ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Академия Арфен. Отверженные
Думаю, как все закончить
Работа под давлением. Как победить страх, дедлайны, сомнения вашего шефа. Заставь своих тараканов ходить строем!
Цвет надежды
А тебе слабо?
От золота до биткойна
Тайна Анри Пика
С чистого листа
Почему мы так поступаем? 76 стратегий для выявления наших истинных ценностей, убеждений и целей
A
A

Но это было еще не самое худшее. Катастрофа разразилась, когда она начала открыто демонстрировать свои отношения с Китом: даже осталась однажды ночевать у него в мастерской, заметив, что за ними следят. Тогда-то отец и решил принять меры. Эмми мрачно подумала: а что, если бы она поступила так, как говорил Броди, – получила бы за три дня разрешение на брак?.. Что бы тогда сделал Марк Рид? Схватил ее где-нибудь на улице, сунул в машину и приволок в Ханиборн-Парк?

А тут еще этот Том Броди, целеустремленный и суровый юрист, не реагирующий даже на самые откровенные ее заигрывания!

Она сердито смахнула глупую непрошеную слезу и встала. Завтра необходимо ускользнуть от своего умного стража, чтобы успеть разыскать Кита первой. А сегодня они должны хорошо провести вечер – прогулки по городу, ужин при свечах… У нее будет неплохая возможность реабилитировать себя в его глазах.

Время, отведенное ей Броди для душа, она использовала, чтобы осмотреть выезд из отеля. Несомненно, другого шанса для побега ей не представится.

* * *

Броди снял пиджак и удобно расположился в шезлонге, наслаждаясь теплым светом заходящего солнца. Он посмотрел в стакан с pastis, [4]который держал в руках. В его мутноватой глубине, кажется, лежало решение всех проблем, связанных с Эмеральцой Карлайзл. Он поежился. Ради Бога, что он делает здесь, в Южной Франции, вместе со сбежавшей из дома папенькиной дочкой? Все это до боли напоминает какую-нибудь романтическую комедию сороковых годов с Кери Грантом в главной роли. Правда, ничего смешного в данной ситуации не было, по крайней мере с его точки зрения.

Он – серьезный юрист. Работает с серьезными людьми. И смотрит на свою работу очень серьезно. А этот вздор… и Эмеральда Карлайзл… ну кто может воспринимать ее всерьез? Но Броди уже знал – кто.

Он закрыл глаза. Что, черт побери, с ним происходит? Не в его привычках терять голову из-за смазливой девчонки. И все же что-то неладно. Это явствует из того, что сейчас они оказались вдвоем здесь, в Марселе, в одном номере отеля, тогда как здравый смысл подсказывал ему еще вчера, в ее квартире, позвонить Джералду Карлайзлу и сказать, где его дочь. Или еще раньше – из кафе, где они останавливались. Или просто развернуться и поехать назад в Ханиборн, когда он заметил, что она в его машине. Почему же он этого не сделал?

Он вдруг почувствовал аромат ее духов и вспомнил, как она таяла в его объятиях, вкус ее поцелуя…

Его пальцы стиснули стакан. Она этого не хотела, напомнил он себе. Ей просто необходимо было охмурить его, сбить с толку… и на время ей это удалось. Как она глядела на него своими огромными золотисто-зелеными глазами, когда пыталась извиниться… ему пришлось собрать всю волю, чтобы не заключить ее снова в объятия, а просто развернуться и уйти.

К черту все, надо было сразу отвезти ее к Фэрфаксу и покончить с этим прямо сегодня. Он привез ее сюда, чтобы задержать еще ненадолго, но не для ее пользы, а для себя. Потому что ему хотелось узнать ее получше. Понять, что ею движет. Ведь что-то должно быть? Броди мог поклясться, что от любви к Фэрфаксу она не умирает. А просто хочет сама поверить в это…

Стакан хрустнул в его руке, и жидкость выплеснулась на колени вместе с осколками.

Рядом немедленно появилась мадам Жерар, которая засуетилась вокруг него, осмотрела руку – нет ли порезов, – пока официант вытирал лужу на полу и убирал осколки. Но ничего страшного не случилось, пострадали только брюки. Броди отказался от другого стакана коктейля: искать решение проблем на дне стакана не в его правилах. Лучше позвонить в офис – нет ли каких-нибудь новостей от Марка Рида.

Но от Марка Рида новостей не было, зато Джералд Карлайзл звонил несколько раз.

– Очень хотел узнать, говорил ли ты с человеком по фамилии Фэрфакс, – сказала Дженни. – Полагаю, ты знаешь, что он имел в виду.

