ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Это удивительно. Мне кажется чудом, что твое тело может отвечать мне, что я могу разжечь в тебе страсть, – сказал он, смущенно улыбаясь.

Я не ответила. Мне самой это казалось чудом. Впрочем, я уже начала привыкать к разнообразным чудесам.

Мы провели еще два дня в блаженном уединении. Мы ели, спали, гуляли и занимались любовью. Нам никто не мешал, ничто не напоминало о событиях, происходивших за пределами нашего маленького мира. Если не обращать внимания на мой старомодный костюм, было очень легко вообразить, что я просто отправилась на уик-энд в заброшенную шотландскую деревеньку, где время течет по каким-то своим законам. А в воскресенье вечером – на автобус, потом на самолет, и домой.

Но вместо этого в понедельник прибыл Дугал со своей свитой и разом спустил меня с небес на землю.

– Сегодня я порадовал капитана, рассказав ему о вашей свадьбе. Жаль, не могу передать вам его поздравлений, госпожа Фрэйзер, они совсем не предназначены для дамского слуха, – сообщил он, цинично рассматривая Джейми и прихлебывая эль из большой кружки. – Я, кажется, понял, кого ты мне напоминаешь, парень.

Джейми смотрел на него исподлобья. Дугал озабоченно покачал головой, поднял глаза к небу – точнее, к закопченному потолку, – потом обратил свой взор ко мне и спросил доверительно:

– Ты когда-нибудь видела оленя в конце брачного сезона? Бедняги не спят и не едят неделями, едва успевая биться с соперниками и обслуживать самок. К концу сезона от самцов остаются кожа да кости и запавшие красные глаза. Они трясутся как паралитики, не трясется только их…

Последнее слово потонуло в раскатах хохота. Джейми подтолкнул меня к лестнице. К ужину мы не спустились, найдя более приятные развлечения.

В ту ночь я долго не могла заснуть, даже несмотря на успокаивающее присутствие Джейми. Я живо представляла себе отряд англичан в красных мундирах, который рыщет по окрестным деревням, чтобы доставить меня, живой или мертвой, в форт Уильямс. Я беспокойно ворочалась и вздыхала, то прижимаясь к Джейми, то отстраняясь от него.

– Это из-за меня? – спросил он внезапно, хотя я была уверена, что он спит.

– Что из-за тебя?

– Ты нервничаешь и не можешь уснуть. Ты жалеешь о том, что мы поженились? Ты не можешь быть со мной?

– С чего ты взял? – Более нелепого предположения я еще не слышала. – Боюсь, дружок, у тебя завышенная самооценка. Ты склонен преувеличивать собственную значимость. Я думаю не только о тебе, а еще и о капитане Рэндалле.

– Но тебе нечего больше бояться. У капитана есть и другие дела, кроме охоты за тобой. Он не тронет племянницу Фергюса, иначе ему придется сильно пожалеть об этом. Ты можешь быть спокойна, пока я рядом с тобой. Если, конечно, ты меня не ненавидишь.

– А мне казалось, что я очень удачно скрываю свою ненависть, – буркнула я. – Но ты, оказывается, такой наблюдательный.

Он засмеялся:

– Нет, ответь мне серьезно. Ты меня не ненавидишь?

– Нет же, нет.

– Я тоже. А многие удачные браки начинались гораздо хуже, – резюмировал он, и мы наконец заснули.

По дороге в Тибервелл мы должны были сделать небольшой крюк, чтобы Джейми мог встретиться с загадочным человеком, которого звали Дик Брикстон.

– Зачем он тебе? – поинтересовалась я.

– Он был свидетелем того убийства, за которое я объявлен вне закона. Может быть, он скажет мне, кто настоящий убийца.

– Если он даст показания в суде, тебя оправдают?

– Не знаю. Слова дезертира – не слишком надежное свидетельство для суда. Но это уже начало. Дугал договорился о встрече в безопасном месте. Но я не слишком доверяю самому Дугалу. С нами поедет Муртаг.

– А Муртагу ты доверяешь? – Этот неразговорчивый бородатый человек казался мне настоящим дикарем.

– Да, конечно. Его отец был двоюродным братом тетки моего отца и…

– Короче, ты хочешь сказать, что он Фрэйзер, а не Маккензи? – От этих родственных хитросплетений у меня ехала крыша.

– Да.

– А с какой радости тебе помогает Дугал, если у вас такие натянутые отношения? Что он выиграет, если ты будешь оправдан?

