ЛитМир - Электронная Библиотека

– Забери эту штуку у него, Джемнон! – закричал Томос. – Это опасное оружие в руках врага! Тарзан положил лук на стол.

– Разве атнеяне воют таким оружием? – спросил он.

Джемнон отрицательно покачал головой.

– Мы не знаем людей, которые пользовались бы таким оружием, – ответил он.

– Тогда вам должно быть ясно, что я не житель Атны, – заявил Тарзан, глядя прямо в глаза Томосу.

– Не имеет никакого значения, откуда ты пришел, – воскликнул Томос. – Ты враг.

Человек-обезьяна пожал плечами, но сохранил спокойствие. Главное – он добился своего: он убедил их обоих в том, что он не житель Атны. К тому же ему удалось вызвать интерес к себе у младшего офицера, Джемнона. Что-то должно из этого получиться, но что – он и сам не знал.

Джемнон близко подошел к Томосу и начал что-то шептать ему на ухо, по-видимому имеющее отношение к Тарзану. Хозяин леса не слышал, что говорил Джемнон. Начальник слушал бесстрастно. Было очевидно, что он не согласен с доводами своего подчиненного.

– Нет, – сказал он, когда тот кончил говорить. – Я не уполномочен принимать такие решения. Жизнь королевы слишком дорога, чтобы рисковать, предоставляя этому парню свободу. Мы закроем его на замок на ночь, а завтра утром решим, что с ним делать. – Он повернулся к воину: – Посади-ка этого парня в камеру с дверью покрепче, да смотри, чтобы он не убежал.

Затем он встал и в сопровождении младшего офицера направился к выходу.

Когда они ушли, воин, под чью опеку был оставлен Тарзан, поднял лук и стал внимательно рассматривать его.

– Как эта штука называется? – спросил он.

– Лук, – ответил человек-обезьяна.

– А это?

– Стрелы.

– А ими можно убить человека?

– Я убивал ими людей и львов, буйволов и слонов, – ответил Тарзан. – Разве ты не хочешь научиться пользоваться ими?

Тарзан сознавал, что малейшее чувство симпатии, возникшее к нему у кого-либо в этой комнате, может впоследствии пригодиться. Однако сейчас он не думал о побеге. Эти люди и Город Золота вызывали слишком большой интерес, и ему не хотелось покидать их, не узнав о них как можно больше.

Воин держал в руках лук. Было видно, что ему очень хочется овладеть этим странным оружием, но в то же время он боится нарушить приказ офицера. Тарзан догадался, что нужна его помощь.

– На это уйдет совсем немного времени, – сказал Тарзан. – Давай-ка я тебе покажу.

Все еще сомневаясь, воин протянул лук, и Тарзан взял другую стрелу.

– Держи лук и стрелу вот так, – показал ему Тарзан и вручил заряженный лук воину. – Скажи своим людям, чтобы посторонились, потому что первый выстрел может быть неудачен. Прицелься в голову льва так, как делал это я. Теперь оттяни тетиву насколько можешь.

Могучий, прекрасно сложенный воин силился натянуть тетиву, но лук, из которого Тарзан стрелял без малейших усилий, не поддавался. Когда он отпустил тетиву, стрела пролетела несколько футов и упала на пол.

– В чем дело? – удивился воин.

– Стрельба из лука требует постоянных упражнений, – пояснил человек-обезьяна.

– Это какой-то фокус, – настаивал воин, – покажи, как ты стреляешь сам.

Другие воины, наблюдавшие эту сцену с неподдельным интересом, перешептывались между собой, а потом высказались открыто.

– Чтобы согнуть эту палку, нужен сильный человек, – заявил один из них.

– Алтидес очень силен, – сказал другой.

– Но его силы недостаточно.

Алтидес, которого офицеры назначили старшим, внимательно наблюдал, как легко Тарзан натянул тетиву, и эта легкость восхитила его. Остальные воины смотрели на Тарзана с таким же восхищением, и, после того как вторая стрела впилась в голову льва рядом с первой, прозвучали их одобрительные возгласы.

Алтидес смущенно почесал затылок.

– Я должен теперь запереть тебя, – сказал он, – не то старый Томос повесит мою голову на стене дворца. Скажи, для того чтобы согнуть эту палку, которую ты называешь лук, действительно не требуется никаких фокусов?

