ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Барни с улыбкой повернулся к принцу фон дер Танну.

— Они скоро будут здесь, — сказал он.

Старый принц кивнул. Последние два дня он был до неприличия счастлив. Конечно, Лута может быть побеждена — но она никогда не будет покорена. Наконец-то у страны есть король, настоящий король! Боже мой, как он изменился! Принц фон дер Танн вспоминал тот день два года назад, когда рядом с самозванцем скакал в бой с войсками Питера Бленца, и неоднократно всматривался в лицо монарха в поисках каких-то доказательств, что это не Леопольд.

— Передайте командующим третьего и четвертого фортов -пусть сосредоточат огонь на пушках противника к северу от третьего форта, — приказал Барни адъютанту. — Одновременно пусть кавалерия и пехота полковника Козлова начнут решительную атаку на австрийские окопы.

Потом он повернулся к левому флангу, где ближе к тылу залегли резервные войска, готовые в любой момент вступить в бой. Когда Барни мчался галопом по равнине впереди своей свиты, неподалеку от него разорвался шрапнельный снаряд. Фон дер Танн мгновенно оказался рядом.

— Сир, — воскликнул он, — вам нет необходимости подвергать себя такому риску. Ваш штаб здесь и готов выполнить любое ваше распоряжение, а вы обязаны хранить свою жизнь для своего народа и трона.

— Я убежден, что люди сражаются лучше, когда видят, что их король вместе с ними, — просто ответил американец.

— Я знаю, сир, но тем не менее сейчас Лута не должна потерять вас, — возразил фон дер Танн. — Ваше Величество, я благодарю Бога, что дожил до этого дня, и счастлив, что последний из Рубинротов высоко держит наши славные традиции.

Барни медленно вел резервные войска через лес в тыл крайнего левого фланга. Успех атаки на правый фланг австрийцев был столь велик, что превзошел самые смелые надежды американца. Сейчас он видел в бинокль, как противник сосредоточивает большие силы, чтобы ответить на успешное нападение лутанцев. Для отражения атаки пришлось задействовать резерв.

Именно это и было нужно Барни. Три бомбы, сброшенные с аэроплана, сообщили ему, что сербы в трех милях отсюда, значит, они уже наступают на австрийцев. Барни слышал на северо-востоке винтовочные выстрелы, пулеметные очереди и пушечную канонаду. Он повернулся и отдал приказ командующему резервных войск.

Солдаты быстрым шагом выдвинулись на край левого фланга. Они были рядом с австрийцами — и тут из чащи вышли те, кто до времени оставался в укрытии, и с хриплыми выкриками и примкнутыми штыками напали на позиции противника. Это сражение оказалось самым кровавым за прошедшие два дня. Цепь солдат то выдвигалась вперед, то отступала. Тогда в боевых рядах появился мнимый король и стал подбадривать солдат на еще одно, последнее усилие для победы. Не сразу, но войскам Луты удалось выбить врага из окопов. Австрийцы отступали!

Но далеко уйти им не удалось. Аккурат перед наступлением темноты с левой стороны, где стояли пушки, поднялся громкий крик. Лутские солдаты увидели, как австрийская пехота и артиллерия беспорядочно бегут вниз по склону, а за ними мчится возбужденная цепь сербов с криками «ура», стреляет им вслед и размахивает сербским знаменем.

Над полем боя прогремело оглушительное «ура» солдат Луты. Две линии союзников соединились, и австрийцы оказались беспомощными. Их артиллерия сдалась в плен, отступать было некуда. Оставалась только одна альтернатива безжалостной резне — поднять белый флаг. Несколько подразделений, размещенных ближе к Бленцу, успели сбежать обратно в Австрию, другие были захвачены в плен и, по договоренности с сербским министром, доставлены в Сербию. Лутский армейский корпус, который американец обещал передать сербам, было решено задействовать в приграничной зоне для предотвращения прохода австрийских войск в Сербию через Луту.

Победное возвращение армии в Луштадт сопровождалось всеобщим ликованием и радостными криками горожан. Имя короля-солдата не сходило с языков. Люди были полны восхищения и с энтузиазмом приветствовали высокого всадника, когда тот медленно пробивался сквозь восторженную толпу во дворец.

