ЛитМир - Электронная Библиотека

– И это все, что ты знаешь о Тарзане? – спросил Ом-ат.

– Все, – подтвердил пленник. – Могу только добавить, что тот, кого называли Лу-доном, сильно разгневался. Он сказал, что Тарзан самозванец, которого нужно вывести на чистую воду и казнить. Я знаю это по слухам. А теперь, вождь Кор-ул-я, отпусти нас.

Ом-ат кивнул.

– Идите, – сказал он. – Аб-он, пошли воинов, которые будут охранять их до самого Кор-ул-лула. А ты, И-ор-дон, пойдешь со мной.

Ом-ат повел его на вершину скалы, где показал на долину Яд-бен-ото, в сторону города А-лура, сиявшего в лучах восходящего солнца.

– Тарзан там, – сказал Ом-ат, и И-ор-дон понял его.

ГЛАВА XIII

Тарзан бежал из храма, однако из А-лура уходить не собирался, поскольку не выяснил вероятность пребывания в городе своей жены. Но как отныне находиться в городе, где каждый его хорошо знал и мог пуститься в погоню?

Единственное место, где можно было на время укрыться, – запретный сад короля. Там рос густой кустарник, в котором мог спрятаться человек.

Истинное дитя джунглей, Тарзан обладал способностью всюду проникать незамеченным, но как пробраться через открытое пространство, где ходят люди, оставалось неясным.

– Велик и силен Тарзан в своих родных джунглях, – сказал он себе, – но в городе людей он ничем не лучше их.

Пользуясь своим обонянием, Тарзан определил что может достигнуть запретного сада по подземным ходам и коридорам. Совсем иное дело, нежели идти по открытому месту.

Итак, в десяти шагах от храма он исчез из виду, спустившись по ступеням в подземный коридор. И хотя ходов там было много, Тарзан уверенно шел по следу, который оставил еще утром, возвращаясь из сада.

Он не боялся каких-либо неожиданных встреч, ибо знал, что все жрецы собрались в зале, чтобы присутствовать на суде. С этой мыслью он шел преспокойно по коридорам, как вдруг за поворотом лицом к лицу столкнулся со жрецом.

Тарзан среагировал мгновенно, и жрец упал, пронзенный острым ножом. Тарзан оттащил тело жреца в каморку, из которой тот, судя по всему, и вышел.

У Тарзана моментально созрел план, каким образом обмануть врагов. Положив жреца на пол, человек-обезьяна снял с него головной убор и отрубил хвост. Затем отрезал полоску от львиной шкуры, привязал к верхней части хвоста и прикрепил его в надлежащем месте. Надел на голову головной убор жреца и вышел из каморки – ни дать ни взять вылитый жрец.

Еще ранее он обратил внимание на распространенную среди хо-донов и ваз-донов манеру держать кончик хвоста в руке и теперь сделал то же самое, чтобы безжизненно повисший за спиной хвост не вызывал подозрений.

Пройдя по коридору, он вышел, наконец, на открытое пространство, где встретил воинов и рабов. Те не обратили на него никакого внимания, и он без приключений добрался до запретного сада. Здесь он остановился, бросив беглый взгляд на красоты ухоженной природы за оградой.

К облегчению Тарзана, в саду вроде никого не было. Он крадучись двинулся вдоль стены, пока не обнаружил кустарник, столь густой, что мог укрыть добрый десяток человек. Забравшись туда, он стал ждать, что еще уготовила ему судьба. Вскоре послышались голоса людей, перекликавшихся между собой, и Тарзан догадался, что разыскивают его.

Он притаился, сжав в руке головной убор жреца, и тут же почувствовал, что не один. К нему приближались шаги босых ног. Осторожно раздвинув ветки, он увидел, что это была принцесса О-ло-а, которая в одиночестве прогуливалась в саду. У девушки был грустный, задумчивый вид, в глазах ее стояли слезы. В следующую минуту Тарзан уловил приближение еще чьих-то шагов, на этот раз мужских. Человек ступал уверенно и быстро. Он приблизился к принцессе, и Тарзан увидел жреца. Следом за ним подошли еще несколько.

– Принцесса, – сказал один из них, – незнакомец, который называл себя сыном бога, только что сбежал из храма, где его разоблачил верховный жрец. Его разыскивают по всему городу, а нас прислали обыскать запретный сад, поскольку король сказал, что обнаружил его здесь утром, хотя непонятно, как ему удалось проскользнуть мимо стражи.

– Его здесь нет, – сказала О-ло-а. – Я давно гуляю в саду, и никого не встретила. Однако, если угодно, можете искать.

