречает его на пороге.

– Ах да, мистер Уэнтуорт… джентльмен забронировал для вас номер и оставил вот этот пакет. Мы берем за ночь с завтраком фунт, за неделю – пять. Завтрак с семи до девяти тридцати, по воскресеньям – с семи до десяти. Мы предпочитаем, чтобы платили вперед.

Ким дает ей пятифунтовую бумажку. У него ничего не осталось, кроме мелочи.

– Вот ваш ключ, мистер Уэнтуорт. Номер двадцать девятый, окна во двор.

Комната маленькая, но постель удобная. Из окна виден двор с деревьями и бельевыми веревками. Имеется газовая плита – платить надо, бросая в щель монеты. Ким открывает пакет – в нем паспорт на имя Джерома Уэнтуорта, студента, и рекомендательное письмо к профессору Гэлбрайту из Британского музея, в котором указано, что профессор защитил докторскую по египтологии при Чикагском университете. Еще там лежит пятнадцать фунтов банкнотами. Это, как он понимает, его недельное жалованье за вычетом платы за номер.

Ким чувствует себя словно забытый всеми агент с какой-то далекой планеты, на связь с которым уже не выходили много световых лет.

Он собирается с силами, для того чтобы предпринять обход окрестностей. Он чувствует себя неуклюжим, уязвимым, вызывающим подозрения. На углу он чуть не сбивает с ног женщину.

– Надо смотреть, куда идешь! – рявкает та.

– Сэр, вы следующий? – нетерпеливо спрашивает клерк.

Синдром острой оружейной недостаточности.

Позже он научится избегать тех мест, где с ним обходятся непочтительно, и найдет достаточное количество безопасных мест для того, чтобы жизнь стала сносной… не более, чем сносной… смена управляющих или персонала… Ким попал в немилость в пабе «Принц Уэльский». Он замечает, что хорошие места могут стать плохими, но вот плохое место не становится хорошим ни при каких обстоятельствах.

Ким выработал распорядок дня. Каждое утро после завтрака в отеле он отправляется в музеи и изучает там египетские тексты, делая заметки. Профессор Гэлбрайт оказал ему некоторую поддержку, и у Кима теперь в распоряжении имеется крохотный кабинет. После обеда в кафетерии музея он возвращается в «Императрицу» и перепечатывает свои заметки на машинке, попутно расширяя их.

Каждую неделю он получает по почте двадцать фунтов. Он всегда платит вперед.

– Как ваша спина поживает, миссис Харди?

– Ах, сэр, я бы попросила у вас еще одну таблеточку от боли…

– Разумеется, миссис Харди… Вот вам еще две, храните их в пузырьке на всякий случай…

Настоящий джентльмен во всех отношениях.

Египетский пантеон богов живописен… демон с задними лапами гиппопотама, передними лапами льва и головой крокодила… прекрасная женщина с головой скорпиона… свиноподобный демон, который ходит на задних лапах, хватает осквернителей могил и выдавливает из них говно, а потом запихивает его им в ноздри и рот, пока осквернители не задохнутся.

Вся эта вонючая свора одновременно абсолютно анархична и пронизана бюрократией… Управление по Контролю за Бессмертием и его жуткие демоны-полицейские… Венерианская рать.

Большинство схем бессмертия носят прямо или косвенно вампирический характер, поэтому Ким высказывает предположение, что египетская модель не является исключением из правила, хотя ни один египтолог никогда не приходил к подобным выводам. Отмахнувшись от тайны мумий и легенды о Западных Землях как от примитивных суеверий, они никогда не задавались вопросом, могла ли подобная система работать или нет. Все дело было в крови феллахов. Вампиры, как и обитатели Западных Земель, наслаждались относительным бессмертием… Их можно было уничтожить при помощи огня или расчленения или же худшего из всех взрывов. Словно мумии, и тут-то и скрывалась разгадка, – вампиризм, жестокий и беспощадный. Западные Земли питались и зиждились на энергии феллахов, и поэтому их нехватка представляла для благополучия станции дополнительную угрозу.

«Опять неурожай. Будут голодать миллионы». «Ах, милый, голодные люди такие неаппетитные». «Из них много не насосешь…» «От немощи их пользы нам не будет». «К тому же ужасная моровая язва поразила наши стада…»

«И варвары, опустошающие все на своем пути, вторглись с севера…»

Мертвые крестьяне, пылающие хижины… древний лик Войны, отныне и до скончания веков…

Зачем требовалось сохранять именно физическое тело? Посмотрите на него. Это – космическая капсула, которая вмещает ровно одного человека. И не существует двух совершенно одинаковых. Отпечатки пальцев не повторяются. Звучание голоса не повторяется. Форма полового члена не повторяется. (Им никогда не приходило в голову выделить эти факторы в чистом виде? Нет, для этого у них тогда не было необходимой технологии. У нас теперь она имеется.) Таким образом, каждое отдельное тело сшито по мерке своего Ка. И оно нуждается в строго определенном фильтре, чтобы высасывать энергию из других тел. И в строго определенном различии. Вы, быдло-феллахи, там. А мы, бессмертные, здесь. Нужда паразита будет стремиться увековечить это различие, иначе он будет поглощен своим носителем и утратит единственные ценности, которыми паразит обладает, – Свою идентичность. Свое имя. Поэтому тело приходится сохранять, ибо оно содержит сущность имени и те самые различия, которые позволяют ему высасывать жизнь из других, тот самый специализированный фильтр, от которого всецело зависит продолжение существования Ка в Западных Землях.

Вампиры нуждаются в жертвах. Жертвы нуждаются в вампирах не больше, чем в злокачественном малокровии. Чтобы вампиры оставались незамеченными, и их число не должно быть большим. Допустим, мы высасываем по несколько кубических сантиметров в день, скажем, от пяти тысяч феллахов. Да они даже ничего не заметят.

Западные Земли – это вампирский мираж, вещественность которому придает кровь феллахов.

Почему же возникла столь неприглядная, шаткая и опасная система? Да потому, что она действует! Западные Земли стали реальностью. Ким постепенно начинает понимать, как подобная система может быть воссоздана в Англии или в любом другом месте.

Королева – это главный фильтр, такой же, как некогда фараоны. И бессмертие дается каждому вампиру только на строго определенных условиях. Как в клубе с хорошей репутацией.

О да, со времен Египта мы ушли далеко. Им приходилось возиться с настоящими мумиями в натуральную величину. Мы же ограничиваем свое присутствие в этом мире крошечными вирусными частицами, которые сосут кровь ничуть не хуже любой мумии, потому что обладают всей полнотой генетической информации.

Роль же мумий играют крайние консерваторы…

– А как же космос?

– Мы никогда не позволим никому покинуть пределы этой планеты… Некоторые вещи просто должны оставаться неизменными, иначе МЫ ПРОЕБЕМ ВСЕ, ЧТО У НАС ЕСТЬ…

Время от времени тебе делают намеки. Ким понимает, что он мог бы даже оказаться одним из этих избранных…

– Понимаете, Западные Земли не столь уж вместительны… место, конечно, еще имеется, но… если вы только начнете вести себя разумно…

38
{"b":"3361","o":1}