ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Работа под давлением. Как победить страх, дедлайны, сомнения вашего шефа. Заставь своих тараканов ходить строем!
Награда
Девушка Online. В турне
У подножия Монмартра
Дневники стюардессы. Часть 2
Свободна от обязательств
Москва и жизнь
Остров потерянных детей
Стокгольм delete

Она моргнула, стараясь прогнать пелену, застилавшую глаза, перед которыми все дрожало и кружилось, и попыталась ответить, но не смогла выговорить ни слова трясущимися губами.

— Кьяра! — Он приподнял ее, прижимая к себе, как ребенка, осторожно ощупывая пораненную голову. — Провалиться мне на этом месте, я не думал… О Господи!

— Мне уже лучше, — выговорила она, прижимаясь к его плечу.

Взор у нее постепенно прояснел.

— Крови нет, — сказал Ройс, не разжимая кольцо своих рук. — Только опухло. Клянусь всеми святыми, женщина, нельзя быть такой беспечной. Вы ведь в лесу, а не в дворцовых покоях.

— Ничего страшного, — бодро ответила Кьяра. — Совсем не больно. — Но не добавила, что даже приятно ощущать его пальцы на своих волосах. — Это, наверное, расплата за те удары, что я вам нанесла. Теперь мы квиты.

— Нет, так не пойдет! — возразил он. — Ведь могло быть куда хуже. Не знаю, что бы я делал тогда!

Кьяру поразило, с какой горячностью Ройс произнес эти слова, и она осознала вдруг, что он по-прежнему сжимает ее в объятиях.

Озноб побежал по спине девушки, и она замерла. Они застыли, храня молчание.

И вдруг ей пришла в голову страшная мысль. Невероятное открытие: ей нравится льнуть к нему, касаться его тела, слышать звуки голоса.

Кьяра подняла глаза и увидела в его бездонных зрачках — или так ей показалось — беспокойство, заботу, желание чего-то. Девушка испугалась, но не захотела разъединяться с Ройсом.

Она слышала шелест листвы, чувствовала дуновение ветерка, забыв в этот миг обо всем. Прошлое исчезло. Было только настоящее.

Ройс приподнял ее подбородок, но ей почудилось, что он сжимает ее сердце, и оно забилось так сильно, как не может, наверное, биться ни у кого из смертных. Теперь она горела в жару, ей не хватало воздуха, она таяла, плавилась, как лед под лучами солнца.

Его губы оказались возле ее рта, она ощутила его дыхание. Но он не поцеловал ее. Дрожь сотрясла его тело, из горла вырвался стон.

Неожиданно его руки уперлись ей в плечи, и она ощутила легкий толчок.

И прежде чем Кьяра осмыслила, что произошло, он поднялся на ноги, отошел и отвернулся от нее.

Она осталась сидеть на земле, удивленная, испуганная, растерянная.

— Ройс…

Не оборачиваясь, рыцарь хрипло сказал:

— Ваш ушиб пустяковый, миледи. Нам пора ехать.

— Но…

— Уроки окончены. Они вам больше не нужны, — чуть насмешливо проговорил Ройс и зашагал к поляне.

— Что стряслось?

— Забудьте обо всем, — оборвал он ее. — Ровно ничего не случилось. Не думайте об этом.

Рыцарь ускорил шаг, а она еще некоторое время сидела, не в силах подняться. Зачем он так?

Совсем недавно Кьяра была летящей птицей, которую согревал теплый ветер, и вот внезапно ее полет грубо прервали, и она камнем упала с высоты. Вздрогнув, девушка прижала руку к губам, не понимая, что сейчас чувствует. Слишком много ощущений обрушилось на нее.

Одно она знала точно: между ними что-то произошло. И еще ей хотелось, чтобы он поцеловал ее.

Она и сейчас хочет этого.

Глава 7

Остаток дня они провели почти в полном молчании, в то время как Антерос мерным шагом возносил их все выше по горным отрогам. Стало холоднее, но Ройс не замечал этого — его кровь жарко пульсировала в жилах. То был огонь желания. И гнева.

Гнева на самого себя.

Сидя в седле, он старался сохранять расстояние между собой и Кьярой и внимательно наблюдал за местностью. Ройс напоминал себе о долге, о клятве и ругал себя последними словами за то, что не отказался от предложения Альдрика, Но как быстро он, черт возьми, забыл и о долге, и о данном обещании там, в лесу! Как близок был к тому, чтобы вкусить от запретного плода. До сих пор он не понимает, откуда взялись силы остановить себя.

