ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Соперничество с Византией сказывалось не только в застройке Киева или титулатуре, но и в отношении к церкви. В 1051 году Ярослав Мудрый поступил так, как до сих пор поступал только византийский император: он сам, без ведома константинопольского патриарха, назначил главу русской церкви – митрополита, выбрав для этой цели умного киевского писателя Иллариона.

Хорошо понимая идеологическую силу христианства, Ярослав уделял много внимания организации русской церкви и монашества. При Ярославе Антоний Любечанин положил начало знаменитому впоследствии Киево-Печерскому монастырю.

Ярослав умер в 1054 году на 76-м году жизни; в Софийском соборе на стене была сделана торжественная запись об "успении царя нашего".

Феодальный замок XI-XII веков

Первые укрепленные усадьбы, обособленные от окружающих их простых жилищ и иногда возвышающиеся над ними на холме, относятся еще к VIII – IX векам. По скудным следам древней жизни археологам удается установить, что обитатели усадеб жили несколько иной жизнью, чем их односельчане: в усадьбах чаще встречаются оружие и серебряные украшения.

Главным отличием была система стройки. Усадьба-городище строилась на холме, подножие которого было окружено одной-двумя сотнями небольших хаток-землянок, в беспорядке разбросанных вокруг. Замок же представлял собой маленькую крепостицу, образованную несколькими деревянными срубами, поставленными вплотную друг к другу по кругу. Круговое жилище (хоромы) служило одновременно и стенами, окаймлявшими небольшой двор. Здесь могло проживать 20-30 человек.

Был ли это родовой старейшина со своими домочадцами или "нарочитый муж" с челядью, собиравший полюдье с населения окрестных деревень, сказать трудно. Но именно в такой форме должны были рождаться первые феодальные замки, именно так должны были выделять себя из среды земледельцев первые бояре, "лучшие мужи" славянских племен.

Крепость-замок была слишком мала для того, чтобы укрыть в своих стенах в годину опасности всех обитателей поселка, но вполне достаточна, чтобы господствовать над поселком. Все древнерусские слова, обозначающие замок, вполне подходят к этим маленьким круглым крепостицам: "хоромы" (сооружение, построенное по кругу), "двор", "град" (огражденное, укрепленное место).

Тысячи таких дворов-хором стихийно возникали в VIII – IX веках по всей Руси, знаменуя собой рождение феодальных отношений, вещественное закрепление племенными дружинами достигнутого ими преимущества. Но только через несколько столетий после появления первых замков мы узнаем о них из юридических источников – правовые нормы никогда не опережают жизни, а появляются лишь в результате жизненных требований.

К XI веку явно обозначились классовые противоречия, и князья озаботились тем, чтобы их дворы и амбары были надежно ограждены не только военной силой, но и писаным законом. На протяжении XI века создается первый вариант русского феодального права, известной "Русской Правды". Она складывалась на основе тех древних славянских обычаев, которые существовали уже много веков, но в нее вплетались и новые юридические нормы, рожденные феодальными отношениями. Долгое время взаимоотношения между феодалами и крестьянами, отношения дружинников между собой и положение князя в обществе определялись изустным, неписаным законом – обычаями, подкрепленными реальным соотношением сил.

Рождение Руси - pic_46.jpg

Сборник юридического содержания с текстом «Русской Правды». XIV в. Пергамент. Переплет «доски в коже». Из собрания A.M. Мусина-Пушкина

Насколько мы знаем это древнее обычное право по записям этнографов XIX века, оно было очень разветвленным и регламентировало все стороны человеческих взаимоотношений: от семейных дел до пограничных споров.

Внутри маленькой замкнутой боярской вотчины долгое время не было еще потребности в записывании этих устоявшихся обычаев или тех "уроков"-платежей, которые ежегодно шли в пользу господина. Вплоть до XVIII века подавляющее большинство феодальных вотчин жило по своим внутренним неписаным законам.

Запись юридических норм должна была начаться прежде всего или в условиях каких-то внешних сношений, где "покон русский" сталкивался с обычаями и законами других стран, или же в княжеском хозяйстве с его угодьями, разбросанными по разным землям, и разветвленным штатом сборщиков штрафов и дани, непрерывно разъезжавших по всем подвластным племенам и судивших там от имени своего князя по его законам.

Первые отрывочные записи отдельных норм "Русского Закона" возникали, как мы уже видели на примере "Устава Ярослава Новгороду", по частным случаям, в связи с какой-либо особой надобностью и совершенно не ставили перед собой задач полного отражения всей русской жизни. Еще раз приходится отметить, как глубоко не правы были те буржуазные историки, которые, сопоставляя разновременные части "Русской Правды", механически делали из сопоставлений прямые выводы: если о каком-либо явлении в ранних записях еще не говорится, то, значит, и самого явления еще не было в действительности. Это крупная логическая ошибка, основанная на устаревшем представлении, что будто бы государственная и общественная жизнь формируется во всех своих проявлениях лишь в результате законов, изданных верховной властью как волеизъявление монарха.

На самом же деле жизнь общества подчинена закономерности внутреннего развития, а законы лишь оформляют давно существующие взаимоотношения, закрепляя фактическое господство одного класса над другим.

К середине XI века обозначились острые социальные противоречия (и прежде всего в княжеской среде), которые привели к созданию княжеского домениально-го закона, так называемой "Правды Ярославичей" (примерно 1054-1072 годы), рисующей княжеский замок и его хозяйство. Владимир Мономах (1113-1125 годы) после киевского восстания 1113 года дополнил этот закон рядом более широких статей, рассчитанных на средние городские слои, а в конце его княжения или в княжение его сына Мстислава (1125-1132 годы) был составлен еще более широкий по охвату свод феодальных законов – так называемая "Пространная Русская Правда", отражающая не только княжеские, но и боярские интересы. Феодальный замок и феодальная вотчина в целом очень рельефно выступают в этом законодательстве. Трудами советских историков С. В. Юшкова, М. Н. Тихомирова и особенно Б. Д. Грекова подробно раскрыта феодальная сущность "Русской Правды" во всем ее историческом развитии более чем за столетие.

Б. Д. Греков в своем известном исследовании "Киевская Русь" так характеризует феодальный замок и вотчину XI века:

"…В "Правде Ярославичей" обрисована в главнейших своих чертах жизнь вотчины княжеской.

Центром этой вотчины является "княж двор"… где мыслятся прежде всего хоромы, в которых живет временами князь, дома его слуг высокого ранга, помещения для слуг второстепенных, разнообразные хозяйственные постройки – конюшни, скотный и птичий дворы, охотничий дом и др.

Во главе княжеской вотчины стоит представитель князя – боярин-огнищанин. На его ответственности лежит все течение жизни вотчины, и в частности сохранность княжеского вотчинного имущества. При нем, по-видимому, состоит сборщик причитающихся князю всевозможных поступлений – "подъездной княж". Надо думать, в распоряжении огнищанина находятся тиуны. В "Правде" назван также "старый конюх", то есть заведующий княжеской конюшней и княжескими стадами.

Все эти лица охраняются 80-гривенной вирой, что говорит об их привилегированном положении. Это высший административный аппарат княжеской вотчины. Дальше следуют княжие старосты – "сельский и ратайный". Их жизнь оценивается только в 12 гривен. Таким образом, мы получаем право говорить о подлинной сельскохозяйственной физиономии вотчины.

43
{"b":"341","o":1}