ЛитМир - Электронная Библиотека

— Я — вполне, — страшно довольный, отвечает Барахлюш;. Ему удалось одержать верх над сестрой, а это бывает так редко!

— А я — нисколько! — доносится из пропасти голос Артур. Он заметил гигантского паука и — еще хуже! — догадался, куда этот паук держит путь. Насекомое приближается к нему и явно не для того, чтобы с ним поздороваться. Скорее, чтобы попрощаться.

— Интересно, чем ты недоволен? — спрашивает Селения, наклоняясь над пропастью. — Быть может, ты считаешь, что у тебя нет недостатков?

— Что ты! Совсем наоборот, я глупый, мелкий, ничтожный человек, и мне ужасно нужна твоя помощь, — отвечает Артур, и в голосе его звучат панические нотки.

— Вот это называется честным раскаянием. Запоздалым, конечно, но тем не менее… такое раскаяние приятно слышать, — нарочито громко поздравляет его принцесса.

Паук продолжает путь, стремительно сокращая расстояние между собой и Артуром.

— Селения! На помощь! Тут огромный паук, он бежит прямо на меня! — в ужасе вопит Артур.

Заметив паука, Селения окидывает его оценивающим взором и спокойно говорит:

— Никакой он не огромный, просто обыкновенный паук! Впрочем, ты всегда склонен преувеличивать, — заключает она, нисколько не взволнованная появлением огромного зверя.

— Селения! Помоги мне! Он сейчас сожрет меня! — в панике кричит мальчик.

Селения становится на одно колено и наклоняется к пропасти — чтобы было удобнее поддерживать беседу.

— Конечно, я бы предпочла увидеть, как ты сгоришь со стыда, но….. Быть съеденным пауком тоже неплохо! — прочувствованно говорит она, тем самым доказывая, что чувство юмора никогда ей не изменяет.

Одарив Артура лучезарной улыбкой, она встает и небрежно машет ему ручкой.

— Прощай! — весело кричит она и отходит от края пропасти.

Артур остается один на один с чудовищем. Покинутый, растерянный, обессилевший. Словом, не жилец на этом свете. Так что если бы паук умел облизываться, он наверняка бы это сделал.

— Селения! Не бросай меня, прошу тебя! Я больше никогда не буду смеяться над тобой! Клянусь тебе всеми вашими Семью континентами, всем своим большим миром! — умоляет Артур. Но мольбы его не находят отклика. Край бездны, где только что стояла Селения, пуст. Она ушла. Бросила его в беде.

Артур чуть не плачет. Он дерзнул посмеяться над чувствами настоящей принцессы, и теперь его ждет суровое наказание: его сожрет отвратительная восьминогая тварь.

Он пытается выбраться из паутины, но еще больше опутывает себя клейкими нитями. Да, положение — хуже не придумаешь. Каждый толчок, каждая попытка высвободить руку или ногу приводит к тому, что очередной клейкий виток крепко обвивает его тело. Окончательно выбившись из сил, он в отчаянии повисает, опутанный серыми нитями, — словно окорок, приготовленный для отправки в коптильню. Превосходная еда для гурмана. И гурман не заставит себя ждать.

— Селения, прошу тебя, помоги мне, я сделаю все, что ты пожелаешь! — из последних сил кричит Артур.

Словно чертик из коробочки, над Артуром появляется голова Селении.

— Обещаешь больше никогда не смеяться над ЕЕ КОРОЛЕВСКИМ ВЫСОЧЕСТВОМ? — с улыбкой спрашивает девочка.

Артур в ловушке. Он согласен на все.

— Да, клянусь тебе! Обещаю! А теперь развяжи меня поскорее! — умоляет он.

Но Селения не спешит доставать из ножен меч.

— Что? Я плохо слышу! — нарочито медленно произносит она. — В чем ты мне клянешься?

Понимая, что Артур в ее власти, она в полной мере хочет насладиться местью.

— Да, Ваше Высочество! — торопится согласиться с принцессой Артур.

— Ваше Высочество? И все?

— Да, Ваше Королевское Высочество! — вопит Артур. От отчаяния голос его звучит как трубный глас.

Селения в раздумье. Что бы еще такое придумать?

— Извинения приняты! — наконец, снисходительно извещает она, вздернув носик так, как это умеют делать только принцессы.

Паук совсем близко, из его открытой пасти капает слюна.

