ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Вторым событием, вписывающимся в рамки первого, было основание Киева на Днепре. Летопись передает древнюю легенду о трех братьях – Кие, Щеке и Хо-риве, – построивших город на Днепре в земле полян во имя старшего брата Кия. Это предание, являвшееся незапамятно древним уже во времена Нестора (начало XII века), вызывало сомнения у летописцев Новгорода, соперничавшего в XI-XII веках с Киевом, и они поместили в летопись легенду о Кие под 854 годом. Такая поздняя дата совершенно не соответствует действительности, так как в распоряжении современных ученых есть бесспорное свидетельство значительно более раннего времени возникновения предания о постройке Киева в земле полян. Этим свидетельством является армянская история Зеноба Глака VIII века, в которую автором включено предание, не имеющее никакого отношения к истории армянского народа: три брата – Куар, Мелтей и Хореван – построили в какой-то стране Палуни город. В армянской записи совпадают с летописной и основа, и подробности (охотничьи угодья, город на горе, языческое святилище). Возникает вопрос: каким образом славянское предание могло попасть в VIII веке на страницы армянской хроники? Ответ очень прост: в том же VIII веке (в 737 году) арабский полководец Мерван воевал с хазарами и ему удалось добраться до "Славянской реки" (Дона), где он взял в плен 20 тысяч славянских семейств. Пленники были уведены в Закавказье и помещены по соседству с Арменией. Все это означает, что предание об основании Киева Кием и его братьями в земле полян сложилось в самой полян-ской, славянской земле когда-то до 737 года.

Летописец Нестор, поставивший в заголовке своего труда вопрос "кто в Киеве нача первее княжити?", не знал армянской рукописи с включенной в нее древней славянской легендой и не мог опереться на нее в своем споре с новгородцами, которые умышленно хотели принизить древность Киева. Появилась даже такая, обидная для киевлян, мысль, что Кий был не князем, а просто каким-то перевозчиком через реку:

"так и говорили – на перевоз на киев…" Нестор, образованный и разносторонний историк, знавший и греческую историческую литературу, и местные славянские сказания, восходившие вплоть до V-VI веков нашей эры, предпринял специальное разыскание и установил княжеское достоинство Кия, подтвержденное его встречей с императором Византии.

"Аше бы Кый перевозьник был, то не бы ходил Цеса-рюграду. Но се Кый къняжаше в роде своемь и прихо-дившю ему к цесарю, которого не съвемы, но тькмо о семь вемы, якоже съказають, яко велику честь принял есть от цесаря, при которомь приходив цесари. Идущю же ему вспять, приде к Дунаеви и възлюби место и сруби градьк мал и хотяше сести с родъм своим и не да-ша ему ту близь живущий. Еже и доныне наречють ду-найчи "городище Киевець". Кыеви же пришедъшю в свой град Кыев, ту живот свой съконьча; и брата его Щек и Хорив и сестра их Лыбедь ту съконьчашася. И по сих братьях держати почаша род их княженье в Полях".

Добросовестный историк, к сожалению, не знал имени цесаря, но и не стал его выдумывать. Такая ситуация, когда император крупнейшей мировой державы приглашает к себе славянского князя и оказывает ему великую честь, была возможна не ранее конца V века, когда при императоре Анастасии (491-518 годы) славяне начали штурмовать дунайскую границу Византии. Ситуация вполне подходила бы и к эпохе Юстиниана (527-565 годы), но этого цесаря русские книжники знали хорошо и едва ли могли назвать его неизвестным. Возможно, что это император Анастасий.

Обратимся к достоверным археологическим материалам той эпохи. Именно на это время, на рубеж V-VI веков, падает важное событие в жизни приднепровских высот. Наиболее ранней укрепленной точкой здесь была так называемая Замковая гора ("Киселев-ка"), господствовавшая над Подолом; она расположена у древнего "Боричева взвоза" на берегу ручья Киянки. В летописи, как мы помним, говорится о том, что Кий первоначально, до постройки города, сидел "на горе". Археологически эта "гора Кия" определяется как Замковая, где есть и древний культурный слой, датированный монетой императора Анастасия.

