ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Ну-ка, задницы! – кричал он, проводя свои знаменитые правые боковые по черным челюстям. Все остальное отошло для него на задний план – только серии ужасных быстрых ударов правой и левой.

– Я покажу вам, – ревел Малларган, – как связываться с чемпионом мира в тяжелом весе!

Тут один из воинов подкрался к нему сзади и изо всех сил ударил Малларгана дубиной по голове. «Железный кулак» оказался в нокауте впервые в жизни.

Тарзан, оседлавший высокую ветку на границе прогалины, был заинтересованным зрителем и правильно истолковал причину задержки Малларгана.

Это был второй положительный штрих, замеченный им в поведении одного из Тармангани и заставивший его более активно осмыслить нависшую над ними угрозу.

Смерть ничего не значила для него – если это не была смерть друга – ибо она являлась ежечасной реальностью джунглей; его психология была психологией зверя, живущего со смертью бок о бок и не очень задумывающегося над ней.

Но героическое самопожертвование не характерно для дикого зверя. Оно принадлежит исключительно людям. Это качество Тарзан мог понять и оценить. Оно образовало связь между этими двумя столь непохожими людьми и подняло Малларгана в глазах Тарзана выше бабанго, которых он считал своими естественными врагами. А ведь совсем недавно Малларган был рангом ниже бабанго, ниже Унго-шакала, ниже Данго-гиены.

Тарзан по-прежнему не чувствовал никаких обязательств перед этими людьми, которых он чуть было не бросил на произвол судьбы, однако теперь, принимая во внимание оказанную помощь, а может, желая позлить бабанго и разрушить их планы, он решил помочь Малларгану и Марксу.

Нкима в очередной раз пересек равнину, но теперь уже на широком смуглом плече Мувиро – вожде отряда вазири. Он опять верещал и бранился, и сердце у него было как у Нумы-льва. С высоты плеча Мувиро так же, как и с плеча Тарзана Нкима мог послать весь мир к черту, что он и делал.

Из медленно двигающегося грузовика Мелтон заметил вдали большую группу людей. Он остановился и взял бинокль.

Сфокусировав прибор на интересующем его объекте, он присвистнул.

«Будем надеяться, что они настроены дружелюбно», – подумал он. Один из слуг рассказал ему, что где-то в этих краях бесчинствуют бабанго, и то, что он увидел возле поверженного автомобиля, казалось, подтверждало эти предположения. Убедившись, что слуга, сидящий рядом с ним, держит карабин наготове, он включил двигатель.

Подъехав, он увидел, что отряд состоит из нескольких сот воинов, украшенных белыми плюмажами. Они изменили направление движения, чтобы перехватить его. Мелтон подумал, что ему следует разогнать грузовик и попытаться прорваться сквозь отряд. Ситуация нравилась ему все меньше. Отряд был явно экипирован для ведения боевых действий. Он приказал слугам приготовить оружие и в случае чего стрелять по его команде.

– Не стреляй в них, бвана, – сказал один из слуг, – иначе они перебьют нас. Они прекрасные воины.

– Кто это? – поинтересовался Мелтон.

– Вазири. Они не тронут нас. Мувиро встал перед грузовиком и поднял руку. Мелтон остановился.

– Откуда вы? – спросил вождь вазири. Мелтон рассказал об овраге и о том, что он обнаружил на его дне.

– Не видели ли вы других белых людей, кроме ваших друзей? – поинтересовался Мувиро.

– Вчера я видел белого человека, назвавшегося Тарзаном.

– Был ли он с теми двумя, когда их схватили?

– Не знаю.

– Следуйте за нами, – приказал Мувиро, – и разбейте лагерь на опушке. Если ваши друзья живы, мы вернемся вместе с ними.

Поведение Нкимы подсказало Мувиро, что Тарзан попал в беду. А полученная только что информация подсказывала, что его могли захватить или даже убить те же самые людоеды, которые захватили и двух американцев.

Мелтон наблюдал, как вазири удалялись быстрой походкой, затем завел двигатель и поехал следом…

Бабанго отсыпались в лагере после оргии и очнулись только в полдень. Настроение у них было отвратительное. Они не досчитались одной из жертв, многие потирали поврежденные челюсти и сломанные носы – результаты деятельности Малларгана.

Белые выглядели ненамного лучше. У Малларгана раскалывалась голова, у Маркса болело абсолютно все, и всякий раз, когда он вспоминал, что с ним сделают прежде, чем предадут смерти, ему становилось дурно.

