ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Письма на чердак
Будет больно. История врача, ушедшего из профессии на пике карьеры
Двенадцать
Псы войны
Никаких принцев!
Никогда-нибудь. Как выйти из тупика и найти себя
Ученица. Предать, чтобы обрести себя
Неправильная любовь
Чувство моря

Я знала, что нужно что-то сделать, чтобы убедить отца, что я и сердцем и разумом против брака с Бхаратом Рахоном, поэтому решила бежать в джунгли, чтобы показать, что предпочитаю смерть жизни с человеком, которого выбрал для меня отец.

Я не хотела умирать. Я хотела, чтобы меня быстро нашли, а когда пришла ночь, я испугалась. От ужаса я забралась на дерево. Я слышала, как Господин Тигр бродил во мраке, и я так боялась, что думала, что потеряю сознание и упаду прямо к нему в пасть; но когда наступил день я все еще продолжала думать, что лучше попасть в лапы к повелителю джунглей, чем к Бхарате Рахону, самому отвратительному человеку, даже имя которого я ненавижу.

Но я все же пошла по направлению к Пном Дхеку, то есть я так тогда думала, а теперь-то я понимаю, что шла в противоположном направлении. Я надеялась, что люди, которых мой отец послал на поиски, найдут меня, потому что я не хотела сама возвращаться в Пном Дхек.

День склонился к вечеру, но я никого не встретила и опять испугалась. Я поняла, что заблудилась в джунглях. Потом я услышала тяжелую поступь слона и бряцанье оружия и человеческие голоса, и преисполнилась облегчения и благодарности, потому что думала, что эти люди разыскивали меня.

Но когда я увидела воинов, то поняла, что на них латы Лодивармана. Я перепугалась и попыталась убежать, но они увидели меня и догнали. Они легко захватили меня, и велика была их радость, когда они меня разглядывали.

— Лодиварман нас хорошо вознаградит, — кричали они, — когда увидит, кого мы привели из Пном Дхека.

Так что они посадили меня на слона и направились в Лодидхапуру, где меня немедленно доставили к Лодиварману.

О Гордон Кинг, это был страшный момент. Я испугалась, когда оказалась так близко от прокаженного короля Лодидхапуры. Он был покрыт большими язвами. В этот день он был в скверном настроении и невнимателен. Он едва взглянул на меня, но приказал, чтобы меня отвели в покои к апсарам, и так я стала придворной танцовщицей у прокаженного короля.

Никогда, о Гордон Кинг, не объяснить мне, как я страдала каждый раз, когда мне приходилось танцевать перед Лодиварманом. Каждая его язва, казалось, тянется ко мне и заражает меня. Я, почти теряя сознание, должна была продолжать ритуальные танцы.

Я старалась прятать лицо, потому что знала, что красива, и знала какая судьба ожидает красивых женщин при дворе короля Лодивармана.

Но однажды я поняла, что он обратил на меня внимание. Я видела, как он следил за мной своим мертвым взором. Мы танцевали в огромном зале, где он развлекался со своими придворными. Лодиварман сидел на троне. Крытые свинцом стены были богато разукрашены картинами и драпировками. Полированные каменные плиты у нас под ногами казались мне мягче сердца Лодивармана.

Танцы наконец закончились, и нам было разрешено удалиться в наши покои. Там ко мне сразу же подошел капитан королевской стражи в сверкающем парадном мундире.

— Король смотрел на тебя, — сказал он, — и хочет воздать тебе почести как того требует твоя красота.

— Танцевать во дворце короля Лодивармана, — ответила я, — большая честь для меня.

— Тебе предстоит удостоится более явного выражения почестей от короля.

— Я довольна и тем, что имею, — сказала я.

— Не тебе выбирать, Фоу-тан, — заявил посланец. — Король выбрал тебя в наложницы. Возрадуйся, быть может, тебе предстоит когда-нибудь стать королевой.

От ужаса я готова была упасть в обморок. Что мне было делать? Я должна была выиграть время. Я подумала было о самоубийстве, но я молода и мне не хочется умирать.

— Когда я должна предстать перед королем? — спросила я.

— Тебе будет дано время подготовиться, — отвечал посланец. — Три дня женщины должны будут купать и умащать твое тело, а на четвертый ты предстанешь перед королем.

Четыре дня! За четыре дня я должна найти какую-нибудь возможность избежать ужасной судьбы, на которую меня обрекла моя красота.

