ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Из темноты появился Билли.

— О, Билли, это ты?! — обрадовалась Диана. — Пожалуйста, поймай для меня Капитана и оседлай его.

— Вы же не собираетесь ехать одна на ночь глядя? — спросил он ее.

— Я должна ехать в город, Билли, а Хол забыл попросить кого-нибудь поехать со мной, — объяснила она.

— Понятно. Тогда я сам поеду с вами. Сейчас я оседлаю лошадь! — И Билли умчался. Через десять минут оба были в седлах и скорой рысью направлялись к городу.

— Я не понимаю, как Хол мог отпустить всех людей одновременно, — сказала Диана задумчиво. — Так никто никогда не делает — это небезопасно.

— Бык никогда не делал так, — сказал Билли. — Бык был классным бригадиром.

— Тебе нравится Бык? — спросила она.

— Еще бы! — решительно заявил Билли. — А вам?

— Мне нравятся все наши парни, — сдержанно ответила она.

— Бык бы никогда не оставил вас здесь на ночь одну. Он вас страшно высоко ценит, мисс, — лишь благодаря ночному мраку Билли осмелился говорить столь свободно. Тьма скрывала досадную неловкость, которую он мог ощутить, зайдя так далеко. Но та же тьма скрыла и краску, залившую щеки Дианы — краску раскаяния за те подозрения, которые она питала по отношению к Быку.

Еще до того, как достигнуть Хендерсвиля, они поняли, что в городе творится что-то странное. До них донесся глухой шум возбужденных людских голосов, из которого выделялись редкие одиночные выкрики. Когда они въехали на единственную улицу городка, то увидели сотни фигур, волнующихся перед салуном Хэма. Какой-то человек, взобравшись на веранду, выступал перед толпой.

— С этим делом пора кончать! — кричал человек, в то время как Диана и Билли остановились у края толпы. — Пришло время положить конец бесчинствам! Все вы так же хорошо, как я, знаете, кто это делает! Все, что мы должны сделать сейчас, — это поехать и взять его. Он сейчас в Тополином каньоне — у нас под рукой, а веревок в стране ковбоев пока достаточно. Кто со мной? — На его призыв откликнулось два десятка голосов, полных свирепой решимости. — Так седлайте своих мустангов, друзья! Поедем и схватим его!

Диана узнала в ораторе Хола Колби. Она обратилась к какому-то человеку, который остался стоять на месте, в то время как большинство ринулось седлать своих коней.

— О чем он говорит? — спросила она. — Что случилось?

Человек взглянул на нее и, узнав хозяйку прииска, смущенно снял шляпу.

— Ах, это вы, мисс Хендерс! Видите ли, сегодня днем снова ограбили дилижанс, и Мак Гербер был убит. Это был его первый рейс после того, как его ранили в тот раз. И первый рейс после того, как Бык ушел с должности курьера. Вот многие и вбили себе в головы, что это сделал именно Бык.

— Это не так! — закричал маленький старый человек, стоявший неподалеку. — Это не Бык! — Диана узнала в говорящем Дикого Кота Боба.

— Я тоже так не думаю, — сказал первый человек. — Но дела его плохи. Парни на взводе. Любой в этой толпе готов свою бабушку линчевать, если примет лишнего. А выпили они порядочно — Хэм пару часов бесплатно поил их в своем заведении. Никогда я не видел от него такой щедрости.

— Он хочет, чтобы кто-то другой вместо него ехал за Черным Койотом, — сказал Дикий Кот Боб. — Иначе не расплескивал бы так чертовски щедро свое вонючее пойло! У него-то самого никогда не хватит смелости, выхлебай он даже целый винокуренный завод!

— Вы думаете, они действительно намерены линчевать Быка? — переспросила девушка.

— Не может быть двух мнений, мисс, — отозвался мужчина, с которым она заговорила вначале. — Они собираются сделать это, и думаю, что сделают. Вы же видите, как они сердиты. Мак попытался отстреливаться, и Черный Койот продырявил его ровнехонько между глаз. Потом он взял золото, отвязал и отпустил лошадей — и исчез. Вот почему мы узнали об этом только что — им не на чем было доехать до города, и они шли пешком.

