ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Когда я уйду
Дневник осени
Розы мая
Темное удовольствие
С правом на месть
Спецназ Великого князя
Мажор-2. Возврата быть не может
Русь сидящая
Забытые

— Однако, отец, наемникам Дамона удалось его захватить. Значит, оно не такое безопасное. И очень удаленное, разве не так?

Король с нескрываемым удивлением посмотрел на свою дочь и даже переглянулся с Рейсом, но промолчал. И снова послышался голос Къяры:

— Принц Матиас желал бы, чтобы королевские семьи Шалона и Тюрингии были ближе друг другу. От замка Феррано до его дворца на горе Равенсбрук всего три дня пути. По словам Матиаса, куда труднее воевать с близкими людьми, нежели с дальними.

Она замолчала. Король Альдрик недовольно спросил:

— Это все, что хотел передать лично с тобой принц Матиас?

Кьяра покачала головой.

— Еще одна, последняя его просьба, отец. И самая настоятельная, — добавила она чуть дрожащим голосом. — Принц Матиас знает, что моя рука обещана наследнику тюрингского престола. И собирается жениться, чтобы продолжить свой род, но… Но только не на мне, отец!

— Что? — вскричал король. — Он осмелился пренебречь?!

— Нет, отец. И в этом заключается его последняя просьба. Он хочет, чтобы во исполнение ранее подписанного соглашения ты отдал мою руку… — она замолчала, глядя на отца широко открытыми глазами, — отдал мою руку его другу и спасителю, сэру Ройсу.

Никогда еще Кьяра не видела на лице у отца такого выражения. Он был ошеломлен, изумлен, его словно громом поразило.

Ройс насмешливо подумал: может показаться, Альдрик услышал, что его дочь собирается замуж за Антероса.

Король повернулся и уставился на Ройса, точно видел его в первый раз.

— Это правда? — спросил он. — Принц Матиас действительно хочет, чтобы вы поженились? Но почему?

— Да, — поспешила ответить Кьяра и пустилась в дальнейшие объяснения. — Когда-нибудь я стану королевой Шалона, и поэтому принц хочет, чтобы в соседнем с ним государстве мужем королевы был благородный во всех отношениях человек. Кому он мог бы доверять. Кто сохранил бы дружбу и союз между нашими странами на вечные времена.

Она умолкла. Альдрик смерил оценивающим взглядом Ройса, словно решал, не обманывается ли принц Матиас на счет этого человека. Ройс спокойно смотрел ему в глаза.

Молчание становилось тягостным, и Кьяра уже подумывала, что бы еще сказать от имени принца Матиаса, но вместо этого у нее вырвались совсем другие слова:

— Отец, если ты можешь простить принца Матиаса за эту ужасную войну, в которой повинен его брат, если можешь простить меня за то, что произошло с Кристофом…

Король резко обернулся. На лице у него появилось совершенно чуждое ему выражение — смущение.

— Простить тебя? — проговорил он.

— Я знаю, ты коришь меня за его смерть. Когда мы стали пленниками тюрингов у себя во дворце, ты сказал…

— Нет, дочь моя! Клянусь всеми святыми! — Он затряс головой в подтверждение своих слов. — Неужели все это время ты думала, что я… — Боль исказила его черты. — Нет, Кьяра! Может быть, я что-то и сказал в гневе, от отчаяния. Тогда прости меня. — Он ласково дотронулся до ее щеки, стирая выступившую слезу. — Можешь ты простить мои неосторожные жестокие слова?

— О да, отец.

Улыбка облегчения засияла на ее залитом слезами лице.

— Будем считать, что сегодня день прощения, — негромко произнес Ройс. — Все четыре года, что я был в изгнании, ваше величество, во мне кипела злоба. Я ненавидел вас, считая, что вы намеренно обесчестили меня, чтобы это послужило предупреждением остальным. Поэтому я…

— Нет, Феррано, — прервал его король, — у меня и в мыслях такого не было, клянусь. Ведь ни одна живая душа не узнала о наказании, которому я тебя подверг. Никто, кроме Кристофа, который скучал по тебе и выпытывал у меня правду. Он все время просил простить тебя, говоря, что наказание, избранное мною, слишком тяжкое. Возможно, он был прав, мой покойный сын.

— Возможно, ваше величество. — Ройс пожал плечами. — Не мне о том судить. Но я понял, что королю приходится порой ради блага народа принимать решения, которые могут быть несправедливы по отношению к отдельному человеку.

