ЛитМир - Электронная Библиотека

— Я говорил чистую правду, — ответил я. — Мне нечего добавить, разве что предложить вам внимательно рассмотреть тот факт, что облачные массы, окружающие Амтор, полностью лишают вас поля зрения, и, таким образом, знания о том, что лежит за ними.

Он покачал головой.

— Давай не будем говорить об этом. Бесполезно пытаться отвергнуть научные знания и данные, накопленные за тысячу лет. Мы согласны признать тебя представителем иной расы, которая, как можно предположить по одежде, которая была на тебе, когда ты появился здесь, обитает в холодном и ужасном Карболе. Ты свободен уйти или остаться по своему желавнию. Если ты решишь остаться, ты должен повиноваться законам и обычаям Вепайи, и должен научиться сам обеспечивать свое существование. Что ты умеешь делать?

— Сомневаюсь, что я могу соревноваться с вепайянами в их собственных ремеслах и профессиях, — признал я. — Но я могу чему-нибудь научиться, если мне дадут какое-то время.

— Наверное, мы поручим кому-нибудь заняться твоим обучением, — сказал джонг. — А пока ты можешь остаться в моем доме и помогать Данусу.

— Мы возьмем его в свой дом и научим всему, — заговорил Дюран, — если он не против помогать нам в сборе тарела и охоте.

Тарел — это прочная шелковистая нить, из которой сделаны их одежды и веревочные изделия. Я представил себе, что его сбор должен быть неинтересной, монотонной работой. Зато перспектива поохотиться привлекла меня. Впрочем, в любом случае я не мог отказаться от сердечного приглашения Дюрана, поскольку не желал обидеть его, и, кроме того, я был согласен на любое занятие, благодаря которому я смог бы стать самостоятельным. Поэтому я принял его предложение.

Аудиенция была окончена. Я попрощался с Данусом, который пригласил меня почаще навещать его, и ушел вместе с Дюраном, Олсаром и Камлотом.

Поскольку никто не упомянул об этом, я пришел к выводу, что никто не видел, как я разговаривал в саду с девушкой. А девушка, между прочим, продолжала в высшей степени занимать мои мысли и была основной причиной моего сожаления о том, что мне придется оставить дом джонга.

Я снова расположился в доме Дюрана, но на сей раз в более удобной и большой комнате. Моим наставником был Камлот, младший из братьев. Это был спокойный, уверенный человек с мускулами тренированного атлета. Показав мне мою комнату, он провел меня в другое помещение, миниатюрный оружейный зал, где хранились много копий, мечей, кинжалов, луков, щитов и огромное количество стрел. Под окном стояла длинная скамья с отделениями, в которых хранились необходимые инструменты. Над скамьей располагались полки, на которых были сложены материалы, служащие сырьем для производства луков, стрел, копий и дротиков. Рядом со скамьей находились кузнечный горн и наковальня, а сбоку были сложены листы, пруты и бруски металла.

— Ты когда-нибудь пользовался мечом? — спросил он, выбирая меч для меня.

— Да, но только для упражнений, — ответил я. — В моей стране разработали такое оружие, что меч для боя бесполезен.

Он попросил меня рассказать об этом оружии, и был очень заинтересован описанием земного стрелкового оружия.

— У нас на Амтор есть подобное оружие, — сказал он. — Мы в Вепайе им не располагаем, потому что единственное месторождение вещества, которым они заряжаются, лежит в самом сердце страны тористов. Когда оружие изготовляют, его заряжают элементом, который испускает лучи с очень короткой длиной волны, уничтожающие живые ткани. Но этот элемент испускает лучи только под действием излучения другого редкого элемента. Существует несколько металлов, непроницаемых для этих лучей. Щиты, которые, как видишь, висят здесь на стенах — те из них, которые покрыты металлом — полностью защищают от них. Маленькая заслонка из такого металла используется в оружии для разделения этих двух элементов. Когда заслонка приподымается, и один элемент подвергается воздействию другого, уничтожающее Р-излучение высвобождается и проходит вдоль канала ствола оружия к цели, на которую оно было направлено. Ствол, разумеется, изготовлен из того же металла.

