ЛитМир - Электронная Библиотека

ГЛАВА ПЯТАЯ

Этан отвез ее в «Таверну Мартина». Едва ли не все работающие в этом районе собирались здесь в обеденный перерыв, поэтому в таверне все еще было многолюдно. Но кухня действительно отменная, а минут через десять посетители начнут расходиться.

Когда хозяйка пригласила их войти, Этан попросил, чтобы она предоставила им какой-нибудь дальний столик, где никто бы их не беспокоил. Они прошли вслед за ней в отделанную бордовой виниловой кожей отдельную кабину. Лампа в светло-зеленом абажуре освещала приглушенным светом грубую темную поверхность деревянного стола. Даже в середине дня солнечные лучи, проникающие через окна, были недостаточно сильными, чтобы осветить этот дальний закуток таверны.

Через несколько минут к ним подошел юный официант и предложил заказать напитки. Потом он снова оставил их одних, предоставив возможность изучить меню.

Этан взглянул исподтишка на сидящую напротив него женщину, уткнувшуюся в меню. Он не мог поверить тому, что это и в самом деле Гвен, тому, что он сам нашел ее. Нашел неожиданно, когда уже решил нанять частного детектива, чтобы разыскать ее.

Она выглядела не так, как в ту ночь в его квартире, но даже лучше. Ее волосы, не склеенные лаком, лежали более естественно. Одежда выглядела более удобной и больше отвечала ее индивидуальности – во всяком случае, так ему показалось. Хотя он должен был признаться, что на него произвело неизгладимое впечатление то маленькое черное платье, которое было на ней в день рождения.

Слава богу, ее глаза совершенно не изменились. Они были такими же шоколадными, какими Этан их запомнил. И улыбка оставалась все такой же детской, что и в ту ночь, которую они провели вместе. Хотя у Гвен было не так много поводов улыбаться с того момента, как он неожиданно появился у дверей ее квартиры – всего каких-то двадцать минут назад.

Этан не видел никаких особых причин для своего приподнятого настроения, но все внутри него пело только оттого, что он видел Гвен снова.

Что с ним, черт возьми, случилось?

И что такого особенного было в этой Гвен Томас, если она завладела его мыслями?

Гвен не относилась к его типу женщин, но ее лицо всплывало в его памяти, едва он успевал утром проснуться, и было последним, что он видел, прежде чем заснуть. Целыми днями Этан думал о том, где она, кто она, что делает и увидит ли он ее когда-нибудь снова.

Сейчас она сидела напротив него и рассеянно барабанила ногтями персикового цвета по столу, изучая меню, а он не мог придумать, что сказать. Не помнил ни единого вопроса из тех, что терзали его так давно. Он был доволен уже тем, что натолкнулся на нее и она согласилась пообедать с ним.

Официант вернулся, и они заказали по тарелке с самыми разнообразными сэндвичами. После того как он отошел, они пили чай со льдом и болтали о разных пустяках, пока им не принесли заказ.

– Вы правы, еда очень вкусная, – сказала Гвен, попробовав кусочек пшеничного хлеба с индейкой. Капелька горчицы застыла в уголке рта, и она сняла с колен салфетку, чтобы вытереть ее.

Этан взглянул на собственный многослойный сэндвич с жареной картошкой.

– Я рад, что вам нравится.

Они долго жевали в полном молчании, пока Этан наконец не выдержал. Никогда прежде он не считал себя застенчивым, поэтому не видел причины, по которой, черт побери, стал таким сейчас.

– Послушайте, Гвен, – пробормотал он. – Я не все понимаю, поэтому хочу кое-что у вас спросить. – Он с удовлетворением отметил, как она покраснела, пытаясь проглотить кусочек, который только что жевала. – В ту ночь, когда мы были вместе, почему вы ушли, ничего не сказав? То есть, я видел вашу записку, но вам не следовало так поспешно убегать.

Ну почему, почему впервые в жизни, это его так сильно, черт возьми, волнует?

Гвен открыла рот, чтобы ответить ему, но, поперхнувшись, закашлялась. Отпив чая со льдом и сделав глубокий вдох, она подняла на него глаза.

Он ждал, что Гвен отведет взгляд, но, к его удивлению, она не сделала этого.

