ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Гнездо перелетного сфинкса
Первый шаг к пропасти
Давай начнем с развода!
Мировое правительство
Когда Ницше плакал
Невозможное возможно! Как растения помогли учителю из Бронкса сотворить чудо из своих учеников
Факультет судебной некромантии, или Поводок для Рыси
Тайный притон Белоснежки
Вино из одуванчиков
A
A

«Солидно», – отметил про себя, наблюдая, как за столиком у окна тучная женщина с пудовой прической на голове выбивает на машинке пулеметные очереди.

В обеденный перерыв, когда коридоры стали оживленнее, увидел Старшинова. Заочницы-юристки оказались правы: подтянут, безукоризненно одет, любезен, а здесь – еще и деловит. Пообедав, сразу же вернулся в кабинет.

В конце рабочего дня Захарченко позвонил в управление и попросил машину, предупредив:

– Только мне надо в «гражданской одежде».

– Будет «Волга». – Ему назвали номер и спросили: – Куда?

– Пусть ждет у гастронома. Это в полусотне шагов отсюда.

Через пятнадцать минут он увидел, как серая «Волга» заняла указанное место. К старшиновскому проектному тоже стали подходить машины. Вскоре из дверей вереницей потянулись служащие.

Наконец появился и Старшинов. Неторопливо пошел к ожидавшему его «Москвичу». «Держись за ним», – сказал шоферу Захарченко, уже сидевший в машине.

Поездка оказалась неинтересной. Старшиновский «Москвич» подкатил к подъезду длинного пятиэтажного дома в новом жилом районе, высадил своего пассажира и тотчас торопливо умчался. По адресу, имевшемуся у него, Захарченко понял, что Старшинов приехал домой.

Геннадий наведался в управление. С начальником отдела договорился о том, чтобы тот выделил сотрудника и машину для наблюдения за Старшиновым. «Понимаешь, надо его поводить. Вдруг он в переписке с ней и на почту наведывается. Не исключено, что птичка попытается здесь найти убежище».

– А если она на учреждение напишет?

– Не проходит. У него – секретарша-старуха. А мужик – женатый. Дети… должность…

Вечером второго дня Геннадий устроился за столиком в углу гостиничного ресторана обдумать положение. Старшинов нравился ему, потому что вел себя, как подобает солидному работнику: занимался делами без всякого постороннего беспокойства. После работы уезжал домой, и на этом все кончалось. Утром его забирал тот же «Москвич». Как и ожидал Геннадий, Светлана Обкатова, видимо, обрела в сердце привлекательного кустанайца всего лишь временную прописку.

В приемную Старшинова Захарченко зашел в половине десятого. Деловитый, с портфелем немного усталый.

Внимательно рассмотрев его, прическа проронила:

– Аркадий Васильевич на совещании у директора. – И, несколько оробев перед несвойственным рядовым посетителям спокойствием, спросила довольно вежливо:

– А вы по какому делу?

– Из Алма-Аты, – ответил он.

– Будете ждать?

Вопрос прозвучал как приглашение.

– Когда появится? – последовало в ответ.

– Через час-полтора.

В кафетерии гастронома, возле которого ставил машину, Геннадий выпил пару стаканов кофе. Посидел на скамейке в сквере. Притушив последнюю сигарету из пачки, пошел к Старшинову снова.

Едеа увидев его, секретарь открыла настежь тамбур начальственного кабинета, известив:

– Аркадий Васильевич! Товарищ пришел.

Старшинов пожал гостю руку на середине ковровой дорожки. А тот, подождав, пока закроются двери, улыбнулся ему и признался:

– Неудобно при посторонних. Я не из главка, я – из свердловской милиции: старший лейтенант Захарченко. Здравствуйте.

– Откуда? – спросил хозяин. И сразу как-то полинял.

– Да, да, оттуда, – подтвердил Захарченко, сел в кресло возле приставного столика и пригласил: – Присаживайтесь, пожалуйста… Я по поводу Светланы.

– Не понимаю…

– Я приехал поговорить, с вами о Светлане Обкатовой, с которой вы познакомились в Свердловске.

– Ах, вот что! Понимаю… – Старшинов не мог усидеть, поднялся прошелся по кабинету. – Все ясно. Но очень бы хотел попросить вас… У меня семья.

– Понимаю, – улыбнулся Захарченко, – У меня тоже есть. Слушаю.

Джентльменский разговор начался. Старшинов помнил все.