Артур хочет закричать, но страх парализовал его, и он только беззвучно раскрывает рот.

Паук неумолимо надвигается на мальчика. Он огромный, туловище его выступает над краями расселины.

Селения вскакивает и, проделав замысловатый пируэт, наносит пауку сильный удар в челюсть.

Зашатавшись, как пьяный, насекомое останавливается. Потом трясет головой, словно проверяя, все ли в порядке, затем щелкает челюстями. Челюсти издают звук, напоминающий скрежет ржавого железа…

Селения смотрит паку прямо в глаза.

— Иди отсюда, толстяк, эта еда тебе не по зубам! Такой обед не про тебя! — надменно заявляет принцесса, и паук останавливается, словно прислушиваясь к ее словам.

Артур не верит своим ушам. Не верит своим глазам. Принцесса разговаривает с огромным пауком!

Еще несколько часов назад эта сцена показалась бы ему сном. А если бы он рассказал этот сон бабушке, та бы отправила его в постель и на всякий случай дала бы ему таблетку аспирина.

Вытянув руку в сторону удобно примостившегося на камешке Барахлюша, Селения щелкает пальцами:

— Барахлюш, конфетку! — приказывает принцесса.

Барахлюш роется в карманах и вытаскивает круглый, похожий на «Чупа-Чупс», леденец на палочке, завернутый в великолепный фантик из лепестков розы. Брат кидает конфету сестре, и та ловит ее на лету. Она разворачивает леденец. Под действием воздуха он раздувается, словно гигантский воздушный шар.

— Держи, потом расскажешь, вкусно ли было! — говорит Селения, ловко запихивая розовый шар в рот паука.

Насекомое замерло, словно младенец, впервые оторвавшийся от маминой руки. Глаза паука устремились на торчащую у него изо рта палочку, а сам он застыл в ожидании. Интересно, чего он ждет?

— А теперь иди и ешь свою конфету. Она клубничная, — говорит пауку Селения.

При этих словах паук начинает шумно сосать конфету.

Его кроваво-красные глазки постепенно становятся цвета недозрелой клубники и принимают миндалевидную форму.

Селения улыбается пауку.

— Хороший мальчик! — говорит она, прежде чем направиться к Артуру, спеленутому по рукам и ногам. Вытащив меч, Селения обрезает предательские нити и помогает мальчику выбраться на твердую землю.

— Ты спас мне жизнь, я спасла тебе жизнь, теперь мы в расчете, — говорит Селения таким тоном, словно сообщает счет футбольного матча.

— Ничего ты мне не спасла! — возмущается Артур. — Ты с самого начала знала, что я ничем не рискую! Ты просто хотела заставить меня надавать дурацких обещаний!

— Но и ты прекрасно знал, что ничем не рискуешь! Сделав первый шаг назад, ты обернулся и заметил паутину, которая предотвратила твое падение. Месье захотел поиграть в хитреца, но сам попался в свою же ловушку! — парирует Селения, и голос ее звучит угрожающе.

— А мадам разыгрывает из себя железную леди! Но когда ее деревянный человечек исчезает, хнычет, словно Мальвина и Пьеро вместе взятые! — раздраженно отвечает Артур.

— Что за очаровательная парочка! — умиляется Барахлюш. — Долгими зимними вечерами вы друг с другом не соскучитесь!

— А ты не вмешивайся, когда тебя не спрашивают! — в один голос заявляют Селения и Артур.

— Ты говорил, что готов умереть за меня, а сам всего лишь посмеялся надо мной! Ты гнусный лжец! — возмущается принцесса.

— Знаешь, что я тебе скажу? Ты всего лишь…

Но тут Селения обрывает его:

— Ты забыл, какое обещание дал мне всего несколько минут назад?

От неожиданности Артур больно прикусывает язык, так что на глазах у него даже выступают слезы. Он понимает, что угодил еще в одну ловушку, и если срочно ничего не придумает, крышка ее захлопнется над ним навсегда.

— Ну, обешшал… но обешшание быво даво под угьёзой… под стъяхом смершши! — отчаянно шепелявя, отнекивается он.

— Ты уходишь от ответа: так ты обещал или нет? — продолжает допрос Селения.

— Ну, обещал, — скрепя сердце, соглашается Артур.

— А дальше? Кому ты это обещал? — спрашивает Селения, намереваясь извлечь из мальчика все слова клятвы.

6
{"b":"3417","o":1}