ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Тарзан встал на поручни, на мгновение замер, затем прыгнул далеко вперед и нырнул в лагуну.

Люди бросились к поручням посмотреть на него. Тарзан вынырнул, затем развернулся и исчез в глубине. Через некоторое время над водой показалась его голова.

– Здесь достаточно глубоко, – прокричал он на корабль.

Патриция Ли-Бердон сняла с себя спасательный пояс, залезла на поручни и прыгнула вниз, головой вперед. Когда она вынырнула, то обнаружила рядом с собой Тарзана.

– Излишне спрашивать, умеете ли вы плавать, – произнес он.

Девушка улыбнулась.

– Я останусь здесь и помогу вам принять остальных, – заявила она.

Следующей, стараясь не удариться о край рифа, прыгнула Джанетт Лейон, прыгнула, как умела.

Тарзан подхватил ее прежде, чем она коснулась поверхности воды.

– Плавать умеете? – спросил он.

– Нет, – созналась Джанетт.

– Вы очень храбрая девушка, – сказал Тарзан и поплыл, поддерживая Джанетт, к шлюпке, где помог ей взобраться на борт.

К тому времени на судне началась операция по транспортировке чрезвычайно разгневанной и протестующей миссис Ли, которую усадили на сооружение, напоминающее детские качели и стали спускать вниз. Когда она достигла поверхности лагуны, ее уже ждал Тарзан.

– Молодой человек, – обрушилась она на Тарзана, – если со мной что-нибудь случится, будете виноваты вы.

– Замолчите, – прикрикнул Тарзан.

Вероятно, никогда еще в жизни с Пенелопой Ли не говорили тоном, не терпящим возражений, который не только поразил ее, но и привел в смиренное состояние. Миссис Ли послушно сползла в руки Тарзана. Он подплыл вместе с ней к плоту и подсадил, ибо влезть на плот было легче, чем в спасательную шлюпку.

Тарзан поплыл назад к пароходу. Тросы продолжали висеть над самой водой. Он уцепился за трос и, перебирая руками, взобрался на палубу. Люди один за другим прыгали или ныряли с поручней. Тарзан остановил их.

– Мне нужны десять-пятнадцать добровольцев для очень опасной работы, – сказал он. – Нужны храбрые ребята.

– Что вы собираетесь делать? – спросил Боултон.

– Теперь, когда остальные благополучно добрались до берега, я собираюсь освободить животных, – ответил человек-обезьяна, – и заставить их прыгнуть в воду.

– Но позвольте, – вскричал полковник Ли, – многие из них – опасные хищники.

– Их жизни столь же важны для них, как и наши для нас, – ответил Тарзан, – и я не намерен оставлять их здесь на голодную смерть.

– Ну да, ну да, – согласился полковник, – но, может, их лучше ликвидировать. Это был бы наиболее гуманный способ.

– Я же не предлагал ликвидировать вашу жену или друзей, – возразил Тарзан, – и я никому не позволю ликвидировать моих друзей!

– Ваших друзей? – переспросил полковник.

– Да, моих друзей, – ответил Владыка джунглей, – или, может, лучше будет сказать – моих соплеменников. Я был рожден и воспитан среди них. Человека я не видел ни разу, пока не подрос, а белого человека впервые повстречал, когда мне стукнуло двадцать лет. Так найдутся добровольцы, чтобы помочь мне спасти их?

– Клянусь Юпитером! – воскликнул полковник. – Предложение, разумеется, рискованное. Я с вами, молодой человек.

Де Гроот, Боултон, Тиббет, Крауч, люди из экипажа «Наяды» и несколько китайцев вызвались помочь ему, а также трое смотрителей-индусов, нанятых Краузе для ухода за животными.

Пока те, кто не решился остаться с ним, покидали судно, Тарзан выпустил орангутангов. Он разговаривал с ними на их языке, и они льнули к нему, словно испуганные дети. Затем провел людей на нижнюю палубу и открыл большие двойные двери в борту судна, через которые осуществлялась погрузка всех крупных животных.