– Ему нужен Лаллиброк. Если будет восстание, люди уйдут в горы. А ближайший хороший путь туда лежит через мое поместье. Тот, кто контролирует Лаллиброк, контролирует и проход в горы. Это важная стратегическая точка. Поэтому Дугал хочет иметь дело с законным владельцем, находящимся на свободе.

Мы ехали шагом вдоль ручья. Каменистый берег порос ивами, их переплетающиеся ветви почти скрывали всадников, двигавшихся впереди. Внезапно кавалькада остановилась. Джейми взял мою лошадь под уздцы и направился в самую гущу ветвей. Как выяснилось, они скрывали пещеру.

– Тебе лучше остаться здесь. Это безопасное место, тебя никто не найдет и не будет искать. Мы вернемся до заката. Спрячься сама и спрячь лошадь.

– Я поеду с тобой! – Мне вовсе не хотелось оставаться одной на целый день и вздрагивать от каждого шороха.

– Это опасно. Я не смогу драться и защищать тебя, если потребуется. Я вернусь.

– Я не останусь здесь!

– Останешься! Я твой муж, и ты должна мне подчиняться! Припомни клятву, которую ты дала перед алтарем.

– Какого черта! Даже не подумаю! Мне здесь не нравится, и ты не заставишь меня…

– Еще как заставлю! Скажи еще слово, и я привяжу тебя вон к тому дереву.

– Упрямая шотландская свинья! Ты хочешь, чтобы все было по-твоему. Только тронь меня! Он покраснел и сказал спокойно:

– Я оставляю тебя здесь. И если ты хотя бы шаг отсюда сделаешь, то, клянусь, я возьму свой ремень и так отделаю твою голую задницу, что тебе придется идти пешком всю обратную дорогу. И запомни: я не даю пустых обещаний.

Я осталась одна слушать щебетание птичек и журчание ручья. Прав был Дугал – упрямства у Джейми более чем достаточно. Мне предстояло торчать здесь до заката. А что, если мимо пройдут какие-нибудь дикие горцы или английские солдаты? Ведь форт Уильямс не так далеко. Стоп. Впервые за долгое время я осталась одна, без присмотра, зато с лошадью, и я знала, где я нахожусь. Не этого ли я дожидалась последние два месяца? Форт Уильямс километрах в двенадцати отсюда. А Грэт-на-Дан всего в шести километрах к северу от форта Уильямс. По прямой отсюда будет километров четырнадцать. Ближе к цели я уже никогда не буду.

Скорее домой! У меня заныло под ложечкой. Я осторожно направилась к выходу. Меня мучили угрызения совести, но ноги сами вели меня туда, где мирно паслась моя лошадь. Стоит ли ехать верхом? Так меня могут заметить. Потом, если Джейми вернется и найдет здесь лошадь, он подумает, что я ушла не по своей воле. Ему будет не так больно. Хотя с чего ему должно быть больно? Поищет, не найдет и успокоится. Вернется в замок, женится на Леонор, и все у него будет хорошо.

Я шла по берегу ручья, думая только о том, что через несколько часов смогу добраться до Грэт-на-Дан, прикоснуться к камню и вернуться к Андрею. Пожалуй, надо замести следы, решила я, сбрасывая скользкие туфли и выбираясь на середину ручья. Ледяная вода обжигала ступни. Я осторожно переступала с камня на камень, путаясь в своих длинных юбках. Где вы, джинсы и кроссовки, думала я с тоской, балансируя на мокрых валунах. Ну ничего. Уже скоро я вернусь к вам. И к горячим ваннам, и к телевизору.

Замечтавшись, я поскользнулась и сползла в воду. Многочисленные юбки моментально намокли и потянули меня вниз. Я пыталась ухватиться за камень, но он был слишком большим и скользким. Я барахталась в воде, с ужасом чувствуя, что под ногами нет дна. Ручей был неглубоким, но быстрым, и в нем встречались омуты, в один из которых я и попала. Я пыталась плыть по направлению к берегу, но тесный корсаж и намокшие юбки, путавшиеся в ногах, дико мешали. Все же я продвигалась к берегу, хотя это стоило мне немалых усилий. Я начинала уставать, я из последних сил глотала воздух и беспорядочно била руками по воде. В глазах темнело, но я не хотела прощаться с жизнью.

Вдруг с берега ко мне протянулось что-то красное. Я ухватилась за это перед тем, как потерять сознание. Последнее, что я успела разглядеть, была розовощекая физиономия капрала Хопкинса, с которым мы уже были знакомы.

30
{"b":"338","o":1}