ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Сказать жизни «Да!»: психолог в концлагере
Данбар
Не прощаюсь
Проверено мной – всё к лучшему
Мечтать не вредно. Как получить то, чего действительно хочешь
Ноу-хау. 8 навыков, которыми вам необходимо обладать, чтобы добиваться результатов в бизнесе
Как учиться на отлично? Уникальная методика Рона Фрая
Сила Киски. Как стать женщиной, перед которой невозможно устоять
Литературный марафон: как написать книгу за 30 дней

Прогулка привела Джима на Мэдисон Авеню, где он очутился перед универмагом «Аберкромби и Фитч». Он вошел внутрь и, оглядывая прилавки, добрался до оружейного отдела. Тут он полностью потерял ощущение времени, а когда пришел в себя, оказалось, что он идет по Пятой Авеню к пруду парусников. В его руках уютно устроилась итальянская автоматическая винтовка, в сердце — чувство вины, а в универмаге на прилавке — долговая расписка: «Одна автоматическая винтовка „Косми“, 750 долларов, 6 коробок патронов, 18 долларов. Джеймс Майо. В кредит».

Когда он добрался до бывшего хранилища парусников, было уже больше трех часов. Джим вошел, стараясь держаться как ни в чем не бывало, и надеясь, что сногсшибательное оружие в его руках пройдет незамеченным.

Линда сидела за роялем спиной к нему.

— Привет, — нервно сказал Майо. — Извини, что опоздал. Я… я принес тебе подарок. Эти — натуральные. — Он вытащил жемчуг из кармана и протянул ей. Тут он увидел, что она плачет.

— Э-э-э, да что случилось?

Она не ответила.

— Ты что, подумала, что я сбежал? Тут ведь, ну все мои шмотки здесь. И машина. Ты бы посмотрела сразу и убедилась.

Она обернулась и выпалила:

— Ненавижу!

Он уронил жемчуг и отшатнулся, пораженный ее неистовством.

— Что такое?

— Дрянной, паршивый врун!

— Кто?! Я?!

— Сегодня я ездила в Нью-Хэйвн, — ее голос дрожал от гнева. — На Грант-Стрит нет ни одного дома, одни развалины. Телестанции ВНХА не существует! Она разрушена!

— Нет!

— Да! И в твоем ресторане я была. Никакой горы телевизоров на улице нет! Только один, в бара. И он-то разбит в щепки! А в ресторане свинарник. Ты все это время жил в нем! Один! В задней комнате — только одна кровать. Ты врал! Все врал!

— Зачем мне врать?

— Никакого Гила Уоткинза ты не убивал!

— Убивал. Дуплетом. Он сам напросился.

— И телевизора, который можно было бы ремонтировать, у тебя нет.

— Нет, есть.

— Да даже если б ты его отремонтировал, все равно там нет телестанции!

— Думай, что говоришь! — рассердился он. — Зачем бы я убил Гила, раз там даже нет телестанции!

— А раз он мертв, как он может передавать программы?

— Ну вот! А говорила, что я его не убивал.

— Да ты псих! Ты невменяем! — рыдала она. — Ты описал тот барометр только потому, что бросил взгляд на мои часы! А я поверила в твою безумную брехню! Поехала, как дура, за этим барометром! Я такой всю жизнь искала, под пару к часам… — она подскочила к стене и грохнула кулаком рядом с часами. — Его место здесь! Здесь! А ты все наврал, ты, придурок! Никакого барометра там не было!

— Если кто здесь и псих, так это ты! — крикнул он. — Свихнулась на своем доме, и не видишь ничего вокруг!

Она пересекла комнату, сорвала дробовик и направила на Майо.

— Убирайся отсюда! Сию минуту! Убирайся, а не то убью! Чтобы я тебя больше не видела!

Отдача выбила ружье из рук, отшвырнув ее назад, и заряд дроби хлестнул по полкам в углу над головой Майо.

Фарфор с грохотом посыпался вниз. Линда побелела.

— Джим! Ради бога, ты в порядке? Я не хотела… Он сам выстрелил…

Он шагнул к ней, не в силах вымолвить слова от ярости. Вдруг, когда он уже занес руку для удара, в ответ на выстрел Линды послышалось как бы далекое эхо. «Блимм-блиммблимм!» Майо окаменел.

— Слышала? — прошептал он.

Линда кивнула.

— Это не дом рушится. Это сигнал!

Майо схватил дробовик, выбежал из дома и выпалил в воздух из второго ствола. Некоторое время было тихо. Затем вновь послышались три отдаленных взрыва: «Блимм, блимм, блимм!» У них был необычайный выхлюпывающий звук, как будто взрыв шел не наружу, а внутрь. В глубине парка в неба взвилась туча перепуганных птиц.