— Ты поумнел, сынок, — улыбнулся король. — Да, я наказал тебя за то, что ты не сумел сдержать своего гнева, но при этом я дал волю своей злости.

— Мы оба были немного не в себе в тот день.

— Верно, Ройс. — Король устремил взгляд в окно: день клонился к закату, и силуэт его собеседника четко вырисовывался на фоне бледнеющего неба. — Кристоф знал, что я долго не выдержу твоего отсутствия, и собирался, как только окончится война, отправиться за тобой, разыскать и привезти обратно. Он был упрямцем вроде меня, мой несчастный сын. — Король замолчал, потом добавил: — Ты тоже всегда был мне сыном, мой мальчик.

Ройс почувствовал комок в горле и, проглотив его, проговорил:

— Это большая честь для меня, сир.

— Для меня тоже, поверь.

Он приблизился к Ройсу и положил руку ему на плечо. Кьяра молча смотрела на них и теперь плакала уже от радости. С замиранием сердца она спросила:

— Вы благословляете наш брак, отец? Он недоуменно посмотрел на нее и сказал:

— Один раз я уже дал согласие на твой брак с человеком, о котором ты и слышать не хотела. Боюсь ошибиться во второй раз. Невзирая на просьбу принца Матиаса, я спрашиваю тебя: желаешь ли ты стать супругой Ройса?

Желает ли она? О милый, наивный отец! Кьяра почувствовала, как кровь прилила к щекам, и наклонила голову, чтобы скрыть проступивший румянец.

— Я хорошо узнала его во время путешествия, — произнесла она, тщетно пытаясь скрыть предательскую радость в голосе. — Он благородный, достойный человек, кому я посмела от вашего имени вернуть родовой титул и земли. Вы уже знаете об этом, потому что сами назвали его бароном. И я хочу, чтобы моим мужем стал сэр Ройс, барон Феррано.

Король кивнул и, словно выполняя обязанности священника, обратился к Ройсу:

— А вы?

— Ваше величество, — ответил тот, — два часа назад во дворе вашего замка я уже дал клятву погибшему другу Кристофу над крестом, заложенным в память о нем. — Ройс обратил свой взор на Кьяру. — То же повторю и сейчас. Клянусь, что буду любить вашу дочь до своего смертного часа.

Король думал о своем.

— Остается одно препятствие, — сказал он нерешительно. — В жилах Ройса, увы, нет ни капли королевской крови.

— Отец! — вскричала Кьяра. — Как раз это затруднение разрешил принц Матиас. Я говорила вам о его намерении создать нейтральную территорию между нашими странами. С вашего согласия эти земли получат статус государства и будут называться Княжество Феррано. А Ройсу будет дарован титул князя Феррано за заслуги перед Тюрингией и Шалоном.

— Разумеется, — вмешался Ройс, — все это возможно только при согласии вашего величества.

— И конечно, — добавила Кьяра, — если мы с Ройсом поженимся, наши владения объединятся, и наши наследники будут править обеими странами как одной.

Король Альдрик какое-то время молчал, переводя взгляд с одного из своих собеседников на другого. Потом улыбнулся и наконец рассмеялся:

— И мудрец же этот принц Матиас! Думаю, мы с ним поладим. Да и вам, мои дорогие, палец в рот не клади.

— Значит, вы благословите нас, отец?

Он обнял Кьяру.

— Да, дочь моя. От всего сердца!

Она поцеловала его.

— Как я люблю вас, отец!

— И я тебя, моя девочка. — Альдрик протянул руку Ройсу. — И тебя, Ройс Сен-Мишель, князь Феррано. С возвращением домой! Будьте счастливы, дети мои.

Эпилог

Кьяра стояла у входа в дворцовую часовню, не веря, что все происходит наяву, но моля Бога, чтобы никто не вздумал пробудить ее от этого сна.

Радость переполняла сердце: казалось, солнце никогда еще не светило так ярко, как сегодня.

На ней было платье из белого шелка с длинным шлейфом, похожее на то, что надевала она тогда, в Равенсбруке, на бракосочетание с Дамоном. Только цвет у него был сейчас другой — она выбрала его по просьбе Ройса. Он просил, чтобы оно напоминало снег на горных склонах, где они едва не лишились жизни, но обрели друг друга.

61
{"b":"345","o":1}