И почему Кьяра не пыталась протестовать? Не отклонилась, не оттолкнула, не дала пощечину, наконец? Почему?

Во имя всех святых, неужто она сама желала этого?! Возможно, из чистого любопытства, но хотела…

От этой мысли Ройсу стало не по себе, и он с преувеличенным вниманием стал вглядываться в окрестности. Уже смеркалось.

Нет, никогда ему не утолить своего голода, своего желания, которое обуяло его! А она… даже если и готова ответить на поцелуй, то лишь потому, что по невинности, по безгрешности своей не представляет, к чему это может привести. Она — ребенок, цветок, выросший за высокими стенами и не знающий, что, помимо садовых клумб, есть еще поля и луга.

Но он-то человек грешный. Ему ли не знать, что поцелуя никогда не бывает достаточно. А если будет начало, то никакая сила не остановит его от продолжения.

Нет, дьявол его побери, он больше и пальцем до нее не дотронется! Выбросит из головы все мысли, кроме одной: Кьяра — не женщина, а бестелесное создание, вещь, пакет, послание, которое он подрядился доставить вовремя и в полной сохранности. И больше ничего.

Но, увы, образы, которыми он успокаивал свое воспаленное воображение, не помогали добиться желаемого. В голове его тотчас мелькнуло: о Боже, с каким наслаждением он вскрыл бы этот пакет, чтобы ознакомиться с содержимым!

Сдерживая проклятия, Ройс обратил взор к небу.

«Кристоф, верный друг Кристоф, — в отчаянии молил он, — если ты где-то там, скажи мне что-нибудь. Пошли весточку, дай совет».

Солнце скрылось за горизонт, когда они добрались до вершины горы. Здесь недавно шел снег, и все вокруг было укутано белым покровом. Кьяра, которая, как и ее спутник, долго хранила молчание, не сдержала восхищенного возгласа. Ройс остановил коня.

Картина, открывшаяся перед ними, была поистине величественна. Альпийские вершины заслоняли весь простор, насколько хватало глаз. Казалось, они собираются заслонить само небо, и ему лишь кое-где удавалось прорваться между ними. Горы подпирали его, пронзая тучи своими скалистыми пиками, — они, и только они, властвовали здесь.

Ройс вздохнул полной грудью. Наконец-то! Он повернул голову вправо, к юго-востоку — туда, где лежали земли, когда-то принадлежавшие роду Фер-рано. Его роду.

— Как прекрасно, — тихо произнесла Кьяра.

— Да, — хрипло проговорил он. — Нигде больше нет таких красот.

Еще какое-то время они любовались величием природы, потом он тронул коня.

— А что там за гора? — спросила Кьяра, указывая на самую дальнюю и самую высокую вершину. — Как она называется?

Ройс ответил не сразу.

— Это гора Равенсбрук, — сказал он. — Там находится ваше будущее жилище, миледи. Замок принца Дамона.

Кьяра невольно задрожала при этом известии, а Ройс, в свою очередь, не удержался от едкого и жестокого вопроса:

— Вижу, вас не слишком радует мысль о скором свидании с женихом?

— Меня? Радует?! — с искренним возмущением воскликнула она.

— Простите, миледи, но ваш отец сказал, что вы по доброй воле дали согласие на этот брак. Отчего же упоминание одного только имени будущего супруга так расстроило вас?

— Ничуть не расстроило. — Кьяра передернула плечами. — И вообще мои чувства никакого значения не имеют.

— Отчего же?

Ройс понимал, что мучает ее своими жестокими вопросами, но ничего не мог с собой поделать.

— Нравится он мне или нет, — пояснила девушка, — от этого не зависел выбор.

— Однако отец не стал бы вас принуждать, откажись вы от брака?

Кьяра покачала головой:

— Не знаю. Принц Дамон выиграл войну и потребовал моей руки. Это было частью мирного соглашения. Шалон не в том положении, когда отец может спорить. Если бы я отказала… — Она не окончила фразу и продолжила: — Я не имела права навлекать гнев Дамона на мою страну. Разве вы не понимаете? Наш брак объединит королевские дома Шалона и Тюрингии, и на долгие годы, если не навсегда, в этих местах воцарится мир.

Ему показалось, что Кьяра явно говорит с чужого голоса, но искренне верит, во всяком случае, хочет верить, что так оно и будет.

То ли стремясь убедить Ройса, то ли для собственного спокойствия, она добавила:

23
{"b":"345","o":1}