Событием была постройка небольшой крепости на высокой Старокиевской горе, где теперь красуется рас-треллиевский Андреевский собор. Эта высокая гора, господствующая над всей долиной Днепра (с нее хорошо виден Вышгород у устья Десны), стала историческим центром Киева. Здесь при Владимире I стояли княжеские дворцы, здесь был кафедральный собор всей Руси – Успенская "десятинная" церковь 996 года, здесь ставились трофейные статуи, вывезенные из Корсуни – Херсонеса после победы над Византией.

Причину переноса своей резиденции князем Кием на рубеже V-VI веков с невысокого плоского холма близ днепровских причалов на высокую неприступную гору и превращение новой небольшой крепости в столицу огромного государства мы сможем понять только в свете того великого расселения славян V-VII веков, о котором летописец сказал:

"По мнозех же временах сели суть словене по Дунаеви, кде есть ныне Угорьска земля (Венгрия) и Болгарьска…"

В заселении Балканского полуострова принимали участие не только племена южной окраины широкого славянского мира, но и более отдаленные, глубинные племена вроде сербов (живших близ современного Берлина) или дреговичей, обитавших севернее при-пятских болот в соседстве с литовцами.

Если мы взглянем на карту Восточной Европы, то сразу осознаем важную стратегическую роль Киева в эпоху этого массового, многотысячного движения славян на юг к богатым византийским городам и тучным возделанным землям. Все крупнейшие реки днепровского бассейна сходились к Киеву; выше Киева по течению впадали в Днепр Березина, Сож, огромная Припять и Десна, Тетерев. Бассейн этих рек охватывал земли древлян, дреговичей, кривичей, радимичей и северян общей площадью около четверти миллиона квадратных километров! И все это необъятное пространство, все пути из него на юг, к Черному морю, запирались крепостью на Киевской горе.

Рождение Руси - pic_14.jpg

Остатки женского головного убора, включавшего по нескольку трехбусин-ных и иных височных колец с каждой стороны. II половина XII в. Найден при раскопках Северного городища Рязанского кремля в 2000 г.

Ладьи, челны, плоты славян, плывшие в V-VI веках к рубежам Византии из половины восточнославянских земель, не могли миновать киевских высот. Князь Кий весьма мудро поступил, поставив новую крепость на горе ниже устья полноводной Десны, он стал хозяином Днепра, без его воли славянские дружины не могли проникнуть на юг и, по всей вероятности, платили ему "мыто", проезжую пошлину, а если возвращались из далекого похода, то делились с ним трофеями. Князь Кий мог возглавлять эти походы на юг, накапливать на днепровских причалах ладьи северных племен, а затем с достаточными силами двигаться вниз по Днепру, где необходимо было преодолеть опасные кочевнические заслоны авар и тюрко-болгар.

В одной из летописей есть дополнение к рассказу Нестора о Кие: Полянскому князю приходилось вести войны с тюрко-болгарами, и в один из походов Кий довел свои дружины до Дуная и будто бы даже "ходил к Царюграду силою ратью" (Никоновская летопись).

Строитель крепости на Днепре становился одним из руководителей общеславянского движения на Балканы. Неудивительно, что "неведомый цесарь" постарался обласкать могущественного славянского князя. Время византийских походов было временем сложения и разрастания славянских племенных союзов. Одни из них, как, например, союз дулебов, пали под ударами аварских орд в VI веке; другие союзы славянских племен уцелели и укрепились в противоборстве со степняками. К таким усилившимся объединениям следует, по-видимому, относить союз среднеднепровских племен, выразившийся в слиянии двух групп славянских племен – руси (бассейн Роси) и полян (Киев и Чернигов). Это слияние отразилось в летописной фразе: "Поляне, яже ныне зовомая Русь".

8
{"b":"341","o":1}