ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Я сделал все что мог, — послышался голос, который Барни мгновенно узнал, ибо это говорил Менк. — Я дважды рисковал своей шеей, чтобы покончить с ним, и ушел, лишь когда он опознал меня.

— Что ж, очень плохо, — вздохнул Целлерндорф. — Хотя… в этом есть и некоторые преимущества, ибо теперь мы имеем второе пугало для Леопольда. До тех пор, пока этот американец жив, всегда существует вероятность, что он вернется и начнет претендовать на королевский трон. Тот факт, что его мать — принцесса Рубинрот, значительно облегчает фон дер Танну задачу возвести его на трон без сильного противодействия. А если он еще и женится на дочери старого принца, легко допустить, что тот обеими руками будет за коронацию Кастера. В любом случае нам не составит особого труда убедить Леопольда в возможности такого развития событий. Сейчас Леопольд почти уверен, что его единственная надежда на спасение — в укреплении дружеских отношений с самыми могущественными врагами фон дер Танна, из которых вы трое занимаете исключительно приоритетное положение. Кроме того, Леопольд считает, что его спасет только поддержка Австрии. А теперь, джентльмены, — продолжил он после паузы, — желаю вам доброй ночи. Я передал принцу Питеру необходимые пропуска для безопасного перехода через нашу линию фронта, и завтра вы, если пожелаете, уже будете в Бленце.

2

ПРИГОВОРЕННЫЙ К СМЕРТИ

Некоторое время Барни лежал в темноте, обдумывая все, что услышал сквозь тонкую перегородку, отделяющую его от троих, которые ждали любой возможности уничтожить его. Но Барни боялся не столько за себя, сколько за дочь фон дер Танна. Какие беды могут обрушиться на их дом, если эти три мерзавца попытаются завладеть Лутой и сбить с толку слабого и трусливого короля?

Если б только он мог передать свои сведения фон дер Танну, а через него королю, до прибытия заговорщиков в Луту! Но возможно ли это? Граф Целлерндорф упоминал военные пропуска, необходимые для прохода через австрийскую линию фронта.

Аккредитация Барни была совершенно бесполезна даже внутри военных позиций австрийцев. На то, что его пропустят через линию фронта, Барни не мог даже надеяться. У него оставалось два варианта: первый — пересечь границу и попасть в Луту, второй, совершенно невероятный, — помешать попасть в Луту Питеру Бленцу, фон Кобличу и Менку. Неужели ему это удастся?

И тут в голову Барни пришла блестящая идея. Он мгновенно спрыгнул с кровати, оделся и осторожно вышел в холл.

Справа от своей двери Барни увидел еще одну, за которой и таились трое заговорщиков. Барни надеялся, что сейчас они спят. Он прижал ухо к замочной скважине и прислушался, но изнутри не доносилось ни звука, кроме равномерного дыхания. Прошло не меньше получаса с момента, когда американец подслушал разговор. Взгляд в замочную скважину показал, что света внутри нет. Барни осторожно повернул дверную ручку. Может быть, они заперлись изнутри? Нет, дверь беззвучно отворилась. Тогда Барни тихонько нажал, и дверь открылась полностью.

Оказавшись внутри, Барни огляделся и увидел две кровати, большую и поменьше. Питер Бленц, вероятно, спал на меньшей кровати, а его подручные — на большой. Барни приблизился к спавшему отдельно и ощупал одежду на прикроватной тумбочке, надеясь найти в нагрудном кармане военный пропуск, который позволит безопасно пройти из Австро-Венгрии в Луту. В ногах кровати Барни нашел плащ, прощупал и его — и наконец нашел то, что искал. Во внутреннем кармане плаща его пальцы наткнулись на сложенные документы, которые тут же были извлечены на свет.

Пока что ему удавалось действовать бесшумно, никто из спящих не шевельнулся. Барни шагнул к выходу — и задел башмак на полу. Едва заметный шум показался ему грохотом обвалившейся стены. Питер Бленц повернулся и лег на другой бок. Зашевелился и другой спящий. Барни повернулся к нему. То ли Менк, то ли Коблич глядел в темноту.

— Это вы, принц Питер? — раздался голос Менка. — В чем дело?

— Пить хочется, — ответил американец и шагнул к двери.