Фон дер Танн, серьезный и воинственный, даже прослезился, преисполнившись огромного счастья. Даже теперь, когда сомнения в личности короля отступили в сторону, ему казалось каким-то колдовством, что трусливый и робкий по натуре Леопольд Лутский за один день превратился в героя, обессмертившего себя в великом сражении.

Когда Барни Кастер направлялся в королевский дворец по улице Маргариты, через южные ворота в Луштадт въехал некий всадник в форме офицера конной гвардии, покрытый пылью и дорожной грязью. Этот человек был молодым адъютантом принца фон дер Танна, который был послан в замок Бленц неделю назад с важным сообщением для короля и захвачен в плен австрийцами. Во время сражения все австрийские войска были выведены из Бленца и брошены на фронт. Тогда адъютанта перевели из лагеря в замок, откуда он благополучно сбежал этим утром. Чтобы добраться до Луштадта, ему пришлось обходить австрийские позиции кружным путем и въехать в столицу с юга.

Оказавшись в городе, он сразу же направился во дворец, спешился и вошел в левое крыло здания, где располагались личные апартаменты канцлера. Он справился насчет принцессы Эммы и облегченно вздохнул, узнав, что она здесь, во дворце. Минуту спустя, по-прежнему покрытый пылью и запыхавшийся, он был принят принцессой.

— Ваша светлость, — выпалил он, — приказ короля был нарушен, и американца завтра расстреляют. Я только что бежал из Бленца. Питер в ярости. Он понимает, что независимо от того, победят австрийцы или нет, его отношения с королем разорваны навсегда. В приступе ярости он сказал, что мистер Кастер будет принесен в жертву его мести, в надежде, что этот акт обеспечит ему благосклонность австрийцев. Надо немедленно что-то предпринять, если мы хотим его спасти.

Девушка качнулась и чуть не упала в обморок. Молодой офицер бросился поддержать ее, но принцесса уже пришла в себя. В это время с улицы послышался гром фанфар и радостный шум толпы.

С сердцем, закаменевшим от страшного известия, принцесса медленно осознала причину шума: прибыл король. Он возвращался с поля битвы, покрытый неувядаемой славой, счастливый и торжествующий, — тот, кому предстояло стать ее мужем. Но в сердце принцессы не было радости. Ее душу терзали тупая боль и молчаливый протест против несправедливости происходящего. Этот Леопольд, осыпанный почестями, пожинает плоды победы — а тот, кто обеспечил ему возможность стать королем, завтра должен умереть!

— Может быть, нам поможет найти выход лейтенант Бутцов? — предложил офицер. — Или ваш отец? Они оба так любят мистера Кастера.

— Да, — печально согласилась девушка. — Найдите Бутцова, он все сделает.

Офицер поклонился и поспешил на поиски лейтенанта. Девушка подошла к окну и долго стояла там, разглядывая огромную ликующую толпу у ворот дворца, заполонившую всю улицу Маргариты. Люди радостно приветствовали короля, канцлера и армию, но больше всего — именно короля. Из презираемого монарха Леопольд в одночасье стал национальным героем. Его несколько раз вызывали на балкон над главным входом, желая лицезреть своего спасителя. Принцесса подумала, как долго это будет продолжаться, прежде чем она сможет поздравить его с победой и, возможно, вытерпеть его ласки. Ее передернуло от этой мысли.

И тут, словно в ответ на ее невеселые думы, дверь открылась, и в комнату вошел король. Он с одного взгляда понял, что душу девушки терзает боль и печаль, и быстро подошел к ней.

— Что такое? В чем дело? — спросил он встревоженно.

На мгновение он забыл, что принцесса не знает, кто он такой на самом деле. Он пришел к девушке поделиться своим счастьем, славой победителя, и не думал, кем считает его та, что стоит перед ним с несчастным и безнадежным выражением лица.

Принцесса ответила не сразу. Она раздумывала, примет ли король участие в судьбе американца. Один раз Леопольд проявил великодушие, когда подписал помилование мистеру Кастеру, но поднимется ли он сейчас над мелочной ревностью и завистью, станет ли он повторно спасать жизнь американцу? Хорошо зная Леопольда, она не слишком-то рассчитывала на это, но все же надежда оставалась.

48
{"b":"3365","o":1}