– Абсолютно никаких фокусов, – заверил его Тарзан. – Сделай сам более легкий лук, чтобы ты смог натянуть его, или принеси материал, и я сделаю лук для тебя.

– Отлично, – воскликнул Алтидес. – Теперь идем, я закрою тебя.

Воин провел Тарзана через двор к другому строению, где он был помещен в комнату. При свете факела, который держал в руках его провожатый, Тарзан увидел, что в комнате есть еще кто-то. Затем дверь закрылась, и Тарзан остался наедине с непроглядной темнотой ночи.

Впрочем, это было не совсем так, и, хотя он не видел своего соседа, слышно было чье-то дыхание.

С кем на этот раз свела его Судьба?

ГЛАВА VI

Несмотря на непроницаемую тьму, Тарзан сразу же приступил к обследованию тюрьмы. Прежде всего он наощупь прошел к двери и удостоверился, что она сделана из крепких досок. Чуть выше уровня глаз он нащупал маленькое квадратное отверстие. С внутренней стороны не было ни замка, ни щеколды. Неизвестно было, как дверь запирается снаружи.

Наконец узнав о двери все, что было возможно в этой ситуации, Тарзан медленно пошел вдоль стены, осторожно ощупывая каменную кладку. Между тем дыхание его соседа по камере становилось все слышнее. Изучая помещение, Тарзан постепенно приближался к своему товарищу по несчастью.

В противоположной от двери стене Тарзан обнаружил маленькое, расположенное высоко над головой окно. Стояла такая темная ночь, что невозможно было определить, куда выходит это окно – во двор или в другое помещение. Но самое главное – его невозможно было использовать для побега, так как оно было слишком узкое, чтобы пропустить через себя тело взрослого человека.

Исследуя это окно, Тарзан приблизился к углу, где сидел человек, и теперь он отчетливо услышал какое-то движение. Дыхание компаньона стало чаще, как будто он начал сильно нервничать. Наконец в темноте прозвучал голос:

– Что ты делаешь?

– Изучаю камеру, – ответил Тарзан.

– Ты только навредишь себе, если ищешь путь к побегу, – сказал голос. – Тебе не удастся выбраться отсюда до тех пор, пока они не откроют дверь. Я тоже пытался выйти на свободу, но это невозможно.

Тарзан не отвечал. Впрочем, говорить было не о чем. К тому же Тарзан говорил редко даже тогда, когда у других было множество тем для разговоров. Он продолжал исследовать комнату. Изучив последнюю стену, он понял, что его сосед был прав. Это была маленькая четырехугольная каменная дыра, с одной стороны которой вдоль стены тянулась длинная скамейка, а с другой были дверь и небольшое окно.

Тарзан прошел в дальний угол комнаты и присел на скамейку. В этом каменном мешке было холодно и сыро, к тому же ему хотелось есть, однако страха он не испытывал. Он перебирал в памяти малейшие детали всего происшедшего с ним и мечтал, чтобы утро освободило его от этого кошмара. Его пронзила мысль: возможно, он сделал ошибку, не попытавшись вырваться на свободу, прежде чем воины Золотого Города заперли его в темницу, из которой, кажется, ему вообще не выбраться. Эта мысль не давала ему покоя. Как и все звери, он ненавидел плен. Однако он в тюрьме и вырваться на свободу невозможно. Остается только лучше воспользоваться своим настоящим положением. Придет такой день, когда его все же освободят или откроют темницу, и тогда, несмотря на то, что их намерения по отношению к нему будут продиктованы дружелюбием, он воспользуется малейшей возможностью, чтобы убежать.

Человек, сидевший в углу комнаты, снова обратился к нему.

– Кто ты? – спросил он. – Когда они привели тебя сюда, при свете факелов я увидел, что ты не из Катны и не из Атны.

Голос человека был грубый и хриплый, судя по тону, он скорее требовал ответа, чем просил его. Такой тон был неприятен Тарзану, и он промолчал.

– В чем дело? – прорычал его товарищ по камере. – Ты что, немой? – В его голосе отчетливо слышалось раздражение.

– Я не глухой, – ответил человек-обезьяна. – Почему ты кричишь на меня?

Компаньон молчал всего несколько секунд, затем заговорил снова, но совершенно другим тоном.

8
{"b":"3382","o":1}