– Мне было не по себе, и я подумала, что лучше для нас обоих, если я уйду до того, как вы проснетесь. Вы можете мне не поверить, но я не привыкла проводить ночь в доме – или в постели – с едва знакомыми мужчинами.

Тут она отвела взгляд, и он увидел, как аккуратный ноготок светло-персикового цвета принялся чертить на салфетке восьмерку.

– Я вам верю. Честно говоря, меня удивляет кое-что другое: почему вы захотели пойти со мной, совершенно незнакомым человеком и предложили заняться с вами любовью. – Он помолчал, чтобы сделать глоток освежающего напитка и еще раз обдумать те слова, которые, он знал, были правдой. Интересно, как она к ним отнесется? – Меньше всего я мог ожидать такого предложения от женщины, которая еще не знала мужчин.

Если до этого Гвен казалась смущенной, то теперь ей явно стало неприятно. Ее пальчик на мгновение замер на темной деревянной поверхности стола, и она, стиснув руки, положила их на колени.

– Как вы узнали? – сдавленным шепотом спросила она.

– По некоторым красноречивым признакам, – честно ответил Этан. – Сначала вы немного нервничали, и вам понадобилось какое-то время, чтобы почувствовать возбуждение. Кроме того, вы были слишком напряжены, и я ощущал ваше сопротивление.

Краска, постепенно багровея, залила шею Гвен, потом охватила щеки. Этан пожалел о своей бесцеремонности и погладил ее по руке.

– Извините, я не хотел смущать вас. Да вам и не стоит смущаться. Разве можно стыдиться девственности?

– Я не стыжусь.

Ее поникшие плечи и опущенные ресницы говорили совсем о другом, но он не стал продолжать эту тему.

– Вот и хорошо, – просто сказал Этан. На самом деле в этом было что-то необычное. – Мне как владельцу клуба приходится ежедневно общаться с множеством женщин. С некоторыми из них я даже сплю, – прозаично добавил он. – Но не могу припомнить, когда в последний раз – да и случалось ли такое вообще – я был у какой-нибудь женщины первым любовником.

Гвен посмотрела на него. Взгляд коричневых, как у олененка, глаз был тревожным и настороженным. Этан слегка улыбнулся, чтобы немного успокоить ее.

– Вы можете по крайней мере объяснить мне, почему? – попросил он.

– Что почему?

– Почему вы выбрали меня. Из всех мужчин Джорджтауна и всех мест, куда вы могли отправиться в тот вечер, вы остановились на «Злачном местечке» и на мне?

– Можете поверить, что вы были подарком на мой день рождения? – тихо спросила она.

Этан долго, пристально глядел на Гвен, пытаясь осмыслить то, что она сказала. Он помнил про день рождения, но до него так и не дошло, что он стал самым большим подарком для одинокой женщины.

Его использовали, или он должен чувствовать себя польщенным? Он не знал, что и думать. И решил не слишком огорчаться, учитывая тот подарок, который она сделала в ту ночь ему самому.

– Вы сердитесь на меня?

Этан машинально покачал головой.

– Нет.

Он действительно не злился, хотя ему было бы трудно описать, что он сейчас чувствовал. Какие-то пословицы пронеслись в его голове. Этан едва не хмыкнул. «Отплатить той же монетой». «Палка о двух концах».

Он долго вел прекрасную беззаботную жизнь, и тут появляется эта женщина, чтобы все перевернуть и заставить его во всем усомниться.

Вместо того чтобы принести облегчение, ее признание вызвало у него еще больше вопросов.

– Вы не возражаете, если я спрошу, сколько вам исполнилось? – Ей нельзя дать на вид больше двадцати пяти, но он не отличался способностью точно определять возраст. – Или мне, возможно, следовало бы поинтересоваться, как случилось, что такой красивой, очаровательной молодой женщине, как вы, удавалось столь долго не вступать в близкие отношения с мужчиной, независимо от вашего возраста. Я бы мог, скорее, предположить, что вы расстались со своей девственностью еще в школе, возможно, на заднем сиденье какого-нибудь старого, видавшего виды автомобиля, благодаря капитану школьной футбольной команды. Или во время вечерней прогулки со знакомым мальчиком, после того как упросили родителей разрешить вам пойти на свидание, несмотря на то, что были еще слишком молоды.

8
{"b":"3455","o":1}