ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Я покаянно вздохнула.

– Затем, что дура. Все равно ничего не узнала, только еще больше запуталась. И откуда бы она эту самую капсулу взяла, если вдуматься? Тут нужен кто-то, имеющий доступ к соответствующему… ну, оборудованию, что ли. Это же не гайку с завода украсть.

– Очень четко подмечено. Скрупулезно, как сказали бы вы. Но вот ведь что интересно: Павлу удалось выяснить, где трудится супруг этой вашей Нины. И заодно обнаружилось, что на этом самом предприятии – оборонном, замечу, связанном с космосом – можно достать то вещество, которое оказалось в капсуле. Только там и можно, хотя и довольно сложно. Круг допуска предельно ограничен, и ваш бывший родственник в этот круг попадает. Вот так.

– Но зачем? Какая ему от этого выгода? Не понимаю…

– Подождите, это еще не факт. В жизни бывают самые невероятные совпадения. А с вашей эмоциональностью, Наташа, не стоит делать скоропалительных выводов. Мы еще слишком мало знаем, нет никаких конкретных доказательств.

Господи помилуй, какие он собирается искать доказательства? Лично мне в голову пришла только одна сногсшибательная мысль: нужно каким-то образом получить отпечатки пальцев Игоря, Нининого мужа, сопоставить их с теми, которые, возможно, есть на капсуле, и тогда… Что – тогда?

Андрей наблюдал за мной более чем внимательно. И, похоже, первым нарушать молчание не собирался. Ждал, когда я переварю услышанное. А у меня случилось что-то вроде несварения мозгов, как очень метко определял такое состояние Валерий. Так что я отказалась от попытки мыслить аналитически, точнее, вообще мыслить, и продолжила процесс получения информации.

– С моей эмоциональностью все ясно. А что говорит ваш Павел?

– Ему удалось узнать еще одну деталь, которая сама по себе достаточно невинна. Через неделю после того, как вашу квартиру продали, Игорь купил себе новую машину. На работе объяснил, что продал старую, остальное доплатил из сбережений. Теперь будем проверять сбережения, но это не главное. Главное появится, когда проверим вашу мадам. Она мне в этой ситуации меньше всего нравится.

«Мне»? Занятно. Павел, в общем-то, не скрывал места своей работы. А чем занимается Андрей, неизвестно. Частный детектив? Сыщик-любитель? Или мне повесили на уши внушительный пучок лапши, прикрывшись «компетентными органами», а на самом деле вышли таким образом на состоятельных людей, замешанных в неблаговидном поступке? Таких ведь шантажировать – одно удовольствие.

Опять я не уследила за лицом, и мой собеседник не преминул этим воспользоваться:

– Я сказал «мне», потому что моя работа связана с анализом. Я не бандит и не рэкетир, я – политический аналитик. Так что не пугайтесь, никакого криминала.

– А я и не думала…

– Бросьте, думали. Я вам еще вчера сказал, что у вас очень выразительное лицо. По нему даже не читаешь, а вроде как телевизор смотришь. Кстати, о телевизоре. Сейчас будут новости, не хотите послушать официальную версию о пожаре?

Еще бы я не хотела!

С экрана интеллигентный голос ведущего объяснял, что стремительный рост преступности в нашей стране объясняется прежде всего тем, что большие доходы и сверхдоходы уже не скрываются от соответствующих органов и широких народных масс, а выставляются напоказ. Что, естественно, провоцирует несознательные элементы общества на совершение противоправных действий. А правоохранительные органы не в состоянии справиться с этой напастью, потому что отстают от преступников во всем, даже в техническом обеспечении.

Андрей поморщился:

– Большей глупости давно не слышал. Скрываются доходы, и как еще! Только до самых крупных преступников рукой не достать, а мелких задерживают столько же, сколько и раньше. Сейчас должны перейти к пожару.

