ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Юрий Андропов. На пути к власти
Исповедь узницы подземелья
Преступный симбиоз
Черный вдовец
Рубикон
Мысли парадоксально. Как дурацкие идеи меняют жизнь
Метро 2033: Нас больше нет
Всё о Манюне (сборник)
Мой учитель Лис

– Однако, – кротко возразила Клара, – вы не должны забывать, что когда мой отец принял вас в свой дом, вы не имели ни убежища, ни средств к жизни.

– Молчите! – взвизгнул Фернанд. – Вы мне напоминаете о том, что мне следовало умереть от голода, а не принять это унизительное предложение. Но, – продолжал он уже спокойней, – вся эта болтовня бесполезна. Знайте только, что дочь торговца Бриссо и невеста судьи Денисона не могут ждать ни жалости, ни снисхождения ни от моих друзей, ни от меня. Если мы должны будем умереть – вы умрете с нами, клянусь всеми святыми!

– Но я, надеюсь, не оскорбила никого из вас? – спросила Рэчел.

– Вы, мисс Оинз, дочь землемера и подруга Клары Бриссо. Необходимость вынуждает нас не пренебрегать никакими средствами, чтобы выпутаться из беды, в которую мы попали. Вы разделите участь вашей приятельницы.

В эту минуту во дворе послышались крики.

– Проворнее! – кричали на разные голоса. – Через четверть часа они будут здесь. Все на лошадей! Скорее в пустыню, если не хотите быть повешенными!

– Вы слышите? – заторопился Фернанд. – У вас есть пять минут, чтобы приготовиться к отъезду. Вы идете, Берли?

– Иду, – ответил тот, схватив записную книжку мисс Оинз.

И они поспешно вышли, оставив девушек одних в комнате.

Рэчел, невозмутимо отрезав несколько больших кусков мяса, отправила их в рот и надела свою шляпу. Клара с волнением наблюдала за ней.

– Мой отец недалеко отсюда с мсье Денисоном, виконтом де Мартиньи и значительными силами, и мы не можем присоединиться к ним! – воскликнула она.

– Какая разница, рядом они или за сто миль от нас... Советую тебе, Клара, воспользоваться краткой отсрочкой, чтобы закусить и привести в порядок свой туалет. Остальное теперь зависит от одного Бога. Будем уповать на него!

Клара, вздохнув, подчинилась. Она немного поела и выпила воды, и сделала это как раз вовремя, потому что дверь снова отворилась.

– Готовы ли вы? – спросил Фернанд.

– Скорее, скорее! – прибавил Берли. – Те, другие, подъезжают сюда.

Девушки поспешили выйти. Золотоискатели, готовые отправиться в путь, навьючивали поклажей лошадей, среди которых мисс Оинз увидела и свою. Поодаль стоял Джон. На его щеке вспухла багровая полоса от бича Берли.

– К чему нам таскать за собой этого проклятого негра? – пробурчал Фернанд, заметив Джона. – Не лучше ли...

– Вы забываете, – перебил его Берли, – что нам будет нужен посредник, если судья примет наши условия, и что никто из нас не решится взять на себя эту миссию.

В эту минуту довольно многочисленная группа всадников показалась на равнине, менее чем в миле от фермы.

– В путь! – закричал один из золотоискателей.

– В путь! – повторили другие, устремляясь в заросли.

Во дворе остались только Фернанд, Гуцман и Берли, не считая Джона, которому приказали сесть на лошадь.

– Мисс Оинз сядет позади тебя, – сказал ему Берли. – И помни: попробуешь выкинуть какой-нибудь фокус – получишь пулю, я тебе это обещаю.

– А я возьму маленькую Бриссо, – ухмыльнулся Гуцман.

– Нет, лучше поручите ее мне, – запротестовал Фернанд. – Я отвечаю головой за нее.

– Кончим это! – нетерпеливо сказал Берли.

Он подхватил на руки Клару и посадил ее на лошадь Фернанда, то же самое проделав с Рэчел, устроив ее позади Джона, не слушая отчаянных криков англичанки. Потом сам вскочил на седло, хлопнул бичом и все поскакали прочь, оставив двери открытыми.

XVIII

СОПЕРНИКИ

Отряд, при виде которого поспешно бежали похитители Рэчел и Клары, состоял из шестидесяти волонтеров и солдат черной стражи. Все они были на прекрасных лошадях и превосходно вооружены.

Черная стража состояла из австралийцев, и они очень гордились своими красивыми красными мундирами, главная обязанность солдат состояла в том, чтобы отыскивать бежавших преступников, и им весьма редко это не удавалось.

