ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

t-лучи распространяются точно по прямой, в диаметре они не толще карандаша. Два залпа, которые я сделал, убедили меня в том, что это было исключительно точное оружие. Конечно, покачивание на ухабах во время маневров кораблей делали каждое попадание случайным. Но как бы не качало корабль, существуют моменты, когда он неподвижен. Как раз тогда я и сделал свои два залпа. Мне захотелось попробовать еще и я стал целиться в дуло вражеской пушки. Если мне удасться попасть в эту крошечную цель, то пушка будет выведена из строя. Целиться в такую маленькую цель было довольно утомительно. Я сделал дюжину безрезультатных выстрелов, пока наконец два корабля замерли на доли секунды. Когда я нажал на кнопку, мой прицел был направлен точно на дуло вражеской пушки. Я видел как она задрожала, когда через нее проходили t-лучи. Я был уверен, что попал и пушка больше не будет стрелять.

На неприятельском мостике теперь действовала лишь одна пушка. Двое из ее комендоров лежали мертвые рядом со щитом. Я был уверен, что ею управлял один человек. Поэтому я был уверен, что уцелевший комендор или комендоры уничтоженной пушки попытаются добежать до оставшейся пушки, чтобы пополнить ее расчет. Поэтому я направил прицел на пространство между двумя пушками и стал ждать. Действительно, оба комендора бросились бежать к ней и я уничтожил их обоих.

В поисках новых побед я повернул свой перископ на другие части вражеского линкора. Он был сильно поврежден, но большинство его пушек продолжали стрелять. В нижней части корпуса я заметил точку, в которой разорвался химический снаряд. Там должно быть находился кожух, защищавший зубчатую передачу двигателя. Я направил свою пушку на эту точку и нажал на кнопку. Из-за движения кораблей было невозможно удерживать цель постоянно, поэтому я особенно обрадовался, когда в броне кожуха появилась дыра. Я продолжал бить в эту точку до тех пор, пока дыра достигла размеров человеческой головы, обнажив огромную металлическую гусеницу, которая приводила это чудовище в движение. Гусеница двигалась с такой скоростью, что t-лучи покрыли ее значительную поверхность. Результаты моего обстрела сказались не сразу, но вскоре я заметил, что гусеницы стали заминаться и трещать под огромными колесами. В этот же момент линкор рванулся в нашу сторону, так как колеса с его левого борта оказались блокированными. Гусеница с правого борта продолжала двигаться. Мы едва успели уклониться, чтобы избежать столкновения. Потом, когда вражеский корабль остановился, мы оставили его на съедение эсминцам и катерам-разведчикам, которые окружили его как шакалы или гиены.

В первый раз за время моего участия в сражении у меня появилась возможность оглядеться вокруг. Я заметил, что вражеский флот отступал полным ходом. Крейсера и эсминцы преследовали его. За кормой вся равнина была усеяна поврежденными кораблями обеих сторон. На земле шли рукопашные схватки, так как фалзанцы хотели захватить пленников.

Опускалась ночь и флагманский корабль подавал сигналы флоту вернуться в боевой порядок. На мой взгляд сражение было закончено. Осматривая мостик я понял, почему офицер предложил мне спуститься вниз. В живых остались лишь он, я и два комендора. Пока я смотрел на это побоище, он подошел и заговорил со мной.

— Ты хорошо стрелял, — сказал он.

— Не так, как панганский шпион, правда? — сказал я, улыбаясь.

— Нет, но и не так как человек, который никогда не видел лантара, — сказал он.

— Я видел другие корабли и сражался на них, но они плавали по океану, а не по земле.

— Завтра будет намного больше стрельбы, — заметил он. — К утру мы должны добраться до Хора и тогда начнется настоящее сражение.

— Из-за чего идет эта война? — спросил я.

— Из-за пастбищ для наших стад, — ответил он.

— Панга претендует на все пастбища. Мы воюем уже десять лет и пока мы воевали, люди из Хангора увели почти все их стада, а люди Малтора украли почти все наши.

— Выигрывал ли кто-нибудь решающие сражения? — спросил я.

