ЛитМир - Электронная Библиотека

— К сожалению, да! Ты снова обретешь все свои старые воспоминания и станешь моим врагом.

— Нет. Никогда я не стану твоим врагом!

— Тогда, значит, врагом Дамми. А это одно и то же. Мы ведь с ним заодно.

— Не уверен, что тебе так уж все известно заранее!

— Но у нас есть вполне определенные свидетельства, а у тебя — ничего.

— У меня есть мои чувства. И вряд ли они бы у меня были, если бы я действительно ничего этого не испытывал, — возразил я. — Ведь в глубине души я догадываюсь, что со мной происходит, но я совершенно не верю, что одна часть моего «я» станет обманывать другую.

Глория рассмеялась.

— Для этого есть чрезвычайно тонкие способы, — сказала она. — А разум, то есть душа — механизм чрезвычайно восприимчивый.

— Уж это-то я знаю! И мне, право, больше нечего добавить.

— Тогда иди сюда, — сказала она и раскрыла мне свои объятия. — Я хочу тебя — пока ты еще здесь, со мной.

Я подошел, сел с нею рядом и стал на нее смотреть. Она тоже не сводила с меня своих огромных, влажных, широко расставленных и поразительно глубоких глаз.

— Ты явился сюда с самого дальнего края Вселенной, — медленно проговорила она. — И тот меч, который видела матушка Шиптон, был, должно быть, именно твой. Судьба ведет тебя чрезвычайно запутанным путем…

— Все это, возможно, вполне справедливо, и все же не имеет никакого отношения к твоим теперешним страхам.

— И наш компьютер оказался не в состоянии обнаружить английский перевод того стихотворения, — продолжала она.

— Ну это уж проблема вашего компьютера, а не моя.

— Скажи мне что-нибудь — я хочу записать твой голос.

Я сказал.

— Знаешь, когда я тебя слушаю, то почти верю тебе! — сказала она. — Я сама не понимаю, отчего это.

— Однажды НА ЭТОМ СВОЕМ ПУТИ я умудрился перехитрить самого себя, — пояснил я. — Вот с тех пор у меня это и осталось. Никак излечиться не могу.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Я и сам не знаю. Но я отлично помню то созвездие, в которое ты меня превратила, — я его и сейчас вижу перед собой. А те звезды, что горят в твоих глазах, на сегодня — моя единственная цель!

И я рванулся навстречу этим звездам и утонул в их сиянии.

ГЛАВА 7. МНОГОГРАННАЯ ЛИЧНОСТЬ

Последовавшая за этими событиями неделя была наполнена обычными рутинными заботами, но Адама при этом с нами НЕ БЫЛО. Отдельные случаи я помню особенно хорошо, например со Свистящей тенью. Синильным убийцей или с Трупом на Конце Радуги. Запомнился мне и Робот, которому требовалось сердце. Интересным клиентом был Тот, у кого перчатки служили руками, а также — Отнюдь не безгрешный стигматик. Некоторые случаи вызывали серьезные затруднения, иные же были совсем легкими; порой я переживал внезапные приступы панического страха или, напротив, безумного восторга, да и то лишь если рядом не было Глории, а ради того, чтобы большую часть времени проводить с нею рядом, я готов был вынести все, что угодно.

Когда вернулись Адам и Пранди, они казались неразлучными: все время держались за руки и счастливо улыбались. Пранди была в восторге от тех мест, где они побывали, и от того, что они видели.

— И Адам такой знаменитый! — сообщила она. — Один папарацци буквально ни на минуту не оставлял нас в покое — таскался следом и все время его фотографировал.

— Вот как? — заинтересовался я. — И как этот тип выглядел?

— Ну, волосы коротко подстриженные, рыжие… Майка в ярко-красную и белую полоску… Тренировочные штаны… И еще он практически не снимал темных очков с зеркальными стеклами, а на запястьях у него были такие широкие кожаные ремешки с заклепками.

— Я уверен, что он просто спутал меня с кем-то, — сказал Адам. — Типичный случай ошибочной идентификации личности.

— Нет, — возразил я. — Ошибки тут никакой нет.

— Послушайте, мне просто необходимо вздремнуть с дороги! — заявила Пранди. — Адам, ты со мной?

— Конечно!

Но я успел перехватить его взгляд и смотрел на него не мигая.

— Сперва тебе придется выполнить одно небольшое обещание, мой дорогой,

— твердо сказал я ему. — А потом можешь спать сколько угодно. Хоть всю зиму.

— Да? И что же это за обещание? Я как раз собирался ответить, когда в комнату вошла Глория.

