ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

И часто случается, что красота порождает несчастье красавицы, краса губит тех, кто обладает совершенством: подобно тому, как лису губит мех, а павлина – перья. Подобное приключилось и с женой купца, прелесть которой стала врагом ее жизни, а красота – причиной страданий и мук.

– А как это случилось? – спросила Мах-Шакар, и попугай стал рассказывать.

Рассказ 56

В книгах преданий повествуют, что в стране Ливан жил купец. У него было два сына. Старшего звали Сайд. Он был рожден от свободной женщины. А младший сын родился от музыкантши-наложницы и звали его Зубейр. У Сайда была жена по имени Хуршид, пред лицом которой красота неба казалась ничтожной, сама луна побиралась на току ее красоты. Она обладала совершенной прелестью и изяществом, была привлекательна и великолепна, обладала неизмеримой красой и похвальным совершенством, была пленительна и соразмерна, целомудренна и добродетельна.

Творец создал ее из совершенства,
Клянусь господом, прекрасна божья милость.

Но вот в один прекрасный день купец оседлал коня путешествия и послал вперед проводника по торговым делам, жене передал право распоряжаться состоянием, а все дела по дому и хозяйству поручил Зубейру, младшему брату.

Не прошло и нескольких дней после отъезда Сайда, как Зубейр увидел, что ристалище свободно, и погнал чоуганом обольщения меч прелюбодеяния. Еще задолго до того чоуган локонов Хуршид похитил мяч сердца Зубейра, и он ждал именно этого дня, мечтал о столь удобном случае.

Но сколько ни отправлял он к Хуршид посланий, как ни пытался осквернить чистый родник грязью греха, не ведая, что солнце запятнать невозможно, красавица не поддавалась его уговорам. Она поступала только по правилам целомудрия и добродетели, стремилась только к чистоте и безгрешности.

Зубейр испугался, как бы жена брата не рассказала ему обо всем после возвращения и не опозорила его. И он решил, что надо разделаться с Хуршид до того, дабы она не разоблачила его и не вывела его на чистую воду. Ведь говорят же: «Птица с перерезанным горлом никогда не закричит».

И он пошел во дворец эмира и принес ложную клятву, оклеветав жену брата. Эмир был правитель, скорый на наказания, он не любил вникать в суть дела и приказал побить Хуршид камнями, подвергнуть розовые лепестки ее тела терзаниям и истязаниям. Говорят же в пословице: «Плодоносной ветви суждено сносить камни подлецов».

После того как ее побили камнями, Хуршид осталась жива, но невзгоды ее были еще впереди. Когда настала ночь, она, еле волоча ноги, пошла в дом купца, который был ее приемным отцом. Купец радушно встретил ее и проявил похвальное усердие, чтобы исцелить ее и вылечить. Он ухаживал за ней, как за любимой дочерью.

Прошло несколько дней, и тело Хуршид, которое посинело от побоев, как фиалка, стало подобным тюльпану и свежему жасмину. Кое-где еще остались рубцы, но, по счастью, они были в незаметных местах. Красота ее увеличилась, а прелесть удвоилась.

Если растолочь жемчуг, он не пропадет,
Он станет сурьмой для глаз и радостью для сердца.

Когда она поправилась телом и краса ее вернулась, сын того купца по имени Латиф влюбился в ее прекрасную внешность и потерял разум от совершенства ее речей. Он отправил послание, приложил бесконечные усилия и старания, чтобы добиться свидания с ней. Но Хуршид, как и прежде, блюла свою добродетель и целомудрие и ни за что не соглашалась на такие дела.

Когда Латиф отчаялся и потерял всякую надежду на свидание, он предался скорби и решился на коварство. У его брата была маленькая дочь, которая привязалась к Хуршид и по ночам спала с ней в одной постели. И вот однажды ночью он, чтобы обвинить Хуршид и наказать ее, перерезал горло девочке, обагрил одежды Хуршид ее кровью, а нож, которым убил ребенка, бросил возле нее.

Люди проснулись, увидели девочку с перерезанным горлом и стали поносить Хуршид. Каждый выкрикивал всякие оскорбления, бил ее по лицу, подобному луне, рвал на ней волосы. Однако купец не верил подозрениям, твердо был убежден в ее невиновности и прекратил этот произвол, не разрешив людям обижать ее. Но сына своего он заподозрил в дурном умысле против невинной женщины и велел поскорее выпроводить ее из дома.

