ЛитМир - Электронная Библиотека

Час спустя, после чаепития и проведения измерений с помощью линейки и увеличительного стекла, результат состязания был окончательно определен.

— Тебе не кажется, — спросил лорд Брайт, обращаясь к брату, и Диана заметила в его глазах веселые искорки, — что вы оба слегка отклонились к северо-востоку? — Он взял все четыре сердечка и сложил их одно над другим.

Диана тоже осмотрела мишени. Абсолютно точного совпадения отверстий не было, но лорд Брайт оказался прав — все четыре отклонения были в одном и том же направлении. Она протянула мишени маркизу.

— Хотите на память?

— Весьма ценный подарок, — с едва заметной улыбкой сказал он и положил листки в карман. — По крайней мере на этот раз мне удалось добиться ничейного результата.

Неожиданно вмешалась Элф:

— Диана, говорят, вы хорошо играете на бильярде. Я тоже решила научиться, но мужчины не знают…

Диана позволила увлечь себя за руку, сопровождаемая потоком болтовни, и едва удержалась, чтобы не оглянуться назад. Впрочем, в поведении маркиза не было никакого намека на сближение. Все это только в ее воображении, и она была благодарна Элф за то, что та увела ее.

Диана пришла на помощь Элф в освоении игры и тем самым избежала нового вызова. Она, возможно, могла бы обыграть на бильярде почти всех мужчин, но уже начинала испытывать некую неловкость от своих необычных для женщины способностей. Более того, не исключена возможность, что маркиз снова окажется равным ей и между ними снова появится нечто общее, а этого она старалась не допускать. И уж совсем недопустимо, чтобы он одержал победу.

После обучения Элф игре на бильярде она взялась за работу, ища в ней спасения. Два спокойных часа, проведенных со своим секретарем и бумагами, были нужны ей как воздух. За это время она могла наконец прийти в себя и попытаться разобраться в своих мыслях. Когда секретарь Теркотт вышел, чтобы отправить корреспонденцию, Диана осталась одна в тихом рабочем кабинете, собираясь с силами.

Весь остаток дня Диана старалась выглядеть спокойной, правда, не была уверена, что это удается ей в полной мере. Хорошо, что маркиз почти не показывался из своей комнаты, поскольку из Лондона прибыло много корреспонденции.

— Ваш брат всегда так увлеченно занимается делами? — спросила она у Элф, когда они собрались в гостиной перед обедом.

— Нет, не всегда. Полагаю, в данный момент возникли некоторые шероховатости в наших отношениях с Францией, — Но ведь маркиз не является членом правительства.

— Нет.

— Или это не совсем так?

Элф слегка улыбнулась.

— Бей имеет прекрасно отлаженную сеть по сбору сведений и получает их из разных источников, чтобы потом анализировать. Король находит это весьма полезным.

— На мой взгляд, их связывает нечто большее.

— Да, король восхищается способностями маркиза Родгара и часто советуется с ним по многим вопросам.

После обеда в гостиную принесли кукольный театр, и дети показали небольшое представление, закончив его под аплодисменты. Затем они попросили другие игрушки, волшебный ящик и сломанную механическую куклу. Движущиеся картинки вызвали большой интерес, однако механического барабанщика заводить было нельзя, и оставалось только смотреть на него.

Графиня Аррадейл обратила внимание на свою мать. Вдова вежливо улыбалась, но Диана заметила тревогу в ее глазах. Ей хотелось подойти и утешить мать, но она не знала, как это сделать. Возможно, лучше всего ничего не говорить на эту тему.

Диана подошла к маркизу.

— Если вы еще не передумали, милорд, я была бы благодарна вам, если бы вы взяли эту заводную игрушку в Лондон для ремонта. Впрочем, — добавила она, — я хочу подарить ее вам.

Это был довольно-таки щедрый подарок, но маркиз не стал возражать.

— Вы очень великодушны, миледи. Я позабочусь о том, чтобы эту игрушку привели в порядок.

Вечер прошел за картами, кроме того, слух гостей услаждали музыканты, блистая своим искусством. Диана вновь оказалась за одним столом с лордом Родгаром, и ее мысли все время назойливо крутились вокруг одной и той же порочной дилеммы, жужжа в голове, как пчелы, попавшие в стеклянную банку. Она мучилась, но не могла остановить их.