— Наш флот всегда побеждал ихний, — отвечал он. — Но пока что нам не удавалось взять их город Хор. Битва за Хор будет решающей в этой войне.

— И что дальше? — спросил я.

Он пожал плечами.

— Я знаю не лучше тебя, — сказал он, — но возможно, что мы начнем войну с Малтором, чтобы вернуть наши украденные стада.

После сражения к нам подошли два санитарных корабля и один транспортный. Большая часть ночи была посвящена ремонту и для сна времени почти не осталось.

Когда наступило утро я увидел две очень странных машины, подошедших к нам ночью. У этих громадных чудовищ была очень толстая броня, а нос имел коническую форму с вершиной, отстоящей от земли на пятнадцать футов. Каждый из кораблей был вооружен четырьмя тяжелыми пушками, направленными вперед. Располагались они как раз позади конуса. Дула этих пушек были защищены броней конуса, а сами пушки были спрятаны внутри корпуса корабля. Пушки находились сверху, снизу и по бокам носа. Более легкие t-лучевые пушки, защищавшие борта и корму, были утоплены в амбразурах. Корпусы имели цилиндрическую форму и эти корабли напоминали гигантскую торпеду. Я недоумевал по поводу их назначения, так как было очевидно, что их маневренность была очень низкой.

С рассветом мы отправились в путь и вскоре после этого Данлот послал за мной.

— Мне доложили о вашем поведении во время вчерашнего боя, — сказал он. — Ваши действия заслушивают всяческих похвал и я хотел бы чем-то отблагодарить Вас.

— Вы можете сделать это, — отвечал я, — позволив мне воссоединиться с моей женой.

— Это был следующий вопрос, о котором я хотел бы поговорить с Вами, — сказал он. — Ваша жена исчезла.

— Исчезла! — воскликнул я. — Что вы имеете в виду? Она не была убита во время вчерашнего боя?

— Нет, — ответил он. — Тело Вантора было найдено в его каюте. Он был поражен в сердце, а когда стали искать вашу жену, ее на корабле не оказалось.

46

Дуари исчезла! И теперь она одна посреди незнакомой земли.

— Вы должны отпустить меня, чтобы я нашел ее, — сказал я.

Данлот покачал головой.

— Вы ничего не сделаете, — сказал он. — Я послал на ее поиски два разведывательных лантара.

— Вы очень добры, — сказал я.

Он удивленно посмотрел на меня.

— Вы кажется не поняли, — сказал он. — Ваша жена убила одного из моих офицеров. По крайней мере, есть основания для привлечения ее к суду.

Я испугался.

— Вы не можете так поступить! — воскликнул я. — Совершенно очевидно, почему она это сделала. Очевидно, он заслужил быть убитым.

— Мы не так смотрим на эти вещи, — ответил Данлот.

— Вантор был хорошим офицером, с многолетним стажем. Он представлял большую ценность для Фалзы, намного большую, чем сорок женщин. А теперь, — сказал он, как будто инцидент для меня был исчерпан, — что я могу сделать, чтобы показать свою признательность за Ваше поведение во вчерашнем бою?

Я собрал всю свою волю, чтобы не рассказать ему как я отношусь к его справедливости и его оценке Дуари. Если я хотел чем-то ей помочь, я не должен был ссориться с ним, а кроме того, в моей голове зарождалась смутная идея.

— Эро Шан и я хотели бы помогать экипажу одного из этих разведывательных кораблей, — сказал я. — У них поле деятельности гораздо шире, чем у других кораблей.

Он посмотрел на меня, прежде чем ответить. Затем он сказал:

— Вам нравится сражаться, не правда ли?

— Если есть за что, — ответил я.

— За что вы будете воевать здесь? — спросил он. — Вы не гражданин Фалзы и ничего не имеете против панганов, так как еще вчера вы ничего не слышали о них.

— Я хотел бы завоевать какое-то доверие и благодарность Фалзы, — ответил я. — Это может смягчить приговор, когда моя жена предстанет перед судом.

— В Вашей стране женщины, должно быть пользуются большим уважением, — сказал он.

— Именно так, — ответил я, — Огромным уважением. Честь женщины там дороже жизней сорока Ванторов.

42
{"b":"3364","o":1}