ЛитМир - Электронная Библиотека

Ничто не могло заставить Мэг вернуться назад.

Она побежала через сад и не останавливалась, пока не оказалась в проулке позади дома, потом выскочила на улицу, по которой шли нормальные, здоровые люди. Постояв немного, она усилием воли заставила себя отправиться туда, где ее ждал Обезьян.

— Миледи! — Он смотрел на нее широко открытыми глазами, быть может, потому, что она появилась не с той стороны. — С вами все в порядке?

— Теперь уже да, — ответила Мэг как можно более ровным голосом. — Но я хочу поскорее уехать отсюда.

— Слушаюсь. Лучше всего выйти на Стоукс-стрит. Там есть стоянка экипажей.

Однако они успели сделать всего несколько шагов, как услышали крик, от которого Мэг вздрогнула.

— Убийца! Убийца! — Голос звучал издалека, но Мэг знала, что он доносится из дома сэра Артура. Она не могла объяснить, откуда знает это, но знала точно.

Мэг схватила Обезьяна за рукав:

— Пошли отсюда!

Тот кивнул, снова широко раскрыв глаза от удивления.

— Не бегите. Ведите себя нормально. Мэг смирила свой бег до быстрого шага и поспешила прочь от растущей суматохи.

И вдруг мужской голос завопил:

— Вот она! Убийца! В коричневом пальто. Держи ее!

Мэг замерла, не в состоянии поверить своим ушам, потом было обернулась, чтобы возразить, но Обезьян схватил ее за руку и бросился бежать.

— Вперед, миледи! — закричал он. Увидев, что толпа быстро растет и все смотрят ей вслед, Мэг подобрала юбки и послушно помчалась за Обезьяной, но вскоре выбилась из сил и начала задыхаться.

Обезьян внезапно втолкнул ее в боковую аллею.

— Ваше пальто, миледи! Быстрее!

Судорожно ловя ртом воздух, Мэг сбросила пальто, и Обезьян накинул ей на плечи свою расшитую золотыми галунами ливрею, после чего сам надел ее пальто и глубоко надвинул на лицо капюшон.

— Спрячьтесь! — скомандовал он и рванул на улицу с удвоенной скоростью.

Прислушиваясь к вою погони, Мэг перевалилась через невысокий каменный забор и, съежившись, затаилась за ним, дрожа от страха и холода. Вскоре толпа пронеслась мимо, но несколько человек отстали, выдохшись, они топтались по ту сторону забора, обсуждая случившееся.

— Он лежал в луже крови…

— Упокой его, Господи…

— Ревнивая любовница…

— Домоправительница говорит…

— Надо же, высокородная дама…

Сэр Артур! Его убили? Но как? И люди считают, что это сделала она? Мэг закрыла рот руками, чтобы не застонать. Домоправительница знает ее имя. Слуги видели, как она в панике промчалась через кухню. Констебли скоро явятся в дом графа и потребуют выдать графиню!

Разверзнись сейчас у ее ног пропасть, Мэг не задумываясь бросилась бы в нее, даже если бы та вела в преисподнюю. Она ни за что не хотела бы больше предстать перед своим несчастным мужем. Однако Мэг нужно было идти — не могла же она вечно корчиться здесь, под забором. Кроме того, она просто замерзнет здесь насмерть.

Мэг подумала, что в этом сверкающем золотыми галунами одеянии привлечет к себе нежелательное внимание. Она сняла ливрею, поваляла ее по земле, потопталась по ней, чтобы сделать похожей на выброшенную тряпку. Потом опять надела, отбросила свою прелестную бархатную шляпку и муфту и крадучись двинулась по проулку.

Нужно было найти какое-нибудь укрытие, место, где можно, спрятавшись, подумать, что делать. А пока — подальше отсюда, а то не ровен час толпа вернется.

Эта мысль придала ей храбрости выйти на улицу и поспешно зашагать прочь. Она не знала даже, куда бежит. Просто подальше от этого места.

Когда она остановилась на минуту возле зеленной лавки, чтобы перевести дух, хозяин вышел и закричал, грозя кулаком:

— Убирайся отсюда! А то кликну констебля! А ну, пошла вон! — Словно она была шелудивой кошкой.

Мэг в испуге повернулась и побрела дальше. Теперь она не была уже уважаемым членом общества. Ее место отныне — среди его отбросов.