Красавица, пораженная и огорченная, плача и стеная, покинула дом купца. И по дороге она увидела, что собираются повесить какого-то юношу за неуплату долгов. Хуршид стало жаль его, она смилостивилась над ним, так как сама испытала горе и изведала страдания. Сказали же:

Тот понимает состояние сердца бедняков,
Кто носит шапку из того же войлока.

Хуршид сняла все свои драгоценности и отдала, чтобы расплатиться за того юношу. Люди были удивлены ее благородным поступком и воздали хвалу ее великодушию. А юноша, полагая, что красавица выкупила его, отдав столько золота, и спасла из пучины гибели только за красоту, пошел за Хуршид с греховными мыслями и вместе с караваном двинулся в Хиджаз, в Мекку. Они прошли несколько переходов, но намерениям юноши не суждено было осуществиться, он стал злиться, прибегнул к коварству и подлости и тайно продал Хуршид одному купцу, утверждая, что она его невольница, а сам вернулся назад.

Прошло некоторое время, и Хуршид узнала о том, что она продана. Она была поражена, впала в отчаяние и скорбь, стеная и жалуясь на судьбу.

И вот однажды ее спутники сидели на палубе корабля. Ее стоны и причитания разбудили людское сочувствие, народ пришел в волнение, шум и крики поднялись повсюду. Казалось, что слезы из глаз Хуршид питают всемирный потоп времен Нуха,[324] что пламя в ее груди иссушит всю воду морей.

Ее вздохи – молния, ее стоны – гром.
Ее глаза – туча, ее слезы – дождь.

Когда корабль стал тонуть, тот, кто купил Хуршид, а он был корабельщиком, обратил внимание на ее плач и причитания. Он понял, что все бедствия – результат молитв этой невинной женщины. Не сходя с места, он дал богу обет и поклялся творцу отпустить на волю и удочерить целомудренную невольницу, если его корабль не пойдет ко дну, выплывет из морских пучин.

Внезапно по велению всеславного творца буря перестала бушевать, морские волны улеглись, и корабль целый и невредимый благополучно прибыл к берегу.

Купец согласно обету и зароку, данному в столь трудный час, попросил прощения, отпустил Хуршид на волю и снабдил ее одеждой. Тут Хуршид подумала: «Пока я буду носить такие платья, пока буду ходить в женских нарядах, мне не знать покоя, мужчины проходу мне не дадут. Ведь говорят же: «Красота – это мучение и напрасные хлопоты».

Не долго думая, она облачилась в монашескую рясу, поселилась в келье, будто отшельник, и стала служить творцу, ступила на путь истины. Она постоянно повторяла с болью в сердце эти стихи:

Дворец людской полон лицемерия, обмана и вожделения,
Полагаться надо лишь на чертог владыки вселенной.
Любая слава исходит из того чертога.
О брат! Будь божьим человеком и не думай о другом.
Будь рабом владыки, ибо, если ты клеймен его иуенем,
Тебе днем не страшен шихне, а ночью – ночная стража.

Она так усердствовала в подвижничестве и воздержании, служении богу и отшельничестве, что прославилась, сповно мужи религии, стала знаменитой, словно ступившие на путь истины. Ее нога стала столь же благословенной, как у Хизра,[325] ее дыхание исцеляло, как дыхание Исы. Она добела омыла руки от страстей и вожделений, убила пса похоти мечом подвижничества. Ее святость была столь велика, что если она обращала взор на слепца, то он прозревал, если возлагала руку на больного, то он выздоравливал.

вернуться

324

Нух – библейский Ной.

вернуться

325

Пророк Хизр приходил на помощь путникам, когда они сбивались с пути или гибли от жажды, т. е. в минуту смертельной опасности. Смысл образа таков: приход героини доставил столько же радости, сколько доставляет Хизр своим появлением перед гибнущим путником

78
{"b":"346","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Mass Effect. Андромеда: Восстание на «Нексусе»
Ответное желание
Маленькая женщина в большом бизнесе
НеФормат с Михаилом Задорновым
Белое безмолвие
Исповедь бывшей любовницы. От неправильной любви – к настоящей
Вторая брачная ночь
Кровь деспота
Другой дороги нет