ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Мы положили ее обратно в этот странный предмет, где оставался лежать мужчина, столкнули в воду и, подхваченный ветром, который дует с берега дважды в день, предмет этот исчез из виду, больше мы его никогда не видели.

— Но до этого моя жена сняла с женщины ее странное одеяние и мешочек из кожи, в котором было много разноцветных сверкающих камушков и вещей из желтого и белого металла, назначение которых мы понять не могли. Очевидно, женщина была из какой-то незнакомой страны, потому что ни сама она ни ее вещи не походили на то, что доводилось нам видеть прежде. Она отличалась от наших женщин, как отличается и Надара— Надара точь-в-точь похожа на мать, потому что она и есть та девочка, которая родилась в ту ночь.

— После того, как сменилась еще одна луна, мы принесли ее в нашу деревню и сказали, что это наша дочь, но одна женщина не поверила нам, вероятно, она видела нас на берегу, когда мы обнаружили тот предмет, потому что как раз в то время пряталась от человека, который хотел взять ее в жены.

— Моя жена не хотела, чтобы кто-то говорил, будто Надара не ее дочь, ведь это величайший позор, когда у женщины нет детей. Жена чуть не убила ту женщину, боясь, что она расскажет правду всей деревне. Но я люблю Надару как свою дочь и хочу увидеть перед смертью, кто станет ее спутником.

Тандар побледнел, слушая рассказ о рождении Надары. Он с трудом удержался, чтобы не опуститься на колени и возблагодарить Бога за то, что внял своему внутреннему голосу и не пошел по более легкому пути, который предлагали ему эти примитивные люди. Провидение, подумал он, послало его сюда, чтобы спасти эту девушку.

Старик, повернувшись на своем жестком ложе, вопросительно взглянул на Тандара. Девушка тоже с нетерпением ждала, что он скажет. Старик с трудом глотнул воздуха и захрипел.

Тандар наклонился над ним и, обхватив за плечи, приподнял ему голову. И хотя юноша никогда раньше не слышал подобного звука, он понял, что этот звук означает.

Он предвещал смерть.

Тандар знал, что это конец. Он видел, какие усилия делает старик, чтобы еще что-то сказать. В глазах умирающего застыли вопрос и мольба.

И тогда юноша взял Надару за руку.

— Мы поженимся, когда вернемся в мою страну, — произнес он. — Никто другой не станет мужем Надары, и в знак того, что мы навсегда вместе, я дарю ей это, — и с этими словами он снял со своего пальца прекрасное бриллиантовое кольцо и надел на третий палец левой руки Надары.

В глазах старика, когда он увидел это, засветились облегчение и радость, он сделал еще один вздох и замер на руках у Тандара, он был мертв.

В тот же день несколько молодых мужчин отнесли тело отца. Надары на вершину скалы в полумиле от пещер. Никакой погребальной церемонии не было. Это был простой, разумный обряд, от которого цивилизованное человечество отошло, заменив его показными, нелепыми похоронами.

Молодые мужчины по приказу Большого Кулака отнесли тело на безопасное от пещер расстояние и оставили там на потребу зверей и хищных птиц.

Надара тихо плакала. Какая-то старуха, глядя на нее, тоже стала всхлипывать. Вскоре и другие женщины, услышав плач, присоединились к ним.

Затем они хором принялись голосить и причитать, но тут появился Большой Кулак и другие мужчины, шум стал их раздражать, и они набросились на плакальщиц, разгоняя их в разные стороны.

Большой Кулак совершил роковую ошибку, ударив Надару. Все это время Тандар стоял поблизости, с удивлением наблюдая за происходящим.

Он видел молчаливое горе девушки — подлинное горе, и истерические причитания женщин — притворную скорбь. Этот невообразимый гвалт стал действовать на нервы и Уолдо, и неудивительно, что Большой Кулак и остальные мужчины принялись разгонять их.

Эти дикие женщины были их собственностью и Уолдо, уже достаточно хорошо зная примитивную жизнь дикарей, не стал вмешиваться. Но Надара не принадлежала им, и даже если б она не принадлежала ему, Уолдо все равно стал бы защищать ее от этих первобытных существ, к которым судьба забросила девушку.

Кровь бросилась ему в голову, когда он помчался наперерез Большому Кулаку.

