ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Сильный ветер гнал им навстречу летучий песок пустыни, и губы у Тарзана пересохли и потрескались. То, что он видел вокруг, было далеко не привлекательно, – огромное пространство волнообразной земли, с небольшими голыми холмиками и кое-где рассеянными группами жалких кустарников. Далеко к югу виднелись смутные очертания гор Сахары. Как мало это похоже, думал Тарзан, на прекрасную Африку его юных лет!

Абдул, всегда настороже, посматривал назад не реже, чем вперед. Вверху каждого холмика, на который ему приходилось подниматься, он придерживал коня и тщательно осматривал расстилающееся перед ним пространство. Наконец, его бдительность была вознаграждена.

– Взгляните! – крикнул он. – Шесть всадников едут за нами!

– Ваши вчерашние приятели, очевидно, мсье, – сухо сказал Тарзану Кадур бен Саден.

– Несомненно, – ответил человек-обезьяна. – Я очень жалею, что мое присутствие делает небезопасным ваше путешествие. В ближайшем селении я задержусь и осведомлюсь у этих джентльменов о том, что им нужно. Мне нет необходимости быть в Бу-Сааде непременно сегодня, но я не вижу оснований, почему бы вам не продолжать свой путь вполне спокойно.

– Если вы остановитесь, остановимся и мы, – возразил Кадур бен Саден.

– Пока вы не будете в безопасности со своими друзьями, или пока враг не перестанет преследовать вас, мы будем с вами. Об этом нечего больше говорить.

Тарзан только кивнул головой. Он не тратил слов попусту, и, может быть, потому отчасти Кадур бен Саден так привязался к нему, – араб больше всего на свете презирал болтливых людей.

Весь день Абдул не переставал посматривать на всадников, едущих сзади. Они оставались все время на одном и том же расстоянии, не приближаясь даже во время случайных остановок или большого полуденного отдыха.

– Они ждут наступления темноты, – говорил Кадур бен Саден.

И мрак спустился на землю раньше, чем отряд шейха с Тарзаном успел добраться до Бу-Саада. Последний раз, когда перед тем как стемнело, Абдулу удалось рассмотреть мрачные, одетые в белое фигуры, сопровождающие их, они быстро нагоняли расстояние, отделявшее их от намеченной добычи. Он шепотом, чтобы не испугать девушку, сообщил об этом Тарзану, и человек-обезьяна придержал коня.

– Поезжай вперед с другими, Абдул, – сказал он. – Этот спор касается только меня. Я подожду в первом подходящем месте и порасспрошу этих господ.

– Тогда и Абдул будет ждать с вами, – заявил юный араб, и ни угрозы, ни приказания не могли заставить его отказаться от своего решения.

– Ну, хорошо, – согласился Тарзан. – Вот место, лучше которого и желать трудно, – эти скалы наверху холма. Мы спрячемся здесь и напомним о себе этим господам, когда они появятся.

Они отвели лошадей и спешились. Остальная группа уже скрылась из виду в темноте. Впереди внизу мерцали огоньки Бу-Саада. Тарзан вынул ружье из чехла и отстегнул кобуру револьвера. Он приказал Абдулу отодвинуться за скалы вместе с лошадьми, чтобы быть под прикрытием, в случае если неприятель откроет огонь. Юный араб сделал вид, что повинуется, но, привязав хорошенько лошадей к низкому кустарнику, он приполз обратно и лег на живот в нескольких шагах от Тарзана.

Человек-обезьяна стоял, выпрямившись, на середине дороги, выжидая. Впрочем ждать пришлось недолго. Топот скачущих лошадей сразу вырвался снизу, из темноты, и вслед за этим Тарзан различил движущиеся пятна более светлого оттенка, вырисовывающиеся на фоне ночного мрака.

– Стой! – закричал он. – Или мы будем стрелять.

Белые фигуры сразу стали, и несколько мгновений царило полное молчание.

Потом – совещание шепотом, и призрачные всадники, как духи, рассеялись в разные стороны. Снова вокруг одна немая пустыня, но в зловещем безмолвии ее чувствуется опасность.

Абдул поднялся на одно колено. Тарзан насторожил тренированные в джунглях уши и скоро расслышал топот тихо приближающихся лошадей, – с востока, запада, севера и юга, – их окружали. Потом раздался выстрел оттуда, куда он смотрел, пуля просвистела у него над головой, и он выстрелил по тому же направлению, где при выстреле вспыхнул огонек.