Тут Питер Бленц поднял голову и сел на кровати.

— Это ты, Менк? — спросил он.

Менк мгновенно вскочил на ноги, осознав, что голос от двери не был голосом Питера.

— Быстрее! — крикнул он. — В комнате кто-то чужой!

Барни выскочил в коридор. За ним бросились все трое заговорщиков. Менк оказался ближе всех, так близко, что Барни пришлось повернуться на верхней площадке лестницы. Несмотря на темноту, Барни разглядел силуэт человека, который был почти рядом, развернулся и без всякой жалости ударил Менка в лицо. Тот рухнул на руки своим сподвижникам, издав вопль боли и гнева. Снизу послышались шаги спешащих на помощь, звон шпаг. Путь к отступлению был отрезан.

Барни повернулся и влетел в свою комнату раньше, чем противники смогли бы обнаружить его или разобраться, почему Менк внезапно упал им на руки. Но что можно успеть за это мгновение растерянности? Он понятия не имел, как быть.

Первое, что он увидел у себя в каморке, — небольшое квадратное окно. Вот что могло хоть как-то спасти положение. Барни бросился к окну, поднял его нижнюю половину. В этот момент дверь за его спиной открылась, и в комнату ворвался Питер Бленц с товарищами. Барни нырнул в ночную тьму, вцепившись руками в наружный подоконник. Он не знал, что находится внизу и насколько далеко до земли, но после подслушанного разговора был твердо уверен, что из рук заговорщиков ему живым не уйти.

Несколько секунд он висел за окном и слышал, как убийцы шарят в его комнате. Очевидно, они были напуганы неожиданным нападением. Но вот кто-то из них зажег свет: Барни увидел, как озарилось окно.

— В комнате никого нет, — произнес чей-то голос.

— Посмотри в окно! — крикнул в ответ Питер Бленц. Барни тут же выпустил подоконник и рухнул вниз, в непроглядную темень.

Его падение было недолгим, ибо окно располагалось как раз над невысоким сараем, примыкавшим к гостинице. Американец приземлился на его крышу, а оттуда без серьезных неприятностей перекатился во двор. Подняв глаза, он увидел головы трех заговорщиков, торчащие из окна его комнаты.

— Вот он! — воскликнул один из них, и все трое исчезли из окна. Выбегая со двора, Барни услышал торопливый грохот шагов на лестнице.

Он побежал не по улице, где его могли перехватить солдаты-охранники, а по боковой дорожке. За спиной он слышал возбужденные голоса множества людей. Было ясно, что Питер Бленц вызвал армейское подкрепление.

Если бы Барни сумел добраться до линии фронта и воспользоваться украденным пропуском, то оказался бы в относительной безопасности, ибо крутые горные ущелья Луты изобиловали тайными пещерами, к тому же в горах скрывалось немало противников Питера Бленца. Оказавшись там, Барни мог бросить вызов людям Бленца и даже безопасно попасть в Сербию, куда призывал его долг корреспондента.

По пути от гостиницы Барни пришлось пройти под уличным фонарем. На мгновение он остановился в затененном месте и прислушался. Не услышав ничего подозрительного, Барни уже собрался перескочить на противоположную сторону, но решил точно убедиться в безопасности и еще раз осмотрел улицу, прежде чем выходить на свет. И правильно сделал, потому что, повернув голову за угол здания, сразу же увидел в нескольких шагах от себя силуэт австрийского часового. Солдат стоял, отвернувшись от американца, и, замерев, прислушивался к шуму со стороны гостиницы. Очевидно, это был шум погони за Барни.

Впереди было освещенное пространство. Справа и слева тянулись стены домов. Барни оказался в ловушке. Он продолжал стоять неподвижно, не спуская глаз с австрийского солдата. Если бы тот повернулся к Барни, то американцу срочно пришлось бы убирать голову в тень. Может быть, солдат повернется и побежит в другую сторону? Тогда бы Барни смог перебежать улицу незамеченным.

Преследователи со стороны гостиницы приближались, Барни слышал топот их ног по мостовой. Неужели часовой так и не сдвинется с места? Видимо, нет, пока не услышит, что бежит подкрепление.

29
{"b":"3365","o":1}