Это был последний вечер. Сделать ли ей первый шаг или не делать? Примет ли он ее или нет?

Она невольно любовалась маркизом, когда тот заговаривал с лордом Брайтом, блеском его глаз, когда он поддразнивал леди Стин, длинными ловкими пальцами, когда он тасовал карты.

Она почти чувствовала эти пальцы на своей руке…

О, черт побери! Разве можно упустить такую возможность!

Когда партия наконец закончилась и Диана смогла найти убежище в своей комнате, она ощутила моральную усталость… но тело ее было полно энергии, которая требовала выхода.

Сделав все приготовления ко сну и облачившись в просторный шелковый пеньюар, она отпустила Клару и повернулась лицом к двери в смежную комнату. Оттуда не доносилось ни звука.

Диана немного походила, мучаясь сомнениями, затем накинула поверх светлого пеньюара большую узорчатую шаль.

Набравшись храбрости, она подошла к двери и постучалась. Дверь открылась, и… перед ней оказался слуга маркиза.

— Да, миледи?

Диана быстро окинула комнату взглядом и никого не обнаружила за спиной слуги. Проклятие! Она готова была захлопнуть дверь и спрятаться в постели, но не могла терять достоинство.

— Меня интересуют планы маркиза относительно завтрашнего путешествия.

Слуга старательно сохранял бесстрастный вид.

— Что передать ему, миледи, когда он придет?

— Нет-нет, ничего не надо передавать. Это не к спеху.

Она закрыла дверь и бросилась на постель. Зачем, о, зачем она поддалась этому безумному порыву и так выдала себя!

Можно ли надеяться, что слуга не доложит о ее визите? Она молилась об этом, проклиная свою жаждущую плоть, приведшую ее к опасной черте.

Диана лежала на спине, глядя на серый шелк балдахина. Он такой же серый, как его глаза… Она всегда опасалась, что пылкое воображение приведет ее к неприятностям. Надо сдерживать свои порывы. Ей следовало бы оставаться праведницей и хранить первозданную чистоту, как монахиня.

В окно заглядывала полная луна. Как ужасно, что все ее надежды рушатся.

Неожиданный стук из соседней комнаты заставил ее встрепенуться. Она смотрела на дверь, как будто перед ней были врата ада.

Снова раздался негромкий стук.

Диана вскочила с постели, чувствуя, как колотится сердце. Что делать, если он явится к ней с определенными намерениями? И почему ее настроение так резко изменилось?

Судорожно втянув воздух, она открыла дверь.

Маркиз был полностью одет, отчего она почувствовала себя неловко в своей шали.

— Да, милорд?

— Извините за вторжение, леди Аррадейл, особенно в такой поздний час. Прошу уделить мне всего несколько минут.

Диана снова вздохнула, но на этот раз разочарованно. Нет, он едва ли догадывался, что она одета ко сну.

Диана отступила, приглашая его войти.

— Конечно, милорд. Чем могу помочь вам? У меня найдется портвейн, если хотите.

Он отказался, значит, ей не удастся найти поддержку в бутылке. Она жестом предложила ему сесть в кресло у холодного камина.

— У меня есть приказ доставить вас в Лондон, леди Аррадейл.

Она резко выпрямилась в кресле.

— Что? Чей приказ?

— Короля, конечно, но не без участия королевы. — Он протянул ей сложенное письмо.

Она развернула его и прочитала приглашение от королевы Шарлотты провести некоторое время во дворце в качестве придворной дамы.

— К чему это? — спросила она и добавила:

— Разумеется, я не поеду.

— Было бы неразумно уклоняться от обязанностей перед королем.

— Он не имеет права… — Она замолчала, пытаясь справиться с замешательством. Это было совсем не то, чего она ожидала в этот вечер.

— Вы привлекли внимание короля, леди Аррадейл. Вы обращались к нему с просьбой разрешить вам занять место в парламенте.

— А почему бы и нет? — спросила она. Диана знала, что это безнадежное дело, однако такое ущемление прав женщин раздражало ее. — Мое графство даже не представлено в парламенте. Графский титул позволяет занимать место в палате лордов, и я также имею право на это.

17
{"b":"3456","o":1}