Уолдо Эмерсон Смит-Джонс в своей прежней жизни, которая оберегала его от всего грубого и примитивного, так и не научился искусству самообороны. И жаль, потому что сейчас это дало бы ему большое преимущество перед дикарем. Один единственный, точно рассчитанный удар в челюсть сразу бы прекратил побоище, но Тандар, хотя и был начитан, но ничего не знал ни о хуках, ни о внезапных ударах и ни о чем другом подобном.

Если не считать оружия, которое он смастерил, Уолдо сражался таким же примитивным способом, как некогда его предки, и зачастую забывал про меч, щит и копье, когда готовился сразиться с противником.

Теперь Тандар кинулся на Большого Кулака, пытаясь схватить его за горло. Когда их тела столкнулись, послышался глухой звук, затем оба упали и стали бороться, перекатываясь по земле, у подножья скалы.

Остальные мужчины перестали преследовать женщин, а те в свою очередь — причитать. Они окружили сражающихся и перемещались таким образом, чтобы те все время оставались в центре.

Надара пробилась сквозь это кольцо, чтобы быть поближе к Тандару, рука ее сжимала острый обломок гранита.

Большой Кулак был огромным как гора, а Тандар мускулистым как черная пантера Нагола. Движения его были изящны, но в то же время уверенны и точны. Неожиданно он нанес удар по голове Большого Кулака, тот резко дернулся, чуть не сломав себе шейные позвонки.

Большой Кулак взвыл от боли, и Тандар, воодушевившись, нанес еще один удар, противник собрал все свои силы, стремясь вцепиться зубами в горло Тандара, но тот опередил его. Белые крепкие зубы Уолдо Эмерсон Смит-Джонса впились в горло Большого Кулака, и произошло это так естественно, словно и не было тех долгих веков, которые отделяли юношу от его предков.

Большой Кулак, побелев от ужаса неминуемой гибели, пытался вырваться, но Тандар все глубже и глубже вонзал зубы в горло противника. Внезапно из горла Большого Кулака хлынула кровь, он захлебнулся ею, и обмяк.

Тандар, весь в крови, поднялся на ноги. Распростертое перед ним на траве тело раз или два конвульсивно дернулось, затем глаза Большого Кулака вылезли из орбит и закатились, он был мертв.

Тандар повернулся к собравшимся и выбрал четверых крепких мужчин.

— Отнесите Большого Кулака на вершину скалы, — приказал он. — Когда вы вернетесь, мы изберем короля.

Люди повиновались. Они не понимали, что имеет Тандар в виду под выборами, короля. Убив Большого Кулака, он сам становился королем, если кто-то другой не будет оспаривать это право. Но все видели, как он убил Большого Кулака, все знали, что он отправил на тот свет Флятфута и Корта, и потому вряд ли кто осмелился бы усомниться в том, что он истинный король.

Когда они вернулись в деревню, Тандар собрал всех у подножья скалы возле большого дерева. Мужчины уселись на корточки кругом, позади столпились женщины и дети, с любопытством взирая на них.

— Давайте выберем короля, — сказал им Тандар.

Долгое время никто не произносил ни слова, а затем какой-то старик сказал:

— Я старый человек и повидал много королей на своем веку. Они становятся королями, когда убьют противника и перестают ими быть, когда убьют их самих. Тандар убил двух королей. Теперь он король. Кто хочет убить Тандара и стать королем?

Все промолчали.

Старик поднялся.

— Было глупо собираться на выборы короля, когда он у нас уже есть, — сказал он.

— Подождите, — приказал Тандар. — Давайте выберем короля по всем правилам. То, что я убил Флятфута и Большого Кулака, еще не означает, что я буду хорошим королем. Был ли Флятфут хорошим королем?

— Он был плохой человек, — ответил старейшина.

— Был ли когда-нибудь королем хороший человек? — спросил Тандар.

Старик задумался, наморщив лоб.

— Очень недолго, — ответил он.

— Это ваша вина, вы позволяете жестокому тирану управлять вами. Так короля не выбирают. Вам следовало бы собраться, обсудить между собой нужды племени и решить, что нужно для благополучия всех членов общины, и тогда выбрать человека, который лучше всех осуществит ваши планы. Это будет намного вернее.

22
{"b":"3371","o":1}