– Да, к сожалению. Ответ на его вопрос – нет. Я узнал, что он уехал на юг Франции, и завтра надеюсь наконец его найти. Это все. Что-нибудь еще?

– Мм… Он спрашивал, не видел ли ты его дочь. Я ответила, что мне ты ничего не говорил. – Она помолчала. – Все-таки ты просил меня заказать только один номер в отеле, я не ослышалась?

– Нет, Дженни, со слухом у тебя все в порядке.

– Я так и думала. Я просто поинтересовалась. И еще, что приключилось с твоей машиной? Ты так и не объяснил, зачем тебе пришлось одалживать малолитражный красный «фольксваген».

– Верно, Дженни, не объяснил. И если ты будешь продолжать выпытывать подробности, словно какой-нибудь сыщик, то ничего не узнаешь. Обещаю, ты об этом пожалеешь.

– Нет, не пожалею. Я позвоню Бетти и расспрошу ее.

– Бетти?

– Просто замечательная женщина. Она позвонила, чтобы поблагодарить тебя за возвращение машины и за очаровательные подарки. – Дженни снова помолчала. – И она еще кое-что передала для тебя. Просила сказать, что… нет, подожди секунду, я все записала, чтобы не перепугать… вот: «Карты предупреждают – не увлекайтесь внешней красотой». И еще: «Все окажется не тем, чем кажется на первый взгляд». Ты что-нибудь понимаешь?

– Не больше, чем все остальное, что приключилось на этой неделе, – с досадой ответил Броди. – Если она снова позвонит, спроси, не говорят ли карты чего-нибудь о мужчине по имени Кит Фэрфакс.

– Я не буду дожидаться звонка. Позвоню прямо сейчас. Или лучше мне перезвонить мистеру Карлайзлу и сказать, что его дочка уехала с тобой? Если, конечно, ему следует об этом знать.

– Я могу в любой момент найти себе новую секретаршу, Дженни, – сурово предупредил Броди. – Попрошу в агентстве, чтобы мне подобрали одну из тех длинноногих блондинок…

– А мне кажется, что «писк сезона» – это длинноногие рыжие. Передам от тебя привет Бетти, ты не против?

Вернувшись в номер, Броди обнаружил, что Эмеральда поняла его слова как предложение не очень торопиться с ванной. Он постучал в дверь спальни и услышал веселое «входите». На Эмми был длинный купальный халат, а вьющиеся волосы еще не просохли после душа.

Он остановился на пороге.

– Простите, я думал, вы уже оделись.

– Правда? – Она на минуту прекратила красить ресницы тушью и посмотрела в его сторону. И немедленно заметила темное пятно на колене. – Вы уже выпили свой коктейль?

– Не совсем. – Он прошел мимо Эмми в ванную. – Если я отдам вам брюки, вы не могли бы вынести их мадам Жерар? Она ждет за дверью и жаждет поскорее их выстирать и высушить.

Эмми положила кисточку для туши и последовала за ним к двери ванной. Пока Броди снимал с себя одежду, она попыталась заглянуть внутрь.

– Знаете, Броди, это очень интимное дело, конечно, – сказала Эмми. – Но вы уверены, что мой отец действительно предлагал вам ни перед чем не останавливаться, лишь бы помешать мне выйти за Кита?

– Ни перед чем не останавливаться? – Броди, откровенно говоря не помнил чтобы Карлайзл употреблял такую формулировку. – Звучит как крайняя мера.

– В крайних ситуациях необходимо принимать крайние меры. Как вы понимаете, Кит не его идеал зятя.

– Я уже заметил. – Броди, завернувшись в халат, принялся выкладывать содержимое своих карманов на столик, стоящий в ванной. – А что конкретно его не устраивает?

– А вы еще не прочли бумаги из той толстенной папки, которую отец вам передал?

– Не все.

– Но достаточно, чтобы ознакомиться со всеми моими кошмарными именами.

– У меня было мало времени. – Он на самом деле не мог заставить себя открыть эту папку и начать читать бумаги, когда Эмми сидела рядом с ним в поезде. Да, признаться, Броди вообще не хотелось их читать. Он предпочел бы услышать всю историю из собственных уст Эмеральды. За ужином.

– О, тогда позвольте вас кое в чем просветить, – неохотно сказала она. – Кит – художник, человек искусства, что является само по себе достаточным основанием, чтобы не принимать его в семью. Потом следует проблема с деньгами. У него их нет…

вернуться

4

Анисовый ликер (франц.).

14
{"b":"34","o":1}