Тотчас трескотня ружей дробью рассыпалась в беззвучной пустыне.

Абдул и Тарзан стреляли только тогда, когда вспыхивали огоньки ружей: они все еще не видели своих врагов. Скоро обнаружилось, что атакующие стягивают круг, сближаясь все больше и больше, по мере того, как начинали понимать, как малочислен противник.

Но один подошел слишком близко. Тарзан не даром привык изощрять зрение во мраке лесной ночи – большего мрака по эту сторону могилы быть не может; раздался крик – и одно седло опустело.

– Шансы начинают уравниваться, Абдул, – со смехом произнес Тарзан вполголоса.

Но шансы были далеко еще не равны, и когда пять оставшихся всадников по данному сигналу повернули и устремились прямо на них, казалось, что бою сейчас наступит конец. Тарзан и Абдул оба бросились к скале, чтобы враг не мог обойти их сзади. Дикий топот скачущих лошадей, град выстрелов с обеих сторон. Потом арабы снова отъехали назад, чтобы повторить тот же маневр, но на этот раз их было уже только четверо против двоих.

Несколько минут ни одного звука не доносилось из окружающего мрака.

Тарзан не знал, значит ли это, что арабы, удовлетворившись понесенными потерями, отказались от боя, или же они решили перехватить их дальше по дороге к Бу-Саад. Он недолго оставался в неведении; вскоре донеслись звуки новой атаки, но не успел прогреметь первый выстрел, как позади арабов раздалось до дюжины выстрелов. В шум их стычки влились голоса нового отряда и топот ног большого числа лошадей, скачущих по дороге со стороны Бу-Саада.

Арабы не стали выжидать, чтобы установить, кто спешит на место боя. Выпустив последний залп, они промчались мимо Тарзана и Абдула и ускакали по дороге в направлении на Сиди-Аиссу.

Спустя несколько минут примчался Кадур бен Саден со своими людьми.

Старый шейх был очень обрадован, когда убедился, что Тарзан и Абдул не получили ни единой царапины. Даже ни одна из лошадей не была ранена. Они разыскали двух человек, павших под выстрелами Тарзана и, убедившись в том, что они мертвы, оставили их на месте.

– Почему вы не сказали мне, что решили подстеречь этих молодцов? – спросил шейх обиженным тоном. – Мы бы со всеми расправились, если бы встретили их всемером.

– Тогда незачем было бы и останавливаться, – возразил Тарзан, – потому что, продолжай мы свой путь на Бу-Саад, они настигли бы нас теперь, и всем пришлось бы участвовать в бою. Мы для того-то и задержались с Абдулом, чтобы не перекладывать на чужие плечи мой собственный спор. Затем, – надо было подумать о вашей дочери. Я не имел права подвергать ее опасности.

Кадур бен Саден пожал плечами. Он был недоволен, что ему помешали принять участие в бою.

Маленькое сражение, разыгравшееся так близко от Бу-Саада, привлекло внимание гарнизона. Тарзан и его спутники встретили отряд солдат у самого города. Офицер, командовавший отрядом, остановил их и спросил, что значила донесшаяся к ним стрельба.

– Кучка мародеров, – объяснил Кадур бен Саден, – напала на двоих из моих друзей, случайно отставших, но быстро рассеялась, как только мы поспешили на помощь. Грабители потеряли двух человек убитыми. В моем отряде никто не пострадал.

Объяснение, по-видимому, удовлетворило офицера, и, переписав членов отряда, он повел своих людей на место стычки, чтобы забрать убитых и, если окажется возможным, установить их личности.

Через два дня Кадур бен Саден с дочерью и спутниками через ущелье Бу-Саад поехали на юг к родным пустыням. Шейх уговаривал Тарзана сопровождать его, и дочь присоединяла свои просьбы к увещеваниям отца, но, хотя Тарзан не мог объяснить им, в чем дело, его обязанности при свете происшествий последних дней начали приобретать особо важное значение, и нечего было и думать оставить сейчас свой пост даже на самый короткий срок. Но он обещал им приехать позже, если это будет возможно, и им пришлось довольствоваться таким обещанием.

17
{"b":"3401","o":1}