– Они перебьют нам руки и ноги в четырех местах, – шептал он, – и будут вымачивать три дня, чтобы мы стали помягче!.. Гады!..

– Заткнись, – перебил его Малларган, – я стараюсь об этом не думать.

Тарзан, зная, что вазири на подходе, вернулся к опушке леса, чтобы встретить их.

Он понимал, что в одиночку, да еще днем, даже ему не под силу спасти американцев. Весь день бродил он у опушки леса в ожидании вазири, но безрезультатно. Тогда Тарзан бросился в лес и помчался высотной тропой к лагерю каннибалов, стремясь достичь его прежде, чем сумерки накроют лес темнотой.

На сей раз он приближался к лагерю с противоположной стороны, двигаясь вдоль неширокого ручья, в котором продолжали сидеть в воде оставшиеся жертвы. Около лагеря его ноздри уловили запах льва Нумы и львицы Сабор. Они бесшумно крались на запах человека. Хищники были очень голодны. Человек-обезьяна хорошо знал это, поскольку лев с пустым желудком пахнет иначе, чем с полным. Каждый дикий зверь знает это, поэтому не так уж редко можно увидеть сытого льва, спокойно проходящего сквозь стадо пасущихся травоядных.

Молчание и голод этих двух крадущихся хищников не предвещали ничего хорошего их будущим жертвам.

Дюжина воинов приблизились к Малларгану и Марксу. Они разрезали веревки и грубо поставили американцев на ноги. Затем потащили их в центр лагеря, где под большим деревом сидели вождь племени и шаман. Воины выстроились полкругом лицом к вождю, женщины и дети стояли за ними.

Американцев бросили на землю лицом вверх. По двое воинов навалились на их руки и ноги так, что те оказались распятыми на земле. С вершины дерева за этой сценой наблюдал почти обнаженный белый. Он взвешивал шансы американцев на спасение, но не собирался безрассудно жертвовать собой во имя их освобождения. Однако он видел не только пленных, позади костра за людьми следили две пары немигающих желто-зеленых глаз, кисточки двух нервных хвостов подрагивали. От устья ручья донесся жалобный стон, и львица повернула голову, но огромный лев с темной гривой продолжал внимательно вглядываться в толпу, собравшуюся в центре лагеря.

Знахарь встал и приблизился к двум жертвам. В одной руке он держал хвост зебры, украшенный перьями, в другой – тяжелую дубину. Увидев его, Маркс захныкал:

– Малыш, помоги, спаси меня, помешай им! Малларган бормотал полузабытую молитву. Шаман плясал вокруг них, размахивая хвостом зебры и бормоча ритуальную тарабарщину. Вдруг он нагнулся к Малларгану и занес тяжелую дубину над распятым человеком. Но тут Малларган, чемпион мира в тяжелом весе, собрав все свои силы, рывком освободился от кучи воинов и вскочил на ноги. Всей силой своих мускулов, всем весом своего тела он нанес шаману такой удар в подбородок, которого не видывал ни один ринг мира. Шаман рухнул на землю со сломанной челюстью и лишился чувств. Раздались вопли разгневанной толпы дикарей, и через секунду они набросились на Малларгана.

Львица приблизилась к берегу ручья и протянула когтистую лапу к голове женщины – одной из несчастных жертв бабанго. Бедная женщина в ужасе вскрикнула, львица злобно зарычала, замахнувшись лапой. Охваченные ужасом, бабанго повернули головы на этот звук, и в ту же секунду их атаковал лев, потрясая окрестности громоподобным рычанием. Дикари дрогнули и в панике бросились прочь, оставив на произвол судьбы и пленников, и шамана.

Все это произошло столь неожиданно, что лев оказался над Малларганом прежде, чем тот успел вскочить на ноги. Какое-то мгновение громадный зверь стоял, глядя вниз на распростертого, парализованного страхом человека, не отводящего взгляда от его немигающих глаз. Человек чувствовал его зловонное дыхание, видел желтые клыки и слюну, стекающую с них. Но он увидел еще кое-что, удивившее и потрясшее его. Он увидел Тарзана, спрыгнувшего с дерева прямо на спину чудовища. Малларган вскочил на ноги. Он собрался было бежать, но продолжал стоять в зачарованном оцепенении, ожидая, когда зверь растерзает человека. Маркс тоже поднялся и теперь пытался вскарабкаться на дерево, цепляясь за толстенный ствол в припадке страха. Львица вытащила из ручья женщину, крики которой заглушали все остальные звуки, и понесла ее в лес.

6
{"b":"3380","o":1}