Вскоре она едва избежала опасности, чуть было не поддавшись на уговоры вполне приличной на вид женщины — из тех, что обманом завлекают девушек в дома терпимости, но, поняв в последний момент, с кем имеет дело, успела убежать.

Это лишило Мэг остатков мужества. Мир казался ей теперь джунглями, кишащими ядовитыми змеями, за каждым деревом мерещился хищник с острыми клыками.

Она хотела домой! Она хотела, чтобы все, что с ней случилось, оказалось сном. Но несколько минут спустя Мэг сообразила, что теперь ее дом — на площади Мальборо. Дом — это значит граф. А он после того, что она устроила, скорее всего выкинет ее обратно на улицу. Прислонившись к стене, Мэг зарыдала, но, взяв себя в руки, гордо подняла голову и зашагала дальше. В никуда.

В этот момент мимо нее пробежал мальчишка с пачкой газет под мышкой. Размахивая одной из них над головой, он кричал:

— Последние новости! Последние новости! Читайте! Гнусное убийство джентльмена и его любовницы! Замешана графиня!

Мэг растерянно уставилась ему вслед. Должно быть, краска еще не высохла на этих газетах!

Прохожие останавливались, покупали газету, и она слышала, как они переговаривались между собой, обсуждая скандальное дело:

— Говорят, это леди Саксонхерст. Вот так новобрачная!

Мэг была раздавлена. Совершенно раздавлена. Саксонхерст никогда больше не захочет ее видеть.

Не поискать ли убежища у кого-либо из бывших соседей по Моллетт-стрит? Нет, едва ли кто-нибудь из них пойдет ради нее на нарушение закона, к тому же это будет следующим местом, куда явится полиция. Устало бредя вдоль незнакомых улиц, преследуемая криками продавцов газет, иные из которых уже выкрикивали ее имя, Мэг чувствовала себя так, словно с нее содрали кожу.

И тут ей в голову пришла мысль. Отчаянная, но единственно возможная. Безусловно, вдовствующая герцогиня Дейнджерфилд не захочет публичного скандала, связанного с ее семьей. Во всяком случае, на какое-то время она даст ей убежище.

В конце концов, как только она появится у герцогини, та сможет послать весточку Саксонхерсту. Возможно, это чрезвычайное происшествие даже послужит воссоединению семьи! Мэг собрала все свое мужество и отправилась в неблизкий путь к гостинице «Квиллер».

Дрожа от холода и усталости, она наконец добрела до своей цели.

Мэг собралась уже подняться по ступенькам респектабельного здания, но тут заметила, что люди брезгливо сторонятся ее, принимая за нищенку.

В таком виде ей никогда не войти в гостиницу и не встретиться с герцогиней.

Понимая, что она привлекает к себе здесь внимание, Мэг прошла кварталом дальше и завернула за угол, удивляясь тому, сколь изворотливой стала простодушная Мэг Джиллингем в этом затруднительном положении.

А что с бедным Обезьяном? Он шустр и умен. Конечно, ему удалось убежать. Разумеется, он отправился прямиком к хозяину и поведал ему печальную историю. И что теперь сделает граф?.. Этот человек был для нее загадкой, и весьма пугающей притом. Хорошо мистеру Чанселлору утверждать, что граф никогда не причиняет вреда людям, но ведь прежде он никогда не был женат на женщине, которую обвиняют в убийстве. На женщине, которая лгала ему и призналась, что имеет от него секреты. На женщине, которая — если он когда-нибудь узнает об этом — воспользовалась черной магией, чтобы ввергнуть его в этот кошмарный брак. Мэг остановилась и прижала руку ко рту. О Боже, все это подстроила Шила! Вот оно, «жало в хвосте»! Достаточно вспомнить, что случилось с ее родителями.

Она прислонилась к стволу голого дерева. Скорбь и негодование стиснули ей грудь. Ее мать никогда не пожелала бы собственной смерти. Ее любовь к мужу была безгранична, но мама ни за что сознательно не оставила бы детей на произвол судьбы. Значит, либо она неосторожно сформулировала свое желание, либо статуэтка потребовала ее жизнь взамен чего-то.

И это зло Мэг принесла в жизнь графа! Она побрела дальше на заплетающихся ногах, решив, что и ему, и всем остальным будет лучше, если аннулировать этот брак. Возможно, герцогиня знает, как это сделать, и, разумеется, охотно ей в этом поможет. Саксонхерсту будет лучше даже с леди Дафной Григг, чем с Мэг Джиллингем!

55
{"b":"3459","o":1}