– В тот вечер я зашел к ребятам: уговорить на пульку. Но их в номере не оказалось. Это еще в «Олимпии» было. Заглянул в кафе: там тоже нет. Возле буфета приметил двух блондинок с парнем лет тридцати. Приятные женщины… Ушел. Через полчаса снова заглянул к ребятам. И опять их нет. И вдруг в коридоре увидел одну из тех, что стояли у буфета, Она шла, видимо, из умывальника, потому что в руках у нее был только что вымытый стакан. Я посмотрел на нее и говорю:

– Все пьете?

Она остановилась. Разговорились. Я сказал, что из Кустаная. Она ответила, что из Кургана: сдает экзамены в юридический институт. Я кое-что в этом деле понимаю, помню даже, что задал ей какой-то вопрос, но она уклонилась от ответа… Потом сказала, что вместе с ней сдают экзамены и кустанайцы, назвав Полину Борисову. А ту я знал еще девчонкой, когда работал в одном совхозе в Тарановском районе… Так за разговором зашли в их номер. Там я увидел и другую блондинку с парнем…

– Давайте поближе к Светлане, – посоветовал Захарченко.

– Понимаете… в тот день вечером я пригласил ее пройтись по городу. Мне нужно было переходить в «Юбилейную». Пришли. Оказывается, броня уже была на месте. Я получил номер. На этаже взял ключи. Вместе посмотрели. Понравилось… Решили поужинать. Спустились вниз, а в ресторан не пускают: полно народа. В ближайшем кафе та же история. Ну… решили закупить кое-что и пойти ко мне. Пока ходили, Светлана созналась, что насчет Кургана она загнула, на самом деле живет в Кемерово и работает там экономистом, а в Свердловске сдает экзамены не в юридический, а в институт народного хозяйства. Дома есть муж, который работает энергетиком на заводе, инженер. Детей нет. В общем, в ту ночь она осталась у меня…

Старшинов смолк.

Захарченко довольно долго ждал продолжения рассказа. Вынужден был подбодрить.

– Пока все понятно. Продолжайте.

– Да, конечно… Потом, много позднее, встретил Полину Борисову. Мы как раз шли фотографироваться… Позвал и ее. Сфотографировались несколько раз возле оперного театра. Там каменные львы естъ… Кстати, пленка еще не проявлена…

– А где аппарат? – спросил, словно ждал, Захарченко.

– Здесь. В сейфе.

– Дайте.

– Пожалуйста.

Через минуту, заполучив «Киев», Захарченко позволил:

– Продолжайте.

– А что продолжать?

– Про Светлану.

– По вечерам ходили в ресторан. Правда, я уже сидел на мели, раза два-три расплачивалась она.

– Денег у нее много было?

– Не знаю. Но, по-моему, она не нуждалась,

– А знакомые в Свердловске?

– Не видел и не слышал. На улице, например, с ней никто ни разу при мне не поздоровался. Правда…

– Что?

– Однажды она упоминала своего дядю. Говорила, что работает не то ректором, не то проректором в том самом институте народного хозяйства. Может, поэтому я никогда не видел, чтобы Светлана готовилась к экзаменам… Говорила еще, что после экзаменов собирается на юг.

– Поехала?

– Не знаю. Через неделю я купил билет на самолет, рейс помню даже – 1304 до Кустаная, на 17 часов 30 минут… В тот день она позвонила мне в номер из института. Я сказал, что на следующий день улетаю, Вечером, конечно, встретились. Распили бутылочку, Она осталась у меня. Утром к девяти заторопилась в институт. Я проводил ее. Дошли до плотины, дальше она пошла к площади одна.

Старшинов знал город явно плохо. Институт народного хозяйства – далековато от центра. А вот кулинарное училище – в здании горно-металлургического техникума, на площади.

– …В четыре я приготовился к отъезду. В это время Светлана позвонила мне из своего номера: в те дни она тоже жила в «Юбилейной» с одной знакомой из «Олимпии». Пригласила меня к себе. Подруги не было…

– Сама-то она не собиралась уезжать? – спросил Захарченко.

– Не знаю. Только говорила, что с кем-то поругалась, со знакомой какой-то, у которой оставляла вещи, Вещи действительно были: в номере стоял большой черный чемодан. Я еще помог сдать его в камеру хранения гостиницы.

– А дальше?

– Я занял у нее тридцать рублей. Детям нужно было подарки взять, понимаете?

– Понимаю, – недобро отозвался Захарченко.

7
{"b":"3447","o":1}