Волонтерами же были переселенцы, в основном жители Дарлинга, вызвавшиеся помочь полиции. Они не числились в регулярных войсках, но большинство их было превосходными стрелками. Накануне Ричард Денисон отвел отряд на прииски, где к нему присоединились Бриссо и Мартиньи.

К тому времени силами полиции и черной охраны мятеж был уже подавлен. По требованию шерифа отряд пустился вдогонку за бежавшими. Перед Денисоном стояла задача помешать мятежникам соединиться и захватить Гуцмана, Фернанда и их сообщников, между тем как другие отряды тоже прочесывали местность.

Бриссо и Мартиньи, вступив в ряды волонтеров, горели жаждой мести, которая овладевает иногда даже самыми добродушными людьми. Бриссо после несчастья, разорившего его, овладела ярость против тех, кого он считал виновниками своих бед. Подобное же чувство двигало Мартиньи. Хирург, перевязывавший его плечо, нашел рану серьезной и оставаться в постели велел по крайней мере несколько дней. Но Мартиньи и слушать не хотел об этом. Пришлось уступить его желанию, тем более что помощь всех честных людей была в эту минуту необходима.

Однако в то утро, о котором идет речь, незадолго до того, как отряд прибыл на ферму Уокера, виконт почувствовал, что его лихорадит. Причиной тому, скорей всего, была ночевка на открытом воздухе. Да езда верхом на лошади разбередила рану.

Бриссо, ехавший рядом с ним, сказал:

– Уверяю вас, Мартиньи, что вы напрасно упрямитесь. Вы потеряли много крови, вашу рану не перевязывали со вчерашнего дня. Вам надо остановиться в первом же жилище и отдохнуть.

– Не говорите об этом, мсье Бриссо, – возразил виконт. – Не говорите мне, чтобы я остановился, когда у меня есть еще силы держаться на седле. В этом карабине, который заменил мое прекрасное ружье, есть пули, предназначенные для Фернанда и Гуцмана, и мне очень хотелось бы, чтобы они настигли их.

– Я не меньше, чем вы, хотел бы отомстить этим злодеям.

Мартиньи усмехнулся.

– О, я вижу, что вы начинаете действовать по принципу: «убивай, чтобы не быть убитым самому». Значит, вы все-таки извлекли кое-какие уроки из событий последних дней? Конечно, здесь вам не Европа, где надо ждать, чтобы жандармы, присяжные, судьи, адвокаты исполнили свое дело. Начались бы проволочки, нескончаемая болтовня... А здесь все обстоит гораздо проще: мы сами отправляемся преследовать злодеев, сами правим правосудие, сами караем преступников в открытом бою. Да здравствует Австралия!

– Надеюсь, боя не будет, мой дорогой Мартиньи. Эти люди не настолько безумны, чтобы решиться оказать сопротивление такому многочисленному отряду, как наш.

– Они доведены до отчаяния и знают, что их ждет виселица. Посмотрите на этого серьезного и флегматичного англичанина, Денисона, который разговаривает с начальником черной стражи: если мы схватим негодяев, он повесит их на первом же дереве, не моргнув и глазом. Да, удовольствие увидеть, как сеньоры Фернанд и Гуцман будут красоваться на ветке дерева, стоит многого! И возле не найдется косы, чтобы отрезать веревку, как... гм!

Видя, что его насмешки произвели на Бриссо неприятное впечатление, виконт продолжал совсем другим тоном:

– Кстати, о Денисоне... О чем вы имели с ним продолжительный разговор вчера вечером?

– У меня нет тайн от вас, Мартиньи, – ответил Бриссо. – Мсье Денисон объявил мне, что по-прежнему желает жениться на моей дочери, если она захочет выйти за него. Но независимо от этого он предложил отдать в мое распоряжение все свое состояние, которое весьма значительно, чтобы я мог расплатиться с долгами.

– Славный человек! – заметил виконт не без некоторой горечи. – Он лучше, чем другие, делающие больше шума... Но вы, Бриссо, что вы ответили на это великодушное предложение?

– Я горячо поблагодарил судью, разумеется, и отложил до времени мое решение на этот счет.

– Это решение, Бриссо, будет ли благоприятно...

Мартиньи не договорил, видя, что к ним приближается судья.

– Господа, – сказал Денисон французам, – начальник черной стражи предупредил меня, что след преступников ведет к ферме и что, по всей вероятности, они там провели ночь. Будьте осторожны, потому что они, может быть, окажут сопротивление.

39
{"b":"3410","o":1}