ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Зутеб и Эллен! – объявил он. – Отныне вы муж и жена.

– Что происходит? – спросил д'Арно.

– Старый черт женил Эллен и Зутеба, – ответил Брайен, выругавшись. – А мы сидим здесь в клетках как дикие звери и ничем не можем ей помочь. Вы не можете себе представить, что это значит для меня, ее брата!

– А вы не знаете, что это значит для меня, Брайен, – сказал д'Арно. – Я люблю ее.

XIX

ПОЕДИНОК

Тетан, Тарзан, Грегори, Лавак и Магра предстали перед королем Хератом. Вокруг трона короля стояли воины с черными перьями и рядом с ними сидела королева Ментеб. Херат был крупным мужчиной с черной бородой и выбритой верхней губой. Его лицо было суровым, заносчивым и жестоким. Он посмотрел на Тетана.

– Ты знаешь законы Тобоса, – сказал он, – и, однако, ты осмелился привести сюда чужих. Даже мой племянник не имеет права нарушать законы Тобоса. Что можешь ты сказать в свое оправдание?

– На меня напало чудовище рядом с Тиен-Бака, – объяснил Тетан. – Я погиб бы, если бы не этот человек, Тарзан. С риском для своей жизни он убил чудовище и спас мне жизнь. Когда я узнал, что его спутники были врагами Эшера, я постарался помочь им, потому что я был многим обязан Тарзану. Я думал, мой король, что ты будешь чувствовать то же, что и я. Может быть, они и чужестранцы, но они не враги – они мои друзья; и мои люди, и мой король должны принять их как друзей.

Гнев Херата несколько поутих, и он задумался.

– То, что ты сказал мне, уменьшает твою вину, – сказал он, – и я прощаю тебя, но факт остается фактом. Они чужестранцы и должны быть уничтожены. Однако благодаря необычным обстоятельствам я буду милостив и дам им шанс на спасение. Их жизни будут зависеть от трех условий: во-первых, один из них должен на арене убить эшерского воина, во-вторых, один из них должен на арене убить дикого льва, и, в-третьих, они должны достать для меня Отца бриллиантов из дворца Эшера.

Тетан повернулся к Тарзану.

– Прости меня, друг, – сказал он, – что я привел тебя сюда умереть. Вы заслужили лучшую участь.

– Мы еще не умерли, – возразил человек-обезьяна.

– Передайте девушку женщинам. Они проследят, чтобы с ней ничего не случилось, – сказал Херат. – Посадите мужчин за решетку, пока я не пошлю за одним из них, чтобы встретился с эшерским воином. Уведите их.

Воины повели Тарзана, Грегори и Лавака в камеру и приковали к стене. Место это было сырое и холодное, а на полу не было и соломинки, на которую можно было бы лечь.

– Гостеприимная страна, – заметил Лавак.

– По крайней мере, король не лишен чувства юмора, – сказал Тарзан.

– Это написано на его физиономии, – заметил Грегори.

– Один из нас, может быть, и справится с эшерским воином, – размышлял Лавак, – но вряд ли кто-нибудь одолеет дикого льва. Итак, нас осталось трое. Интересно, кто же будет следующим.

– Что же стало с Магрой? – спросил Грегори.

– Старик Херат не мог оторвать от нее глаз, – сказал Лавак. – Держу пари, что он знает, где она.

– Они передали ее женщинам, – сказал Тарзан. – Надеюсь, Тетан сможет помочь ей.

– Она будет нуждаться в этом, – заметил Лавак, – и может так статься, что никто ей не поможет.

***

Атан Том и Лал Тааск сидели в уютной комнате вместе с Акаменом в Эшере. Если справедливо, что преступление карается смертью, то, очевидно, произошла ошибка, так как Том и Лал Тааск, казалось, получали от жизни одни удовольствия.

– Для вас очень важно, что я имею влияние на королеву, – сказал Акамен. – Иначе вы бы оба жили в клетках дворца Брулора. И я смею уверить вас, это место не из приятных.

– Мы многим обязаны вам, друг, – ответил Атан Том.

– Придет время, когда вы сможете отплатить мне свой долг, – сказал Акамен. – Вы вспомните тогда то, о чем я вам говорил.

Атан Том кивнул.

– Да, – сказал он, – что вы двоюродный брат королевы и станете королем после ее смерти.

– Совершенно верно, – сказал Акамен, – но самое важное для вас в том, что если бы я был королем, вашим жизням не угрожала бы никакая опасность, если бы вы захотели, вы смогли бы вернуться в вашу страну.

