ЛитМир - Электронная Библиотека

— А где должна совершаться церемония? — спросил Кинг.

— В парадном зале для приемов.

— Ты можешь провести меня кратчайшим путем?

— Сними с меня оковы, освободи моих людей и я не только проведу тебя, но и буду сражаться вместе с тобой во имя нашей принцессы.

— Отлично! — воскликнул Гордон Кинг. — Где твои парни?

— По обеим сторонам коридора.

Освобождение их оказалось делом нескольких минут, несмотря на крепость оков; но вот, предводительствуемая Индрой Сеном компания двинулась вперед. У воинов стражи Фоу-тан не было оружия, только руки и ненависть в сердцах. Но им было известно, что как только они попадут в приемную, найдется у кого отобрать оружие.

Верховный жрец Шивы выступил вперед и повернувшись, обратился лицом к Фоу-тан и Бхарате Рахону.

— Встаньте, — велел он, — встаньте на колени.

Бхарата Рахон встал со своего трона и полуобернувшись, стал ждать, когда поднимется Фоу-тан, но девушка продолжала выпрямившись сидеть на своем резном стуле.

— Ну! — шепотом сказал Бхарата Рахон.

— Я не могу, — объяснила Фоу-тан, обращаясь к верховному жрецу.

— Вы должны, принцесса, — попытался убедить ее жрец.

— Я его ненавижу. Я не могу с ним сочетаться браком.

Бхарата Рахон быстро шагнул к ней. Губы его улыбались для тех, кто стоял ниже возвышения, но сердце кипело от ярости, нежную ручку Фоу-тан он схватил грубо и больно сжал.

— Ну, — прошипел он, — или клянусь богами, я тебя уничтожу и буду править один,

— Тогда убей меня, — согласилась Фоу-тан. Но он, дернув, поднял ее на ноги. Те, кто стояли внизу, видели его улыбающееся лицо и думали, что он просто поддерживает принцессу, ослабевшую на мгновение от волнения, причиненного событием.

В этот момент громадная драпировка позади трона откинулась, и из-за нее вышел воин и остановился позади полукругом стоявших родственником Бхараты Рахона. Возможно, кто-то из присутствующих и заметил его, может быть даже кто-то и встрепенулся в удивлении, но прежде чем хоть кто-нибудь поднял тревогу или вообще понял, что тревога необходима, высокий воин протиснулся сквозь кордон из воинов между ним и тремя принципалами на возвышении, а за ним через тот же ход двинулись толпой вражеские воины.

Тревожные крики раздались одновременно среди присутствующих внизу и среди воинов, стоящих на помосте; их неожиданно перекрыл яростный боевой клич Лодидхапуры.

Бхарата Рахон и Фоу-тан в одно и то же время обернулись и узнали Гордона Кинга, но насколько отличались их чувства!

Бхарата Рахон, изрыгая проклятия, вытащил меч. Дюжина воинов бросилась к незваному гостю, но тут же были отброшены воинами Лодидхапуры и безоружными солдатами стражи Фоу-тан, ведомыми Индрой Сеном.

— Грязный раб! — закричал Бхарата Рахон в лицо Кингу и обрушил мощный удар на шлем Кинга. Кинг удар парировал столь молниеносно, что кхмерский принц не успел защититься.

Удар Гордона Кинга во славу любви к принцессе и в знак мести за короля был чудовищен. Лезвие пробило золотой шлем и раскололо надвое голову вероломного принца. Тело Бхараты Рахона еще только начинало падать на пол, как Кинг повернулся, чтобы встретить возможного врага лицом к лицу. Но оказалось, что он окружен его собственными воинами, а быстрый взгляд на окружающее убедил его в том, что все приказы выполняются точно. Воины действовали так быстро, что около каждого входа стояли уже воины в медных доспехах.

Сопротивление было незначительным, настолько стремительной была атака и присутствующие были настолько ошеломлены происходящим, что уже будучи окруженными со всех сторон превосходящими силами только начали понимать, что же происходит.

Индре Сену и его воинам действительно удалось позаимствовать оружие у солдат Бхараты Рахона, так что Кинг держал все в своих руках, во всяком случае в зале для приемов перевес был на его стороне. В городе, однако, оставались еще тысячи солдат, которые могли оказать сопротивление и одолеть их. Но Кинг это предвидел и не намеревался допустить подобного положения.

