ЛитМир - Электронная Библиотека

Когда зверь бросился, мужчина обернулся, чтобы встретить его жалким несовершенным копьем. Должно быть, он понимал, что защищаться почти бесполезно. Я выхватил амторианский пистолет, испускающий смертельные R-лучи. Я опустился прямо над сарбаном, чуть не раздавив его, и несколько раз выстрелил не целясь. Думаю, что мне удалось попасть в него скорее благодаря везению, нежели умению. Он катался по земле в агонии, а я облетел мужчину вокруг и приземлился у него за спиной. Он был первым человеческим существом, которое я видел после похищения Дуари, и я хотел задать ему несколько вопросов. Он был один, вооруженный только самым примитивным оружием, так что он находился в полной моей власти.

Не знаю, почему он не убежал, ведь воздушный корабль должен был казаться ему сверхъестественным. Но он продолжал оставаться на месте даже когда я подъехал и остановился рядом с ним. Возможно, он был просто парализован страхом. Это был небольшого роста и незначительного вида человечек, одетый в такую объемную набедренную повязку, что она была почти юбкой. На шее у него было несколько ожерелий из цветных камней и бусин, похожим образом сделанные браслеты охватывали его запястья и лодыжки. Его длинные черные волосы были собраны в два узла на висках, украшенные мелкими разноцветными перьями, которые торчали из них, как стрелы из мишени. У него были при себе меч, копье и охотничий нож.

Когда я вышел из корабля и подошел к нему, мужчина попятился и угрожающе выставил вперед копье.

— Кто ты такой? — спросил он. — Я не хочу убивать тебя, но если ты подойдешь ближе, мне придется тебя убить. Что тебе нужно?

— Я не причиню тебе вреда, — упокоил я его. — Я только хочу поговорить с тобой.

Мы разговаривали на едином языке Амтор.

— О чем ты хочешь со мной разговаривать? Но сначала скажи, почему ты убил сарбана, который собирался убить и съесть меня?

— Чтобы он тебя не убил и не съел.

Он покачал головой.

— Странно. Ты меня не знаешь. Мы не друзья. Почему ты захотел спасти мне жизнь?

— Потому что ты человек, мужчина, как и я.

— Хорошая мысль, — признал он. — Если бы все мужчины так думали, с нами бы обращались лучше, чем теперь. Но все равно многие из нас испугались бы. Что это за штука, на которой ты ехал верхом? Сейчас я вижу, что она неживая. Почему она не падает на землю и не убивает тебя?

У меня не было ни времени, ни желания объяснять ему начала аэродинамики. Я сказал, что корабль остается в воздухе, потому что я так велю.

— Ты, наверное, очень необычный человек, — сказал он с восхищением. — Как тебя зовут?

— Карсон. А тебя?

— Льюла, — ответил он. — Говоришь, тебя зовут Карсон? Что за странное имя для мужчины! Звучит как женское имя.

— Более женское, чем имя Льюла? — спросил я, сдерживая улыбку.

— Ну конечно! Льюла — это очень мужественное имя. К тому же очень красивое, как мне кажется. А ты как думаешь?

— Очень красивое, — согласился я. — Где ты живешь, Льюла?

Он указал туда, откуда я только что прилетев, отказавшись от надежды найти там деревню.

— Я живу в деревне Хоутомай, что в Узком Каньоне.

— Далеко это?

— Около двух клукоб, — подсчитал он.

— Два клукоб! Это буде примерно пять миль в нашей системе линейных мер. Я летал над этим местом вперед и назад несколько раз, но не обнаружил ни следа деревни.

Некоторое время назад я видел отряд женщин-воительниц с копьями и мечами, — сказал я. — Не знаешь ли ты, где они живут?

— Может быть, в Хоутомай, или в других деревнях неподалеку. Мы, народ самар, очень могучи, у нас много деревень. Была ли среди женщин одна очень большая, мощная, с глубоким шрамом на левой щеке?

— У меня совершенно не было возможности присмотреться к ним повнимательнее, — сказал я.

— Я тебе верю. Если бы ты подошел к ним поближе, ты бы сейчас скорее всего был уже мертв. Я подумал, что, может быть, среди них была Бунд, тогда я бы знал наверняка, что они из Хоутомай. Понимаешь, Бунд — моя подруга. Она очень сильная, и по праву должна была бы стать вождем.