— Это оружие изобрели и усовершенствовали люди моего народа, — печально добавил он, — а теперь оно обращено против нас. Но наша теперешняя жизнь вполне нас устраивает, — пока мы остаемся на деревьях.

Кроме меча и кинжала тебе понадобятся лук, стрелы и копье, — перечисляя предметы, он выбирал их для меня.

Последнее на самом деле оказалось коротким тяжелым дротиком. К концу древка этого оружия было приделана антабка, а к ней крепился длинный тонкий шнур с петлей для руки на конце. Этот шнур, который был не толще упаковочной бечевки, Камлот свил особым образом и затолкал в небольшое отверстие сбоку древка.

— Зачем нужен этот шнур? — спросил я, рассматривая оружие.

— Мы охотимся высоко на деревьях, — ответил он. — И, если бы не этот шнур, мы бы потеряли много копий.

— Но разве такой тонкий шнур выдержит вес копья? — спросил я.

— Он сделан из тарела, — ответил он, — и может выдержать вес десяти мужчин. Ты очень скоро познакомишься со свойствами и ценностью тарела. Завтра мы с тобой отправляемся его собирать. Последнее время его не хватает.

За вечерней трапезой в этот день я снова повстречал Зуро и Альзо, и они были весьма любезны со мной. После ужина они присоединились к обучению меня излюбленной вепайянской игре под названием торк, в которую играют при помощи карт, очень похожих на карты для маджонга. Игра эта удивительно напоминает покер.

Ночью я отлично спал в своей новой комнате, и поднялся с рассветом, так как Камлот предупредил меня, что мы должны отправиться в нашу экспедицию рано. Не могу сказать, что я с большим энтузиазмом предвкушал день, который должен был быть проведен за сбором тарела. Климат Вепайи жаркий и знойный, и я представлял себе это занятие таким же монотонным и утомительным, как сбор хлопка в Империал Вэлли.

После легкого завтрака, который я помог Камлоту приготовить, он велел мне взять оружие.

— Ты должен всегда носить с собой меч и кинжал, — добавил он.

— Даже дома? — спросил я.

— Везде, где бы ты ни был, — ответил он. — Это не только обычай, это закон. Мы никогда не знаем, в какой момент мы можем быть призваны защищать себя, свои дома или джонга.

— Полагаю, это все, что мне нужно взять, — заметил я, выходя из комнаты.

— Разумеется, возьми копье. Мы идем собирать тарел, — ответил он.

Зачем мне могло понадобиться копье при сборе тарела, я не мог вообразить. Однако я принес все оружие, которое он упомянул. Когда я вернулся, он протянул мне сумку с ремнем, который перебрасывался через голову и плечо так, чтобы сумка была на спине.

— Это для тарела? — спросил я.

Он подтвердил мою догадку.

— Ты не ожидаешь, что мы соберем много, — заметил я.

— Мы можем не принести ничего, — ответил он. — Если мы вдвоем принесем полную сумку, нам будет чем похвастаться при возвращении.

Я замолчал, решив, что лучше учиться на собственном опыте, чем постоянно выказывать мое достойное жалости неведение. Если тарел был таким редким, как можно было судить по его словам, то нам не придется собирать много, что меня вполне устраивало. Я не лентяй, но мне больше нравится работа, требующая напряжения ума.

Когда мы оба были готовы, Камлот повел меня вверх по лестнице, что озадачило меня, но не настолько, чтобы я опять пустился в расспросы. Мы миновали два верхних этажа дома и стали подниматься по неосвещенной винтовой лестнице, ведущей еще выше в дерево. Мы поднялись по ней футов на пятнадцать, затем Камлот остановился, и я услышал, как он возится с чем-то надо мной.

Шахта осветилась. Я увидел, что свет проникает через маленькое круглое отверстие, которое раньше было закрыто прочной дверью. Через это отверстие Камлот протиснулся, и я последовал за ним. Мы оказались на ветке дерева. Мой спутник закрыл дверь и запер ее маленьким ключом. Я теперь видел, что дверь снаружи была скрыта корой дерева, так что, когда она была закрыта, ее трудно было найти.

18
{"b":"3372","o":1}