ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– А вы уверены, мисс Стронг, что видели, как какое-то тело упало в воду ночью? – переспросил он.

– Не может быть ни малейшего сомнения, – подтвердила она. – Я не стала бы утверждать, что это был человек, не слышно было никакого крика. Но если м-ра Кальдуэлла нет на борту, я буду убеждена в том, что видела именно его падающим в воду.

Капитан приказал немедленно обыскать судно, с носа до кормы и сверху донизу, не пропустив ни одного уголка, ни одного чулана. Мисс Стронг ждала в капитанской каюте результатов поисков. Капитан задал ей ряд вопросов, но она ничего не могла сказать ему о пропавшем человеке, кроме того, что слышала от него самого за время их короткого знакомства на пароходе.

В первый раз она сама обратила внимание, как мало говорил ей м-р Кальдуэлл о самом себе и своей прошлой жизни. Она почти ничего не знала, кроме того, что он родился в Африке, а воспитывался в Париже, и то эти сведения она получила только в ответ на ее удивленное замечание, как это англичанин говорит по-английски с акцентом француза.

– Не упоминал ли он, что у него есть враги? – спросил капитан.

– Никогда.

– Был ли он знаком еще с кем-нибудь из пассажиров?

– Ровно столько же, как со мной – случайные пароходные знакомства…

– Гм… Не думаете ли вы, мисс Стронг, что он выпивал лишнее?

– Не думаю, чтобы он вообще пил… и во всяком случае еще за полчаса до падения в воду тела он не пил ничего.

– Все это очень странно, – раздумывал капитан. – Он не был похож, по-моему, на человека, подверженного головокружениям, обморокам и т. п. Да и в таком случае маловероятно, чтобы он упал за борт, он скорее свалился бы внутрь. Если его нет на судне, мисс Стронг, его, значит, выбросили за борт, а тот факт, что вы не слыхали крика, показывает, что сбросили его, предварительно убив.

Девушка содрогнулась.

Прошел час, прежде чем вернулся старший офицер, руководивший поисками.

– М-ра Кальдуэлла нет на судне, сэр, – объявил он.

– Я боюсь, м-р Брэнтли, что тут не просто несчастный случай, – сказал капитан. – Я хотел бы, чтобы вы лично пересмотрели все вещи м-ра Кальдуэлла, – не найдется ли каких-нибудь признаков, дающих основание думать, что тут убийство или самоубийство. Будьте возможно внимательней.

– Хорошо, сэр, – отозвался м-р Брэнтли и ушел, чтобы заняться осмотром.

Газель Стронг получила тяжелый удар. Два дня она не выходила из каюты. А когда опять появилась на палубе, была совсем бледная, осунувшаяся, с большими темными кругами под глазами. И во сне, и наяву ей постоянно чудилось темное тело, падающее быстро и молча в холодный суровый океан.

Вскоре после ее первого появления на палубе, к ней подошел мсье Тюран, всячески выражая ей свое внимание и сочувствие.

– В самом деле это ужасно, мисс Стронг, – сказал он. – Я не могу забыть об этом.

– И я тоже, – устало проговорила девушка. – Я чувствую, что могла бы спасти его, если бы только подняла тревогу.

– Вы не должны упрекать себя, дорогая мисс Стронг, – успокаивал ее Тюран. – Каждый на вашем месте поступил бы так же. Кому бы пришло в голову, что это падает человек? Да если бы вы и подняли тревогу, результат был бы такой же – сначала они усомнились бы в ваших словах, сочли, что это просто нервная галлюцинация женщины, а если бы вы настаивали, то пока пароход остановили бы, пока спустили бы лодки, и они прошли бы на веслах несколько миль до места происшествия, – спасать было бы уже поздно. Нет, вы не должны упрекать себя. Вы больше всех нас сделали для м-ра Кальдуэлла, вы одна хватились его и заставили произвести поиски.

Девушка не могла не чувствовать к нему благодарности за ласковые и успокаивающие слова. Он часто, почти постоянно, проводил с ней время до конца их путешествия и все больше начинал нравиться ей. Мсье Тюран узнал, что красивая мисс Стронг из Балтимора – богатая невеста, и от раскрывающихся перед ним перспектив у него дух захватывало.