– Нет, – сказал жрец, – в этом нет необходимости. Если бы он появился здесь, вы бы со стражей обязательно его заметили, либо его заметил бы жрец, присланный сюда ранее.

– Какой еще жрец?

– Тот, что пришел сюда до нас.

– Я не видела его.

– Наверное, вышел другим ходом.

– Ну да, конечно, – согласилась О-ло-а, – но все же странно, что я его не приметила.

Жрецы отвесили поклон и удалились.

– Глупые, как носорог Буто, – пробормотал Тарзан, считавший носорога самым тупым животным. – Таких перехитрить ничего не стоит.

Как только жрецы ушли, в саду послышались торопливые шаги.

– Пан-ат-лин! – удивилась О-ло-а. – Что случилось? На тебе лица нет!

– О, принцесса, – едва не разрыдалась рабыня. – Они чуть не убили его, этого незнакомца, который называл себя сыном бога!

– Но ведь он бежал. Ты там была, расскажи мне обо всем.

– Лу-дон найдет его и казнит. Тот человек запрыгнул на стену храма с легкостью пушинки. Они ищут его. О, принцесса, что если его поймают? Я молю бога, чтобы его не схватили.

– С какой стати молить бога за богохульника, который заслужил смерть?

– Но ведь ты его не знаешь!

– А ты? – мгновенно спросила О-ло-а. – Ты пыталась обмануть меня утром. Рабыни не смеют так поступать. Значит, это тот самый Тарзан Яд-гуру, о котором ты рассказывала? Говори правду, женщина!

Пан-ат-лин выпрямилась, ее маленький подбородок гордо вздернулся вверх, ибо она была рангом не ниже своей госпожи.

– Пан-ат-лин никогда не лжет, чтобы выгородить себя.

– Тогда расскажи, что тебе известно о Тарзане, – допытывалась О-ло-а.

– Я знаю, что он удивительный человек и очень храбрый. Он спас меня от Тор-о-дона и от грифов, но об этом я уже говорила. Он действительно тот самый человек, который приходил сюда сегодня утром, и даже теперь я не уверена, что он не сын бога, храбрость его несравненна, как и его сила, благородство и доброта. Ведь он мог причинить мне зло, однако взял под свою защиту, мог бросить меня на произвол судьбы, а не бросил. Все это он сделал из дружбы к Ом-ату, вождю Кор-ул-я, женой которого я должна была стать, если бы не попала в плен.

– Да, он и впрямь выглядел необыкновенно, – проговорила О-ло-а, – и от других мужчин отличался не только внешне. Было в нем нечто такое, чего нет в мужчинах Пал-ул-дона.

– И разве не знал он все о Та-дене и о том, где он находится? – продолжала Пан-ат-лин. – Скажи мне, принцесса, дано ли простому смертному знать все это?

– Может, он видел Та-дена? – предположила О-ло-а.

– Но как он мог знать о твоей любви к Та-дену? – парировала Пан-ат-лин. – Говорю же, принцесса, если он и не бог, то все равно гораздо выше любого хо-дона или ваз-дона. Он шел по моему следу от пещеры Ис-сата до Кор-ул-грифа, где я пряталась, хотя с того времени, как я ступала босыми ногами по траве, прошло много времени. Какому смертному под силу такое? И где во всем Пал-ул-доне девушке найти себе защитника и друга среди мужчин?

– А может, Лу-дон ошибается? Может, он и есть бог? – произнесла принцесса, на которую произвело впечатление благородство незнакомца по отношению к Пан-ат-лин.

– Бог он или нет, но он слишком красив, чтобы умереть, – сказала Пан-ат-лин. – Как бы я хотела спасти его! Если он жив, то мог бы вернуть тебе Та-дена, принцесса.

О-ло-а вздохнула.

– Увы, слишком поздно. Завтра меня отдадут Бу-лоту.

– Это тот, кого приводил к тебе вчера твой отец?

– Да, этот урод с круглым лицом и с огромным животом! – с отвращением воскликнула принцесса. – Он настолько ленив, что не охотится и не сражается. Только ест и пьет и пристает к рабыням. Но пойди. Пан-ат-лин, собери мне этих прекрасных цветов. Я положу их сегодня себе в постель, чтобы навсегда запомнить аромат моих любимых цветов, которые, я уверена, не растут в селении Мо-зара, отца Бу-лота. Я помогу тебе, пусть их будет много-премного. Я люблю собирать их больше всего на свете. Это любимые цветы Та-дена.

20
{"b":"3398","o":1}