— Ты обещал мне некую выдающуюся память, принадлежавшую ранее Марселю Прусту, и я бы хотел получить обещанное немедленно.

Мы продолжали смотреть друг другу прямо в глаза. Потом плечи у Адама опустились, и он как-то странно ссутулился.

— Немедленно? — переспросил он. — Ты уверен?

— Абсолютно.

Глория стояла рядом со мной.

— Тебе это действительно так необходимо? — спросила она.

— Да. Можешь мне поверить. Пранди выпустила Адамову руку и двинулась прочь, бросив на ходу:

— Это же дело нескольких секунд! — Она обращалась к Глории. — Зато потом все будет кончено.

— Я знаю, — ответила ей Глория. Адам улыбнулся.

— Верно, — сказал он. — Хорошо, Альф. Пойдем.

И мы с ним направились к Дыре. Глория последовала за нами.

— Я буду тебе ассистировать, Дамми, — сказала она.

— Нет, — ответил он. — Никаких ассистентов.

— Не волнуйся. Все будет в порядке, — попытался я ее успокоить.

— Но я требую, Дамми! — возмутилась она. Он только головой покачал.

— В данном случае, дорогая, ты ничего требовать не можешь, — сказал он ей. — В этом деле командую я. Идем, Альф.

Я подмигнул Глории и шепнул:

— Не беспокойся. Я скоро вернусь. — И мы с Адамом нырнули в Дыру, а Глория вернулась в гостиную и уселась на диван.

Я успел еще увидеть, как Пранди поднимается по лестнице наверх, и дверь за нами закрылась. Мы пошли по коридору, а вокруг нас с тихим звоном падали откуда-то сверху ножи.

— Момент истины для тебя, — заметил Адам.

— Да, наверное, — откликнулся я, следуя за ним вдоль ровной цепочки глубоких отметин, оставленных его когтями леопарда. Через некоторое время я спросил: — А мы не слишком далеко зашли?

— Все самое ценное я храню в самой глубине, ближе к корме, — пояснил он. — Ага, вот и они!

Действительно, впереди уже были видны знакомые семь тел, покачивавшиеся на ветру времени. Адам сунул руку в небольшой пространственный «карман» слева от себя и извлек оттуда табличку с инструкцией.

— Перенос памяти потребует всего несколько секунд, — сказал он. — Хотя без сознания ты будешь несколько дольше — не могу, правда, точнее сказать, как долго. Но ведь здесь время ничего не значит, ты же понимаешь.

— Ладно. А когда я приду в себя, то хотел бы кое-что тебе сообщить.

— Хорошо, — сказал он и легонько ударил меня по голове, чуть повыше уха, и все тут же куда-то провалилось.

Я очнулся со вкусом летнего винограда «мадлен» во рту. Вокруг было некое, более широкое, чем обычно, статическое пространство. Я стоял лицом ко входу в Дыру. Дверь была закрыта, а Адама нигде не было видно. Уже через несколько секунд я догадался: что-то не так, ибо входная дверь была повернута вверх ногами! Я, таким образом, стоял на потолке, хотя сам себя перевернутым вверх ногами отнюдь не чувствовал. Впрочем, и спокойным я себя тоже не чувствовал. Мне почему-то казалось, что я всегда умел стоять на потолке головой вниз. Просто никогда не пробовал. Вполне возможно, я мог даже пройтись по потолку и спуститься по стене на пол. Подумать — значит сделать, решил я. Как-то все же привычнее было бы стоять на полу. Я поднял ногу и стал поворачиваться влево.

И тут справа от меня что-то промелькнуло, и с этой стороны я почувствовал острую боль. Затем в поле моего зрения появился Адам. Это он только что меня ударил.

— Ты что это? — спросил я, скорее удивленный, чем напуганный.

Снова что-то промелькнуло — теперь уже слева, — и снова я почувствовал боль.

И тогда я резко подпрыгнул вверх, поджав колени и сжавшись в комок, сделал несколько кульбитов и постарался преодолеть странное гравитационное поле, прижимавшее меня к потолку. В общем, на потолок я не вернулся. Когда мне удалось перевернуться ногами к полу, я рванулся к нему изо всех сил и в конце концов упал на пол, низко присев на напружиненных ногах и выбросив в стороны кулаки. Левый мой кулак ткнулся во что-то, и я услышал тихое ворчание. Тогда я ткнул вправо, повернулся и увидел, что ко мне приближается чья-то нога. Я перехватил ее и резко вывернул.

39
{"b":"3437","o":1}