Толпа мстителей к этому моменту уже собралась. Они ехали, покачиваясь в седлах, с дикими выкриками. Будучи трезв, ни один из них никогда даже не подумал бы ехать ловить экс-бригадира «Заставы Y» — однако в пьяном виде они забыли о своем страхе перед ним. Диана поняла, что они вполне способны выполнить свой план.

Они ехали линчевать Быка! Это казалось неправдоподобным, немыслимым. Но с другой стороны — могла ли она осуждать их? Даже зная его достаточно хорошо, она все же отчасти допускала, что слухи о его вине справедливы. А это было еще до последнего, сегодняшнего злодеяния. Этот возмутительный акт насилия, казалось бы, уничтожил последние сомнения в преступности Быка — за те шесть недель, которые он охранял золото, никаких ограблений не было, но в первый же день, когда дилижанс выехал после его увольнения с должности, зверства возобновились.

Она стала припоминать различные факты, компрометирующие его. Например, то, что в день одного из ограблений его видели вместе с Грегорио. Она вспомнила кровь на его рубашке, которую заметила в день, когда Мэри Донован стреляла в бандитов. Она подумала и о мешочке с золотым песком, который он показал в спальном корпусе во время игры в карты. Пожалуй, не оставалось никаких путей избежать веры в его вину.

Орущие мстители кружили вокруг заведения Хэма, богохульствовали, палили из ружей и револьверов. Вдруг на веранде появился сам шериф и поднял руку, призывая к вниманию.

— Я представляю закон! — возгласил он. — И по закону я не могу позволить вам линчевать кого бы то ни было. Но как хозяин этого заведения я могу пригласить — и приглашаю вас всех — выпить перед отъездом.

Последовали всеобщие крики одобрения и давка у ограды. Те, кто не мог пробиться, пускали своих лошадей прямо в салун. Когда последний из них исчез, Диана, потерявшая Билли в давке и всеобщем возбуждении последних пяти минут, повернула коня и поскакала в том направлении, откуда прибыла.

Однако миновав последние дома, она внезапно повернула налево, хотя ранчо «Застава Y» находилось справа. Пустив Капитана рысью, она поскакала через темноту на запад. Через некоторое время она выехала на хорошо различимую тропу. Подгоняя Капитана словами и уколами шпор, всадница заставила его мчаться галопом. Выносливое животное стремительно неслось сквозь ночную тьму, а сердце его хозяйки билось в такт стуку его неподкованных копыт.

Что она делала? Не обезумела ли она? Дюжину раз Диана Хендерс повторяла эти риторические вопросы. Но в ответ лишь единственная фраза, совершенно против ее воли, билась в ее воспаленном мозгу. Она монотонно повторялась, служа как бы аккомпанементом к стуку копыт Капитана:

«Я не дам убить его! Я не дам убить его! Я не дам убить его!»

То и дело до нее доносились звуки, издаваемые толпой мстителей. Она понимала, впрочем, что достаточно сильно оторвалась от них на старте, а потому имела все шансы опередить их, даже если бы ее конь не был столь быстр. В эту ночь Капитан за полчаса прошел десять миль от Хендерсвиля до Западного ранчо.

Диана спешилась у ворот и протиснулась сквозь брусья ограды, оставив усталого коня лежать с вытянутыми ногами и головой, уткнувшейся в землю. Она сознавала, что ему понадобится некоторое время, чтобы восстановить силы. Девушка поспешила к темному домику и заколотила в дверь.

— Бык! — закричала она. — Бык!

Но никакого ответа не последовало. Диана открыла дверь, вошла и, пошарив в темноте, обнаружила стол, а на нем — спички. Она зажгла одну — однокомнатная лачуга была пуста. Ее скачка не имела смысла! Быка не было. Но мстители могли залечь в кустах и сколько угодно ждать его возвращения, а затем хладнокровно пристрелить. Теперь у него не оставалось никаких шансов. Если б она только знала, в какую сторону он уехал, то направилась бы ему навстречу, чтобы предупредить. Но, к несчастью, она не знала.

Стоп! Оставался еще один шанс! Если Бык — это Черный Койот, то он, несомненно, должен появиться с севера или северо-востока. Именно в этом направлении располагался Чертов каньон, место действия его многочисленных ограблений.

Но ведь Бык — не Черный Койот… он не мог быть им… из всех людей в мире Бык менее всего был способен ограбить ее или убить ее курьера.

34
{"b":"3363","o":1}