Действительно, ведущий плавно перешел от темы преступности вообще к преступной небрежности в частности и поведал, что вчерашний пожар на Рождественке был вызван тем, что неквалифицированный сварщик, починяя что-то там на крыше, заронил на чердак искру. Из которой, как следовало ожидать, возгорелось пламя и очень быстро охватило два верхних этажа. Погибли две сотрудницы, отрезанные огнем от выхода. Еще три человека госпитализированы, их состояние опасений у медиков не вызывает. Ремонт будет стоить соответствующих денег, которые еще нужно где-то взять. В общем, спички детям не игрушка.

Я вопросительно посмотрела на Андрея.

– Так да не так. Только я прошу, Наташа, не тиражировать то, что вы сейчас услышите. Очаг возгорания был не на чердаке, а в той самой комнате, где находились ваши подруги. С работы они в тот день так и не уходили, а когда остальные сотрудники разошлись, остались. Судя по всему, что-то делали на компьютере. И их заперли снаружи, это точно установлено, к сожалению. Остальное пока еще только предположение, но… В общем, поджог осуществил кто-то из специалистов по компьютерам.

Я потрясла головой, но задать дополнительный вопрос не успела, Андрей меня опередил.

– Штука, в общем-то, известная, только не среди широких кругов россиян. К аппарату подключают соответствующее устройство, которое приводится в рабочее состояние либо при выполнении каких-то определенных действий на жестком диске, либо с помощью особой дискеты. Дискету под тем или иным предлогом вручают потенциальной жертве. В лучшем случае эта самая жертва лишается своего электронного друга с информацией, ну и, конечно, помещению наносится некоторый ущерб. В худшем… В худшем случается то, что случилось. Устройство – точнее, то, что от него осталось, – обнаружено. Остальное… И вот теперь предстоит узнать, кто из погибших принес дискету и за что с ними так расправились. Кому это было выгодно. У ваших подруг были враги? Прежде всего по бизнесу.

– Бизнеса не было, – покачала я головой. – Марина работала за зарплату, правда, немалую. Лариса – тоже. Ни торговлей, ни какими-то там сомнительными аферами не занимались. Лариса, правда, любила купить подешевле, продать подороже, но не для заработка, а так, из любви к искусству. За это не убивают, иначе в Москве пришлось бы половину теток угрохать, а по России – так и вовсе немерено. Странно, что Володя Ларису не опознал. Все-таки жена, хоть и бывшая…

– Откуда вы знаете, что не опознал? Вы с ним говорили?

– Пыталась, – неохотно ответила я.

– И вы не в восторге от результата?

– И я им удивлена.

Как ни странно, в присутствии Андрея я чувствовала себя увереннее, чем с Володей. Точнее – спокойнее, хотя видимых причин для этого у меня не было. Я бы назвала это женской интуицией, если бы не сильные сомнения в том, что подобное чувство у меня имеется. Тем не менее я достаточно связно рассказала Андрею о визите моего приятеля и о тех странностях, которые при этом то ли были, то ли мне померещились. После того как я выговорилась, стало легче.

– Можете считать, что у меня мания преследования, но, воля ваша, не нравится мне все это.

– Было бы странно, если бы нравилось. Но вот только посторонних в тот вечер в здании Морфлота не было, охранники клянутся на чем свет стоит. И вообще пропускная система там очень строгая.

– Черный ход?

– Опять же два охранника, причем проверка еще более придирчивая, чем на главном входе. В общем, преступник-невидимка или кто-то из своих. Но пока у всех – алиби на момент возникновения пожара. И никто из все-таки подозреваемых не разбирается в компьютерах так, чтобы организовать «электронный поджог».

Я скептически хмыкнула:

– У моих соседей сыну десять лет – так он первый в своей жизни компьютер увидел пару месяцев тому назад. Но если мой агрегат «зависает», я за помощью сразу бегу к этому Коле, и он все приводит в норму за несколько минут. Что-то там поколдует – и мой Кузьма снова ведет себя безукоризненно.

– Какой еще Кузьма? Это ваш поклонник, что ли?

Я улыбнулась и рассказала Андрею историю появления в моей жизни компьютера и его крещения. Действительно, Кузьма для меня почти живой организм и уж точно – составляющая часть моей жизни, причем не маленькая часть. Отсмеявшись, мы вернулись к основной теме разговора, и веселье испарилось само собой.

20
{"b":"3439","o":1}