ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Время от времени я встречала в замке Леонор. Всякий раз она краснела и избегала смотреть мне в глаза. Я не горела желанием с ней общаться. Если у нее и было что-то с Джейми, это время прошло. Однажды я направлялась в библиотеку Фергюса и наткнулась на нее у дверей. Она держала в руках сосуд с какой-то жидкостью и вся тряслась, не решаясь войти.

– Я отнесу? – предложила я миролюбиво.

– Это от миссис Скотт, – шепнула она и убежала. Я пожала плечами и открыла дверь. Из потайной комнаты, в которую можно было попасть через библиотеку, доносились голоса.

– О чем ты думал раньше? – раздраженно спрашивал Фергюс. – Или ты считаешь, что если поклялся быть моими ногами, то голова тебе не нужна? Эта женщина – ведьма или почти ведьма. И у тебя хватило ума…

– Что я могу сделать? Скрывать беременность больше нельзя, – смиренно спросил голос Дугала.

– Что ты можешь сделать? Ты ничего не можешь, и я давно не обольщаюсь на твой счет. Лучше всего для тебя будет уехать на охоту с герцогом. Ты присмотришь за Джейми и останешься в стороне, пока я – всегда я! – все здесь улажу.

Весьма любопытно, думала я, осторожно приближаясь к двери, из-за которой раздавался спор.

– Это еще что? – Фергюс выбежал в библиотеку и остановился, увидев меня с сосудом в руках и с невиннейшим выражением лица. – Это и есть сироп от кашля?

– Миссис Скотт сказала, что это должно помочь. – Я протянула ему сосуд.

– Дугал, возьми свое лекарство и запомни, что я тебе сказал.

Дугал с мрачным видом быстрыми шагами вышел из библиотеки. Мы остались вдвоем с Фергюсом.

– У вас случайно нет «Кентерберийских рассказов» Джеффри Чосера? – поинтересовалась я, подходя к окну. – О Боже мой!

Из окна я увидела, как на гнедом коне, одном из лучших в конюшне Фергюса, скачет Алан, преследуемый сворой собак. Конь обезумел от укусов и неопытности всадника. Мальчик в любую минуту мог упасть ему под копыта. Я обернулась. Лицо Фергюса побелело, он не отрываясь смотрел вниз. Он сжал кулаки так, что костяшки пальцев побелели.

Конь споткнулся, и Алан вылетел из седла. Фергюс глухо застонал. К мальчику уже бежали слуги, отгоняя собак. Алана подняли, и я увидела, что он пришел в себя.

– С ним все будет хорошо, – сказала я спокойно. – Я осмотрю его, но мне кажется, он только ушибся. Переломов нет.

Фергюс перевел дыхание. На его лбу блестели капельки пота.

– Вы любите его как своего сына, – подумала я вслух.

Он на мгновение насторожился, подозрительно глядя на меня, потом вздохнул и молча кивнул мне.

Я побежала вниз, забыв о «Кентерберийских рассказах». Алан действительно не пострадал. Отделался испугом и несколькими синяками. Зато пострадал сельский священник, отец Брайан. Он тоже повстречал на своем пути эту свору, и одна из собак тяпнула его за ногу. Он важно шел мне навстречу, и из разорванной рясы виднелась мясистая розовая нога со следами основательного укуса. Я, сдерживаясь, чтобы не хихикнуть, предложила ему пройти в мой кабинет, чтобы промыть рану.

– Прочь, недостойная женщина, – возопил отец Брайан вместо благодарности. – Чтобы слуга Господа обнажил свое тело перед распутницей! Не бывать этому!

– Но у вас будет заражение крови, если не промыть рану. У собак очень грязные зубы, – попыталась я призвать его к здравомыслию.

– Не пытайся соблазнить святого человека, вавилонская блудница! Изыди, сатана. – Он поспешно перекрестился.

– Не за что, заходите еще, – сказала я и удалилась, чтобы не раздражать беднягу.

Глава девятая

ВЕДЬМА

К визиту герцога Сандринхэмского готовились еще с большим размахом, чем к церемонии присяги. Весь замок, как водится, стоял на ушах. А я пыталась подготовиться к мысли, что я останусь без Джейми почти на две недели – на все время герцогской охоты. Мне предстояло остаться одной, и я никак не могла в это поверить.