– Только с вашего согласия, благороднейший Акамен, – уверил его Атан Том. – Я уверен, что это можно будет сделать самым лучшим образом.

***

Грегори и Лавак, проснувшись утром после ужасной ночи, не могли разогнуть от холода ни рук, ни ног. Тарзан, привыкший к трудностям такого рода, чувствовал себя гораздо лучше.

– Боже, ну и ночь! – проворчал Грегори. – Если бы те, кто строили это место, доставали материал из всех геологических образований земной коры, и то они не смогли бы найти камни жестче, чем эти куски застывшей лавы.

– И холоднее, – добавил Лавак. – Как вы думаете, можно отсюда бежать? Я бы пошел на какой угодно риск, лишь бы не оставаться здесь. Не можем ли мы напасть на них, когда нам принесут еду?

– Спокойно! – предостерег Тарзан. – Кто-то идет. Остальные ничего не слышали. Только острый слух человека-обезьяны мог уловить едва слышный звук шагов по каменному полу коридора, ведущего в камеру. Через минуту-две в замке повернулся ключ, и в камеру вошли три воина.

– Один из вас должен сразиться с эшерианцем, – сказал один из них. – Он гигант, знаменитый убийца. Если он будет побежден, а наш воин несомненно победит, то одному из вас даруют свободу. Кто из вас желает быть убитым в первую очередь?

– Разрешите мне, – сказал Лавак. – Я готов лучше умереть, чем оставаться здесь.

– Нет, – сказал Грегори. – Лучше я. Я стар.

– Пойду я, – сказал Тарзан. – И я не буду убит. Воины рассмеялись.

– Хвастай, пока можешь.

Они провели Тарзана к маленькой арене, вокруг которой находились дворцовые здания. С одной стороны была расположена галерея для зрителей, где восседали король Херат и королева Ментеб со своими придворными.

Тарзан бросил взгляд в ту сторону и увидел, что Тетан тоже был там. Стража из воинов с перьями стояла около короля и королевы, а в конце галереи находился барабан. Когда Тарзан стоял, ожидая, в центре арены, музыканты поднесли инструменты к губам и раздались звуки фанфар. Через узкий дверной проход, который находился внизу под королевской ложей, на арену вышел огромный мужчина.

– Удачи тебе, Тарзан! – крикнул Тетан.

– Она понадобится ему, – сказал Херат. – Ставлю тысячу против одного, он умрет.

– Принято, – сказал Тетан.

Эшерианец подошел к Тарзану и начал кружиться вокруг него, высматривая незащищенное место.

– Я убивал таких людей, как Мемет, – хвастался он. – Я с удовольствием убью и тебя.

Тарзан только зарычал, как он привык это делать в пору своей ранней молодости, но это рычание удивило эшерианца, потому что это было рычание льва. Это несколько подействовало ему на нервы, и он решил расправиться с Тарзаном как можно скорее, поэтому он приближался, собираясь обхватить своего противника мощными руками. Так он сокрушил Мемета, сдавив ему грудную клетку так, что ребро проткнуло тому сердце. Тарзан позволил ему применить свою знаменитую тактику. Эшерианец приложил всю свою громадную силу, но мощная грудь Тарзана не поддалась. Он был удивлен. Это невероятно. Затем Тарзан с рычанием стал подбираться к горлу врага, чтобы впиться в него зубами. Эшерианец пришел в ужас. Он быстро бросил Тарзана и отступил.

– Кто ты? – закричал он. – Человек или зверь?

– Я Тарзан-обезьяна. Я убиваю! – воскликнул человек-обезьяна.

Как крыса, загнанная в угол, в ужасе от предстоящего, эшерианец стал наступать, опустив голову, и тогда Тарзан отскочил в сторону и оступился. Эшерианец схватил его и повалил на землю, он подскочил в воздух, чтобы упасть на своего распростертого врага всем телом и сокрушить его.

Из королевской ложи раздался крик:

– Я выиграл! – кричал Херат.

– Может быть, – согласился Тетан. – Но пока смотрите!

Пока эшерианец совершал свой прыжок, Тарзан перевернулся на другую сторону, и тот грузно повалился на землю. Оба одновременно вскочили на ноги, и эшерианец, выхватив нож, бросился на Тарзана. Он нарушил правила, но был слишком напуган, чтобы думать об этом. Единственным его желанием было убить человека-зверя.

23
{"b":"3391","o":1}