ЛитМир - Электронная Библиотека

— Ни за что не стану пользоваться водным транспортом! На мне уже живого места нет! — стонет Барахлюш.

— Не ной, лучше дай мне твои муф-муфы! — приказывает сестра.

— Не дам — ты опять засунешь их мне в рот!

— Давай живее! — кричит она так грозно, что испуганный Барахлюш подчиняется.

Недовольно бурча себе под нос, он достает из рюкзака два муф-муфа и протягивает их сестре.

— Сейчас мы заткнем ими отверстия соломинки, — объясняет Селения, бросая в каждую сторону коридора по шару.

— А теперь флюктуационные пастилки, да поживее!

Барахлюш достает сарбакан и закладывает в него крохотную белую пастилку. Направив сарбакан в сторону муф-муфа, он со всей силой дует в него. Стреляет Барахлюш метко. После попадания в него пастилки муф-муф раздувается, твердеет и заполняет все пространство вокруг себя.

Получилась ярко-фиолетовая стенка, замуровавшая выход из соломинки. Затем мальчик выстреливает пастилкой в другой муф-муф, и замуровывает вход. Теперь соломинка герметично запаяна с обоих концов. Селения довольно потирает руки.

— Нам не страшна никакая вода!

— И мы поплывем спокойно и с удобствами, — прибавляет Барахлюш, с видимым удовольствием растягиваясь на полу.

Однако спокойствие, которого так жаждут наши утомленные путешественники, всего лишь временное. Так сказать, затишье перед бурей. Довольно скоро ручей превращается в бурную полноводную реку, а вода все продолжает прибывать.

— Интересно, что это за звук? — прислушавшись, задумчиво спрашивает Артур.

Селения тоже прислушивается. Снаружи доносится глухой гул, как будто где-то что-то с грохотом низвергается на землю. Все кругом дрожит и вибрирует.

— Послушай, всезнайка, — обращается к Артуру Селения, — а ты знаешь, куда ведет этот ручей?

— Ну, точно сказать не могу, знаю только, что все ручейки и речки рано или поздно сливаются в один поток, и…

И тут он понимает, что их снова несет к порогам Сатаны!

— А мы-то думали, что сумели их избежать! — не сговариваясь, в один голос восклицают все трое.

Да, похоже, путешествие со всеми удобствами подошло к концу. Начинается его неприятная часть, и она грозит оказаться отнюдь не самой короткой.

Первые соломинки соскальзывают в водопад.

— Ничего лучше не мог придумать! — злобно бросает Селения Артуру.

— Но я не думал…

— В следующий раз сначала думай, а потом действуй! — обрывает она его. — Эй, Барахлюш, давай, соображай, как нам отсюда выбраться!

— Сейчас, сейчас, я быстро! — отвечает тот, лихорадочно роясь в рюкзаке. Гора извлеченных оттуда бесполезных предметов растет.

— Не понимаю, почему вы так перепугались, — пожимает плечами Артур. — Муф-муфы плотно закрывают нашу соломинку с обоих концов, вода к нам не проникнет. Значит, опасность утонуть нам не грозит. И пороги нам тоже не страшны, высота у них не более метра, так что ничего не случилось!

Соломинка подплывает к грозному водопаду — по минипутским меркам вода низвергается с высоты никак не менее тысячи метров — и, ударившись о камень, падает в пустоту.

— Ма-ма-а! — в один голос кричат наши путешественники, но, к счастью, шум воды заглушает их испуганные голоса.

Затяжное падение длится несколько секунд, однако ребятам они кажутся почти вечностью. Наконец, соломинка касается поверхности, пенящийся бурун подхватывает ее, крутит, несколько раз переворачивает, и, увлекаемая течением, она вплывает в озеро со стоячей водой.

— Ненавижу общественный транспорт! — заявляет Барахлюш, в очередной раз запихивая в рюкзак разбросанные вещи.

— Пороги кончились, дальше нашему кораблю ничего не угрожает, — убеждает друзей Артур.

Трубочки для коктейля плавают по спокойной воде озера, но как считают наши путешественники, от такого спокойствия только и жди неприятностей. И неприятности — как всегда! — не заставляют себя ждать.

Кто-то со всего размаху прыгает на соломинку, и она сотрясается так, словно сверху на нее свалился автомобиль.