Г. Тюран намеревался сойти с судна в первом же порту, в который они зайдут после исчезновения Тарзана. Разве не лежали у него в кармане именно те документы, из-за которых он сел на пароход? Ничто больше не задерживало его здесь. Ему следовало спешить на континент и сесть на первый экспресс в Петербург.

Но теперь у него возникла новая идея, которая быстро отодвинула первоначальный проект на второй план. Нельзя было пренебречь американскими капиталами, да и собственница их представляла не малую приманку.

– Черт побери! Да она сенсацию произвела бы в Петербурге! – И он тоже, при помощи ее приданого.

После того, как г. Тюран мысленно разбросал несколько миллионов долларов, он убедился, что занятие настолько ему по вкусу, что решил доехать до Канштадта, где у него внезапно оказались срочные дела, требующие его присутствия неопределенное время.

Мисс Стронг рассказала ему, что она едет с матерью к дяде, проживающему там, и что они еще не решили, сколько времени там пробудут, может быть, несколько месяцев.

Она очень обрадовалась, узнав, что мсье Тюран тоже едет туда.

– Я надеюсь, мы будем поддерживать наше знакомство, – сказала она, – вы должны сделать визит маме, как только мы устроимся.

Г. Тюран был в восторге и не замедлил выразить его. Мистрис Стронг относилась к нему далеко не так благосклонно, как дочь.

– Не знаю, почему я не доверяю ему, – сказала она как-то Газели. – Он как будто настоящий джентльмен, но иногда у него появляется в глазах какое-то странное, бегающее выражение, которое я не умею объяснить, но от которого я чувствую себя не по себе. Дочь рассмеялась.

– Ах вы, глупенькая моя, милая мама, – сказала она.

– Возможно. Но я предпочла бы общество м-ра Кальдуэлла.

– Да и я тоже, – согласилась дочь.

Г. Тюран сделался частым гостем в доме дяди Газель Стронг в Канштадте.

Он ухаживал совершенно открыто, но так умел предупреждать каждое желание девушки, что она все меньше могла без него обходиться. Нуждалась ли она, или ее мать, или кто-нибудь из кузин в провожатом, надо ли было оказать дружескую услугу, вездесущий и обходительный мсье Тюран бывал всегда под рукой. Дядя и вся его семья полюбили его за неизменную галантность и услужливость. Мсье Тюран начинал становиться необходимым. Наконец, выбрав удобный момент, он сделал предложение. Мисс Стронг была поражена, она не знала, что сказать.

– Я никогда не думала, что у вас могут быть ко мне чувства такого рода, – отвечала она. – Я всегда видела в вас только милого друга. Я не могу сразу дать вам ответ. Забудьте, что вы просили меня быть вашей женой. Будем продолжать по-прежнему. И я попробую подойти к вам с иной точки зрения. Может быть, я приду к заключению, что чувство мое к вам больше дружбы. Мне, конечно, ни разу не приходило в голову, что я могу полюбить вас.

Мсье Тюран вполне согласен с такой постановкой вопроса. Он сожалеет, что поторопился, но он так давно и так преданно любит ее, что, ему казалось, это всем ясно.

– Я полюбил вас с первой минуты, как увидел вас, Газель, – говорил он, – и я готов ждать, потому что уверен, что такая сильная и чистая любовь не может не быть вознаграждена. Все, что я хочу знать – это что вы не любите другого. Можете вы мне это сказать?

– Я никогда в жизни никого не любила, – отвечала она, и он удовлетворился.

По дороге домой он купил паровую яхту и выстроил виллу, стоимостью в несколько миллионов долларов, на берегу Черного моря.

На следующий день Газель Стронг пережила одну из самых радостных неожиданностей: выходя из ювелирного магазина, она столкнулась лицом к лицу с Джэн Портер.

– Как, Джэн Портер! – крикнула она. – Откуда ты свалилась? Я не верю своим глазам!

– Ну, в самом деле! – воскликнула не менее изумленная Джэн. – А я-то в воображении рисую себе, как вы все живете там, в Балтиморе! – И она еще раз обняла приятельницу и осыпала ее поцелуями.

Когда кончились взаимные объяснения, Газель узнала, что яхта лорда Теннингтона остановилась в Канштадте на неделю, по крайней мере, а затем будет продолжать свой путь вверх вдоль западного берега Африки, и обратно в Англию. – Где, – закончила Джэн, – мы обвенчаемся.

27
{"b":"3401","o":1}