Он употребил слово «джонг», означающее «король». Но, как мне кажется, слово «вождь» лучше подходит для того, кто возглавляет племя дикарей. После моего краткого знакомства с дамами народа самар я мог бы засвидетельствовать их дикость под присягой.

— Ты отведешь меня в Хоутомай? — спросил я.

— О нет, прошу тебя! — воскликнул он. — Они тебя убьют, а после того, как ты спас мне жизнь, я не могу подвергнуть тебя такой опасности.

— Зачем им убивать меня? — спросил я. — Я никогда не делал им ничего плохого и не собираюсь.

— Для женщин народа самар это не имеет значения, — сказал он. — Они не любят мужчин и убивают всех чужих мужчин в наших землях. Они бы перебили и нас, если бы не боялись, что тогда племя вымрет. Когда они впадают в бешенство, то все-таки убивают нас. Бунд вчера хотела меня убить, но я бегаю гораздо быстрее ее. Я убежал прочь и с тех пор скрывался. Я думаю, к этому времени ее гнев уже остыл, так что я собираюсь прокрасться в деревню и посмотреть.

— А если бы они схватили постороннюю женщину, что бы они сделали с ней?

— Они бы сделали ее рабыней, чтобы она работала на них.

— Они будут хорошо с ней обращаться?

— Они ни с кем не обращаются хорошо, кроме себя самих. Им всегда достается все самое лучшее, — обиженно сказал он.

— Но они не убьют ее? — спросил я. — Как ты думаешь, не убьют?

Он пожал плечами.

— Могут. У них отвратительные характеры, никакого терпения. Если рабыня ошибется, ее наверняка побьют. И очень часто их бьют до смерти.

— Тебе очень нравится Бунд? — спросил я.

— Нравится ли мне Бунд? Кто когда-нибудь слышал о том, чтобы мужчине нравилась женщина?! Я ее ненавижу. Я их всех ненавижу. Но что я могу поделать? Я хочу жить. Если я отправлюсь в другие земли, меня убьют. Если я останусь здесь и постараюсь вести себя так, чтобы Бунд была довольна, меня будут кормить и защищать, и у меня будет место, где можно спать. Здесь у нас, мужчин, есть свои маленькие радости. Мы можем сесть в кружок и разговаривать, пока делаем сандалии и набедренные повязки. Иногда мы играем — я хочу сказать, когда женщины уходят на охоту или в набег. Это лучше, чем быть мертвым, согласись.

— Я попал в беду, Льюла. Скажи, не сможешь ли ты мне помочь? Ведь мужчины должны держаться вместе и помогать друг другу.

— Что ты хочешь, чтобы я сделал? — спросило он.

— Чтобы ты привел меня в деревню Хоутомай.

Он посмотрел на меня с подозрением и замер в нерешительности.

— Не забывай, что я спас тебе жизнь, — напомнил я.

— Это правда, — сказал он. — Я действительно твой должник и должен тебе помочь хотя бы из благодарности. Но зачем ты хочешь попасть в Хоутомай?

— Я хочу посмотреть, нет ли там моей подруги. Ее украли сегодня утром какие-то женщины-воительницы.

— Ну так зачем тебе ее возвращать? Я бы хотел, чтобы кто-нибудь украл Бунд.

— Ты этого не поймешь, Льюла, — сказал я, — но я на самом деле хочу ее вернуть. Ты мне поможешь?

— Я могу довести тебя до входа в Узкий Каньон, — сказал он, — но я не могу отвести тебя в деревню. Они убьют нас обоих. Они в любом случае убьют тебя, когда ты туда доберешься. Если бы у тебя были черные волосы, на тебя могли бы не обратить внимания, но эти твои странные светлые волосы тотчас выдадут тебя. Если бы у тебя были черные волосы, ты мог бы пробраться в деревню, когда стемнеет, и спрятаться в одной из мужских пещер. Таким образом ты бы мог долго оставаться незамеченным; даже если бы какая-то из женщин тебя увидела, она бы не узнала, что ты чужой. Они не обращают особого внимания на мужчин, которые им не принадлежат.

— А мужчины не выдали бы меня?

— Нет. Они бы решили, что это здорово — обмануть женщин. Если бы тебя обнаружили, мы бы сказали, что ты нас тоже обманул. Эх, если бы только у тебя были черные волосы!

Я бы тоже хотел, чтобы у меня были черные волосы, если это могло помочь мне попасть в деревню Хоутомай. Вдруг у меня родилась идея.

3
{"b":"3369","o":1}