Соломинка прозрачная, и ее обитателям хорошо видны грязные ноги пришельца. Подобное зрелище отнюдь не вселяет в сердца ребят добрые надежды.

— Что это? — в испуге шепчет Барахлюш.

— Откуда я знаю, — раздраженно бросает Селения.

— Замолчите! — шипит на них Артур. — Если мы будем сидеть тихо, беды, быть может, и не случится.

Увы, его надежды не сбываются. Чудовищных размеров электропила вгрызается в ствол трубочки как раз в том месте, где сидит Селения. Взвизгнув, принцесса бросается в сторону.

На корабле воцаряется паника. С ужасающим треском пила быстро перепиливает соломинку в том месте, где начинается «гармошка».

Наши герои пытаются удрать в другой конец трубочки, но таинственное создание прыжками движется в том же направлении, поэтому им ничего не остается, как затаиться в гармошке.

Ужасная пила продолжает свою работу и отсекает от трубочки второй конец.

Того, кто управляет пилой, интересует только маленький, напоминающий гармошку кусочек соломинки, иначе говоря, место, где эту соломинку сгибают, чтобы удобнее было пить. В этой-то самой гармошке и прячутся наши путешественники!

Тесно прижавшись друг к другу, словно птенцы моль-моль, ребята в страхе ожидают своей участи. Сейчас у них в головах нет ни одной идеи, ни одной мысли — только страх.

Загадочное существо, распилившее соломинку, стоит на гармошке, и наша троица видит только его подошвы. Однако что-то заставляет его заглянуть вниз. Путешественники видят, как на прозрачный пластик опускаются колени, а затем и ладони. И вот уже голова незнакомца свешивается над верхним краем гармошки. Наклонившись как можно ниже, он разглядывает неожиданных обитателей куска соломинки. Лицо неизвестного скрывают падающие на него многочисленные косички, в которые вплетены речные ракушки.

Судя по косичкам, перед ребятами туземец из дикого племени клевочуваков, населяющих один из семи континентов обширного подземного мира.

Сдвинув на лоб защитные очки, лохматый минипут в изумлении взирает на испуганных детей. Постепенно рот его расплывается в такой широкой улыбке, что становятся видны все тридцать восемь превосходных белых зубов. Улыбку клевочувака путешественники видят в перевернутом виде, поэтому Артур не рискнул бы утверждать, что она у него добрая.

— И что это вы тут делаете? — насмешливо спрашивает клевочувак.

Селения, издалека заметившая летящего к ним комара, не знает, стоит ли вообще отвечать на вопросы. Наконец, она находит наиболее, на ее взгляд, удачную форму ответа.

— Если осматы нас найдут, боюсь, нам уже не удастся объяснить вам, кто мы и откуда, — без улыбки произносит она.

Клевочувак все понял.

— В чем дело, почему стоим? — раздается противный голос осмата. Подлетев на своем быстрокрылом комаре, он зависает в воздухе над клевочуваком и выясняет, почему тот перестал работать.

— Да нет, ничего особенного, — небрежно отвечает клевочувак. — Просто хотел взглянуть, не испорченный ли кусок попался.

— Нас интересуют только трубы, гармошки нам не нужны, — напоминает осмат.

— Вот и прекрасно! А нам нужны именно гармошки! А коли делить нечего, авось и не поссоримся, — отшучивается клевочувак.

Но осматы не любят шуток. Ни плохих, ни хороших.

— Поторопись! Хозяин ждет, — рявкает осмат. Он исчерпал не только свою сообразительность, но и терпение.

— Ноу проблем! — отвечает клевочувак. — А вы, — шепчет он едва слышно, но отчетливо, чтобы спрятавшиеся в гармошке ребята могли его услышать, — сидите тихо, я сейчас за вами вернусь.

И, перепрыгивая с трубочки на трубочку, он бежит к берегу.

— Торопитесь, хозяин ждет! — кричит он своим товарищам, также занятым вырезанием гармошек из соломинок для коктейля. Соломинки медленно плавают по озеру, а клевочуваки, вооруженные электропилами, выпиливают из них нужные им куски. Заслышав повелительный окрик старшего, они не ускоряют работу, а наоборот, замедляют ее. Так обычно поступают шоферы такси: стоит вам сказать, что вы спешите, как они тут же начинают ехать медленнее. А если вы им об этом скажете, они всегда найдут сотню причин, почему именно сейчас нельзя ехать быстро.

34
{"b":"3416","o":1}