Повернувшись лицом к удивленным людям в зале для приемов, он поднял руку. — Тихо! — крикнул он. — Пусть никто из мужчин не пробует поднять против нас оружие, в таком случае никому не причиним никакого вреда. Я прибыл сюда не для того, чтобы нападать на Пном Дхек, а чтобы отомстить за его короля. Бенг Кхер не пал в битве, он был ранен Бхаратой Рахоном. Он не умер. Бенг Кхер все еще король Пном Дхека.

Среди воинов Индры Сена раздались приветственные восклицания, возгласы радости послышались и среди присутствующей знати — после смерти Бхарату Рахона уже не боялись и сохраняли к тому же преданность своему королю.

Фоу-тан подошла к высокому воину, стоявшему около тела Бхараты Рахона и обращенному лицом к офицерам и сановникам Бенга Кхера. Она нежно дотронулась до него. — О мой Гордон Кинг! — шепнула она. — Я знала, что ты рядом. Я знала, что ты придешь. Но повтори мне опять, что мой отец не умер и в безопасности.

— Он ранен, Фоу-тан, но я оставил его у честных людей, тех же самых, что выходили меня, когда я заблудился и заболел в джунглях. Они будут ухаживать за ним. Он послал меня сюда спасти тебя от Бхараты Рахона, хотя я сделал бы это и так. Здесь жрец, Фоу-тан, а ты в свадебном платье. Ты опять хочешь мне отказать?

— Что скажет отец? — прошептала она, помедлила, а затем решительно и гордо подняла голову. — Его здесь нет, я королева! — воскликнула она. — Мне нет дела до того, кто что скажет. Если ты хочешь меня, Гордон Кинг, я — твоя!

Кинг повернулся к присутствующим.

— Все приготовлено для свадьбы, — внятно произнес он. — Жрец здесь, невеста готова. Пусть церемония продолжается.

— Но жених мертв! — выкрикнул один из лейтенантов Бхараты Рахона.

— Я — жених, — объяснил Кинг.

— Никогда! — раздался еще один голос. — Ты — раб из Лодидхапуры!

— Он не раб и не из Лодидхапуры, — ответила Фоу-тан. — Этого человека выбрала я, а сегодня я королева!

— Никогда! Никогда! — раздалось много голосов.

— Послушайте, — воскликнул американец. — Диктовать волю сейчас не в вашей власти: сегодня королева — Фоу-тан, а я ваш завоеватель.

— Вы уже окружены солдатами Бенга Кхера, — сказал один из сторонников Бхараты Рахона. — Несколько человек успели сбежать, когда вошли ваши люди, и сейчас они разговаривают с воинами в бараках.

Они сейчас придут сюда и ты со своими воинами будешь уничтожен.

— Вполне возможно, — согласился Кинг, — но тогда погибнут и все, кто находится в этой комнате, потому что я держу вас здесь только как заложников. Если вы достаточно разумны, то пошлете вестника к воинам с приказом вернуться в бараки. — А своим воинам Гордон приказал: — Если хоть один воин Пном Дхека войдет в это помещение без моего разрешения, всех мужчин взять и истребить до одного, оставив в живых женщин. Если же мое слово для вас неубедительно, то у меня есть и веское ему подтверждение, — и с этими словами он вытащил королевский перстень и поднял его так, чтобы видно было всем.

Потерпев поражение по всем фронтам, сторонникам Бхараты Рахона пришлось смириться с неизбежным, а те, кто ненавидел его, были втайне довольны, потому что получили подтверждение тому, что и принцесса и король ручаются за этого чужеземного воина. И наконец в парадном зале для приемов кхмерского короля Бенга Кхера, принцесса Фоу-тан, танцовщица прокаженного короля, соединилась с человеком, которого любила.

XVII

ЭПИЛОГ

В эту ночь впервые, наверно, за тысячу лет солдаты Лодидхапуры и Пном Дхека сидели за одним столом, смеялись, шутили, божились, пировали и пили вместе. Солдаты Лодидхапуры хвастались доблестью своего принца, в одиночку, вооруженного одним копьем, сразившего Господина Тигра, а солдаты Пном Дхека похвалялись красотой своей принцессы. В конце концов некоторые свалились под стол, а оставшиеся за столом плакали друг другу в плечо, уткнувшись носами в доспехи. К утру, когда воинам Лодидхапуры пора было отправляться, у многих болела голова. Но тем не менее они все позалезали на своих слонов и пустились в обратный путь.

40
{"b":"3405","o":1}