— Иди, — сказала ему я. — Оставь меня в покое на четыре дня, что мне осталось жить и чувствовать хоть что-то похожее на счастье.

Посланец удалился, ухмыляясь, а я бросилась на ложе и разразилась слезами. На следующий вечер апсары должны были танцевать при луне около храма Шивы, а поскольку мне велели начинать готовиться к часу воздаяния мне королевских почестей сразу же, то мне пришлось умолять разрешить мне в последний раз участвовать в чествовании Шивы, Разрушителя,

Ночь была темная. Колеблющийся свет факелов, освещавших двор, делал тени танцующих апсар странными и пугающими. В танце я должна была быть в маске, а в ряду апсар я была крайняя слева. Я находилась очень близко от зрителей, окружавших двор, настолько, что во время исполнения некоторых движений я почти касалась их. В этом и заключалась моя надежда на спасение.

Все время, что я танцевала, я мысленно отшлифовывала детали пришедшего мне в голову днем плана. Сложные переплетения позиций и шагов танца мне знакомы с детства и не занимали внимания. Я проделывала их механически, полностью сосредоточившись на разрабатывании схемы. Я знала, что в одном месте в танце внимание всех будет устремлено на апсару в центре первого ряда, и когда этот момент наступил, я быстро перешла к зрителям.

Они сразу же заметили меня, но я объяснила, что мне плохо и я возвращаюсь в храм.

Восхищенные тем, что я так близко от них, зрители меня тотчас же пропустили — ведь в представлении людей апсары почти святые.

Позади всех находилась низкая стена, окружавшая двор храма. Через определенные промежутки ее венчают великолепные статуи семиголовых кобр — эмблема королевских нагов. Между ними лежали глубокие тени, и пока глаза всех были устремлены на ведущую апсару, я быстро вскарабкалась на стену и спряталась в тени огромного нага. Подо мною были черные, таинственные, страшные воды рва, на дне которого живут крокодилы. Король велел их туда пустить для охраны храма. На другой стороне рва лежит широкая дорога, ведущая к королевскому слоновнику. Все проходы были пусты, потому что караульные, несшие службу внутри, смотрели танцы апсар.

Я прошептала молитвы Браме, Вишну и Шиве и как могла тихо скользнула в воды рва. До другого берега я добралась быстро, каждую секунду ожидая, что чудовищные челюсти крокодилов настигнут меня. Но молитвы мои были услышаны, и я достигла дороги целая и невредимая.

Мне надо было перебраться еще через две стены, прежде чем я смогла выйти за пределы дворца и города. Одежда моя промокла, испачкалась и порвалась, а руки и лицо покрылись царапинами и кровоточили, но я все-таки справилась.

Наконец-то я оказалась в джунглях, в опасности смертельной, но менее ужасной, чем та, которую я избежала. Как я вынесла эту ночь и этот день, я не знаю. А сейчас всему пришел бы конец, если бы не ты, Гордон Кинг.

Глядя на нежное лицо и изящную фигурку сидящей рядом девушки, Кинг восхищался мужеством и силой воли так, казалось, не сочетающихся с ее обликом и давшим ей возможность выдержать испытания достойные воина. — Ты смелая девушка, Фоу-тан, — сказал он.

— Дочь такого отца иной быть не может, — просто ответила она.

— Такой дочерью может гордиться любой отец, но если мы собираемся сохранить тебя для него, нужно вернуться к Че и Кенгри, и успеть это сделать до наступления темноты.

— А кто эти люди, — спросила Фоу-тан. — Может быть, они захотят вернуть нас в Лодидхапуру, чтобы получить от Лодивармана вознаграждение?

— Не стоит волноваться, — успокоил Кинг. — Это честные люди, беглые рабы из Лодидхапуры. Они были добры ко мне, к тебе же будут добры тем более.

— А если нет, то ты защитишь меня, — тон Фоу-тан дал понять, что она уже поверила в чистоту помыслов и способность защитить ее своего нового друга.

Фоу-тан устала предельно — это стало Кингу ясно почти сразу. До встречи и беседы с ним ее держали сила воли и мужество, но теперь, встретив человека, охотно принявшего на себя заботы о ее безопасности, она немного расслабилась. Кингу приходилось постоянно ее поддерживать и помогать преодолевать труднопроходимые места.. Фоу-тан была такая маленькая и легкая, что там, где было уж совсем тяжело, он брал ее на руки и нес как ребенка.

11
{"b":"3405","o":1}