Герцог приехал с двухдневным опозданием, заставив всех изрядно поволноваться. Как выяснилось, у дорожной кареты отлетело колесо, и его светлость вынужден был провести два дня в грязной харчевне, пока колесо ставили на место. Я ожидала увидеть эдакого вальяжного светского льва, как их обычно описывают в исторических романах, но моему взору предстал невысокий, очень упитанный человечек с заметной лысиной и блестящими темными глазами. Он был очень подвижным и бойким и до смешного походил на резиновый мячик.

В честь герцога Фергюс закатил такой пир, о которых я даже в книжках не читала. Миссис Скотт по такому случаю приготовила для меня праздничный наряд – золотистое шелковое платье, ленты в тон и даже тонкие чулки вместо обычных шерстяных. Она расставила на моем столике какие-то подозрительные баночки, в которых я обнаружила румяна, рисовую пудру, краску для губ и палочки, чтобы подводить глаза. Все это я внимательно осмотрела и решила ограничиться только пудрой. Я не привыкла к такой примитивной косметике и ярким краскам. К тому же жизнь на природе в некотором смысле пошла мне на пользу. Я немного похудела, стала чувствовать себя более подтянутой, а на щеках образовался давно забытый естественный румянец. Все-таки свежий воздух и экологически чистые продукты – великая сила.

Разглядывая ряды блюд, уходящие в бесконечность, я подумала, что обратно герцога придется катить, если он попробует хотя бы по маленькому кусочку от всего, что было приготовлено. Карета определенно ни к чему, стоит только подтолкнуть, и он прекрасно покатится под горку. Страшно было подумать, сколько килограммов я наберу после этого ужина, но я не могла отказать себе в удовольствии попробовать форель в меду с миндалем, шотландскую куропатку с трюфелями и жареного фазана, фаршированного каштанами. Китайская кухня была забыта напрочь. Я высматривала еще какое-нибудь сногсшибательное кушанье, но тут за моей спиной раздался шум.

Артур Дункан, муж Айрис, задыхаясь, упал на пол. Он бился в судорогах и прижимал руки к горлу. Подавился чем-то, промелькнуло у меня в голове. Я вскочила и подбежала к нему.

– Переверните его на бок, – скомандовала я столпившимся вокруг нас.

Я почти сразу поняла, что он ничем не подавился. Что же тогда? Сердечный приступ? Инсульт? Пульс уже почти не прощупывался, он не дышал. Я пыталась делать искусственное дыхание, непрямой массаж сердца – бесполезно. Когда я наклонилась над ним в очередной раз, мне почудился странный горьковатый запах. И тут я все поняла, сопоставив синюшные губы, резкое удушье и запах горького миндаля. Цианид! Я подняла глаза на Айрис. Она смотрела на меня не отрываясь, и в ее глазах было: «Молчи!»

– Он мертв, – сказала я. – Думаю, сердечный приступ.

Смерть судебного исполнителя не помешала продолжению банкета… На другой день герцог отбыл на охоту в сопровождении лучших местных стрелков, лучших охотничьих собак, а также Джейми и Дугала. Джейми не слишком хотел общаться с его светлостью, памятуя прежний неудачный опыт, но другой возможности поговорить о его несправедливом обвинении не было.

Ночью накануне его отъезда я проснулась от внезапного холода. Я попыталась нащупать одеяло или Джейми, но не нашла ни того ни другого. Окончательно проснувшись, я села на кровати и увидела, что он стоит с одеялом в руках и смотрит на меня тоскливым взглядом.

– Что случилось? – испугалась я.

– Прости, я не хотел тебя будить. Я просто хотел еще раз посмотреть на тебя перед отъездом, чтобы запомнить твои черты. Не знаю, как я проживу без тебя эти дни. Мне больно оставить тебя и на минуту.

Я не знала, что ему ответить. Мое сердце странно сжималось при мысли, что я буду возвращаться по вечерам в эту пустую комнату, что я буду засыпать и просыпаться одна.

– Ты там поосторожнее с герцогом, – сказала я. – Он симпатичный парень, но не настолько.

– Да уж. – Он ухмыльнулся. – А ты не влезай в истории, пока меня нет. И прошу тебя, держись подальше от Айрис Дункан. Я знаю, вы с ней дружите, но она опасная женщина.

Ты и сам не знаешь, насколько опасная, подумала я, но ничего не сказала ему, чтобы не беспокоить.

36
{"b":"338","o":1}