Первыми он освободил трех индийских слонов, поскольку те были понятливы и хорошо выдрессированы. Тарзан попросил одного из индусов, погонщиков слонов, сесть на самого большого и направить в лагуну, как только волна накроет риф. Последовала короткая схватка с животным, прежде чем того вынудили погрузиться в воду, но стоило первому слону поплыть, как остальные два последовали за ним без особого принуждения. Потом были выпущены африканские слоны. Это были дикие животные, гораздо более опасные и непослушные, но стоило их вожаку увидеть индийских слонов, плывущих поодаль, как он ринулся в лагуну следом за ними, и его собратья последовали его примеру.

Тарзан с помощниками подтаскивали одну за другой клетки со львами и тиграми к проему, открывали двери и опрокидывали клетки, вываливая зверей за борт. Животных поменьше выгружали подобным же способом. Это была долгая и трудная работа, но наконец она завершилась, и остались только змеи.

– Ас ними что делать? – спросил Боултон.

– Гиста, то есть змея, мой заклятый враг, – ответил Тарзан. – Ее мы ликвидируем.

Они стояли в проеме и наблюдали за зверями, плывущими к берегу, откуда, согласно приказу капитана, уже возвращались к кораблю пустые шлюпки и плоты.

Вдоль линии берега тянулась узкая отмель, за которой начинались густые джунгли, плавно поднимающиеся вверх к подножию вулканических гор, поросших растительностью, гор, которые служили подходящим фоном для дикого и неприветливого пейзажа.

Люди с корабля жались друг к другу на берегу, наблюдая за приближением зверей. Но животные, выскочив на сушу, стремглав бросались в джунгли. Лишь один из слонов обернулся, издавая трубный зов, да еще лев зарычал то ли в знак вызова, то ли в знак благодарности, кто знает. А когда вокруг них сомкнулись джунгли, звери начали новую жизнь в незнакомом мире.

Большинство матросов вернулось на корабль с плотами и шлюпками, и остаток дня был проведен в доставке на берег судовых запасов.

Матросы работали в течение двух дней, снимая с парохода все, что могло еще пригодиться, и пока половина отряда занималась переправкой на берег необходимых предметов, другая половина вырубала площадку в джунглях, где предполагалось разбить постоянный лагерь. Они выбрали это место из-за протекавшего здесь ручья с пресной водой.

На третий день, когда работа была почти завершена, на вершине скалы, примыкавшей к берегу с юга, появилась не замеченная никем группа людей человек в двенадцать и стала разглядывать с высоты лагерь. Укрытые растительностью, они наблюдали за пришельцами, прибывшими на их остров впервые за много-много лет.

XI

Люди, изучавшие потерпевших кораблекрушение с «Сайгона», были воинами. Их одежду составляли набедренные повязки. Концы ткани, свисавшие сзади, были искусно расшиты цветными нитками или украшены перьями. Плечи покрывали прямоугольные накидки, на ногах обуты сандалии, изготовленные из кожи животных. Головы венчали уборы из перьев, а на одном из воинов перья составляли сложный мозаичный рисунок. Одежду этого воина дополняла отделка из нефрита, а пояс и сандалии были усыпаны нефритом и золотом, как и браслеты на руках и ногах. Резные украшения, вдетые в нос, губу и мочки ушей, тоже были сделаны из нефрита. Весь парадный наряд этого человека отличался великолепием и не шел ни в какое сравнение с одеждой его товарищей, ибо Ксатл Дин принадлежал к знатному роду.

Коричневые лица людей покрывала татуировка, но татуировка Ксатл Дина была несомненно более вычурной. Вооружение группы составляли луки и стрелы, каждый воин имел по два колчана, а кроме того, по копью и праще для метания камней. Вдобавок к этому – длинный меч, изготовленный из твердой породы дерева. На лезвии меча через равные промежутки были сделаны вкрапления из вулканического стекла. Для обороны они носили деревянные щиты, обитые шкурой зверей. Понаблюдав некоторое время за чужаками, воины растворились в джунглях.

На берег доставили карты и морские приборы, и в полдень капитан Боултон попытался установить местонахождение острова. Но, приступив к решению этой задачи и изучив карту, он обнаружил, что в радиусе нескольких сот миль нет никакой суши.

– Наверное, я ошибся в расчетах, – сказал он де Грооту, и они вместе принялись проверять и перепроверять данные, но всякий раз результат оставался прежним – они находились где-то в центре южной части Тихого океана, в сотнях миль от земли.

11
{"b":"3386","o":1}