— Там кто-то есть! — вскричал Майо. — Господи, я же говорил, что кого-нибудь найду! Идем!

Они побежали на север. На бегу Майо нашарил в карманах патроны, чтобы перезарядить дробовик и снова дать сигнал.

— Молодец, что выпалила в меня, Линда!

— Я вовсе не палила в тебя! — запротестовала она. — Это был несчастный случай!

— Счастливейший в мире! Они бы прошли мимо и никогда о нас не узнали. Но что у них, дьявол, за пушки? Никогда таких не слышал, а я слыхал их все. Подожди.

На площадке перед «Алисой в Стране Чудес» Майо остановился и поднял ружье, собираясь выстрелить. Потом тихо опустил его, тяжело прерывисто вздохнул и резко сказал:

— Поворачивай! Идем домой.

Он развернул ее кругом, направив лицом на юг.

Линда уставилась на него. Во мгновенье ока она превратилась из милого косолапого мишки в леопарда.

— Джим, в чем дело?

— Я боюсь, — прорычал он. — Чертовски боюсь и не хочу пугать тебя. — Тройной салют раздался вновь. — Не обращай внимания! — приказал он. — Идем домой. Быстро!

Она не двинулась с места.

— Но почему? Почему?

— Нам здесь делать нечего. Клянусь.

— Откуда ты взял? Объясни!

— О боже! Не обожжешься — не бросишь, а? Ладно. Хочешь объяснения пчелиному запаху, падающим домам и всему прочему? — взяв Линду ладонью за шею, он повернул ее, обратив взглядом к фигурам из Страны Чудес. — Валяй! Гляди!

Какой-то мастер из мастеров отвернул головы Алисы, Болванщика и Мартовского Зайца, и на их место поставил ужасные, как у саранчи, морды, ощетинившиеся жвалами и жесткими усами, со стрекозиными глазами. Отполированно, стальные, они сверкали с невыразимой свирепостью. Линда издала слабый писк и осела на руки Майо. Тройной взвыв опять разнесся по окрестностям.

Майо схватил Линду, перекинул через плечо и рванул, не разбирая дороги, назад к пруду. Она мгновенно пришла в себя и застонала.

— Заткнись! — рыкнул он. — Скулеж не поможет.

Перед дверью бывшего хранилища моделей он поставил ее на ноги. Она вся дрожала, но пыталась держать себя в руках.

— Здесь были ставни, когда ты въехала? Где они?

— Валяются, — ей приходилось выдавливать слова. — За садовой решеткой.

— Я принесу. Набери все ведра водой и тащи в кухню. Живо!

— Они нападут?

— Болтовня потом. Давай!

Она набрала ведра, потом помогла Майо забить последний ставень в амбразуру окна.

— Порядок. Внутрь! — приказал он. Они вбежали в дом, заперли и забаррикадировали дверь. Сквозь щели ставней прорывались слабые лучи послеполуденного солнца. Майо стал распаковывать обоймы для своей винтовки.

— У тебя есть оружие?

— Где-то был револьвер двадцать второго калибра.

— Патроны?

— Думаю, есть.

— Приготовься.

— Они нападут? — повторила она.

— Не знаю. Не знаю, кто они, что они и откуда явились. Знаю только, что надо готовиться к худшему.

Опять раздались дальние взрывы. Майо насторожено замер, прислушиваясь. Его лицо казалось высеченным из камня. Грудь блестела от пота. От него пахло мускусом — запах плененного льва. Линду переполняло желание прикоснуться к нему. Майо зарядил винтовку, поставил рядом с дробовиком, и начал перебегать от ставня к ставню, бдительно выглядывая наружу в терпеливом ожидании.

— Они нас найдут? — спросила Линда.

— Возможно.

— Может, они дружественно настроены?

— Возможно.

— Эти головы так ужасны!

— Да уж.

— Джим, я боюсь. Никогда в жизни так не боялась.

— Я тебя понимаю.

— Скоро мы узнаем?..

— Если дружелюбны — час, если нет — два-три.

— П-почему два-три?

— Если они собираются напасть — будут более осторожны.

— Джим, а что ты на самом деле думаешь?

— О чем?

— О наших шансах.

— На самом деле? Сказать?

— Пожалуйста.

— Нам конец.

Она начала всхлипывать. Он яростно тряхнул ее.

— Прекрати. Иди приготовь оружие.

Пошатываясь, Линда пересекла гостиную, заметила оброненное Майо ожерелье и подобрала его. Она была так огорошена, что механически его надела. Потом прошла в свою затемненную спальню и оттащила от дверей чулана парусник Майо. Обнаружила револьвер в шляпной картонке на полу чулана и, отодвинув ее, взяла маленькую коробку с патронами.

8
{"b":"3425","o":1}